Ростовцев Яков Иванович (1803/04—1860) – государственный деятель, председатель Редакционных комиссий для составления Положения о крестьянах. В декабре 1825 г. донёс Николаю I о планах выступления Северного общества.
Ткачёв Пётр Никитич (1844–1885/86) – выходец из псковских дворян; идеолог заговорщического направления в революционном народничестве. Младший современник М.А. Бакунина и П.Л. Лаврова, разделял их веру в социализм, но по всем другим вопросам вёл с ними непримиримую борьбу. Осуждённый по делу С.Г. Нечаева, он отбыл срок заключения, затем его выслали в Псковскую губернию. Оттуда он бежал за границу, где издавал газету «Набат». Ткачёв считал, что сильное централизованное государство сохранится и после победы революции. В 1882 г. у него началось душевное расстройство, и через три года он умер.
Халтурин Степан Николаевич (1856/57—1882) – один из организаторов «Северного союза русских рабочих». После разгрома «Союза» ушёл к народовольцам и организовал взрыв в Зимнем дворце. Казнён за участие в убийстве одесского военного прокурора.
Чернышевский Николай Гаврилович (1828–1889) – общественный деятель, литературный критик, писатель; в 1856–1862 гг. один из руководителей журнала «Современник». Идейный вдохновитель революционной организации «Земля и воля». Арестован в 1862 г. Приговорён к сибирской каторге. Освобождён из ссылки в 1883 г.
Раздел VIII. Россия в конце XIX – начале XX в.
Социально-экономическое развитие
В 1897 г. в России была проведена полная перепись населения: зарегистрировано 129 млн человек, 13 % которых составляли горожане. К началу ХХ в., оставаясь аграрной страной, Россия заметно продвинулась в своём промышленном развитии. Российскую индустриализацию связывают с реформами С.Ю. Витте, который занимал пост министра финансов, а с 1905 г. стал председателем Совета министров. Придерживаясь западной ориентации, С.Ю. Витте провёл комплекс мероприятий, которые способствовали интеграции российского хозяйства в европейскую экономику, а также модернизировал промышленность.
В 1897 г. была осуществлена денежная реформа. Единое золотое обеспечение рубля сделало его конвертируемым, превратив в устойчивую европейскую валюту. Это привлекло в российскую экономику иностранный капитал, а вместе с ним и новые промышленные технологии. Активизировалась деятельность российских банков как на внутреннем, так и на внешнем рынках.
Для создания бездефицитного бюджета и увеличения капиталовложений в промышленность проводилась жёсткая налоговая политика. С этой же целью была введена государственная монополия на продажу водки.
Появившиеся у правительства денежные средства использовались для выделения кредитов российским предпринимателям и финансирования государственных заказов промышленности. Русские предприниматели находились под опекой правительства, которое при помощи таможенной и фискальной политики ограждало отечественные товары от иностранной конкуренции.
Для решения споров между рабочими и хозяевами предприятий были предприняты попытки создания фабрично-заводской инспекции, но из-за противодействия промышленников осуществить это не удалось.
Нужно отметить, что реформы встречали сильное сопротивление в бюрократических верхах, особенно со стороны Министерства внутренних дел. Противники реформ упрекали Витте в том, что он привлекал в Россию крупный иностранный капитал, тем самым ущемляя национальные интересы. Желание Витте провести аграрные реформы, передав землю в собственность крестьянам, встретило отпор со стороны министра внутренних дел В.К. Плеве, который выступал за сохранение общины и финансовую помощь государства помещикам. Николай II, поддержав позицию С.Ю. Витте в области индустриализации, в аграрном вопросе встал на сторону консервативных сил.
На рубеже веков железнодорожное строительство играло ведущую роль в развитии промышленности. В 1902 г. завершилась прокладка Транссибирской магистрали, железнодорожного пути Оренбург – Ташкент и др. Строительство железных дорог, во-первых, способствовало освоению новых территорий, расширяло внутренний рынок, а во-вторых, стимулировало развитие смежных отраслей (металлургической, деревообрабатывающей, угольной, паровозостроения).
К началу ХХ в. уже определилась экономическая география России. Оформились промышленные районы: Центральный – вокруг Москвы, где сосредоточились металлургические, химические, текстильные предприятия; район Санкт-Петербурга с его промышленными гигантами; Приволжский промышленный район, а также Донбасс, Криворожье, Баку и др. Польша и Прибалтика специализировались на высокотехнологичном производстве.
Развитие российской индустрии имело ряд отличительных черт: 1) ведущая роль государства, которое посредством кредитования и государственных заказов стимулировало развитие производства, что приводило к зависимости русских предпринимателей от чиновников; 2) большая доля иностранного капитала, в основном бельгийского и французского, который доминировал в тяжёлой промышленности (например, в угледобывающей промышленности 70 % составлял иностранный капитал, а в металлургии – 42 %).
Следствием этих особенностей стал экономический кризис 1900–1903 гг., когда на Западе произошёл спад производства, что вызвало прекращение кредитования иностранными банками российских предприятий. Правительство, в свою очередь, потеряв возможность получить иностранные займы, вынуждено было сократить государственные заказы. Это привело к остановке работы многих предприятий и росту безработицы (было закрыто 4 тыс. фабрик и заводов). Сильнейшие предприятия пошли по пути объединения, создавая картели, тресты, синдикаты («Продамета», «Продуголь», «Продвагон»).
Следует отметить, что рабочий класс России не был однородным. Была верхушка, состоявшая из квалифицированных рабочих, несколько поколений которых жили в городе, и основная масса рабочих-подёнщиков, которые сохраняли деревенские корни, приезжая в город на заработки. Рабочие высокой квалификации (около 3 млн) имели заработную плату и благоустроенное жильё. Им было присуще и классовое самосознание. Остальные занимались подсобным низкооплачиваемым трудом, проживали в бараках, снимали «углы» и находились на грани нищеты. В целом уровень жизни российского пролетариата не выдерживал никакого сравнения с положением западноевропейских рабочих. Рабочий день в России длился 11 часов, бедствием был высокий уровень травматизма. Рабочее законодательство находилось в зачаточном состоянии, стачки объявлялись вне закона, существовал запрет на профессиональные организации; исключение составляли «зубатовские профсоюзы» (см. Зубатовщина), которые полностью контролировались властями. Всё это, по мнению специалистов, делало рабочих «горючим материалом», движущей силой будущей революции. Высокая концентрация пролетариата (на Путиловских заводах числилось около 12 тыс. рабочих) облегчала революционную агитацию в его среде.
Крестьянство, получившее свободу по Манифесту от 19 февраля 1861 г., оставалось экономически зависимым от государства (выплата выкупных платежей) и от помещиков (отработки). Кроме того, уменьшение крестьянских наделов, чересполосица, отсутствие современной агротехники приводили к обнищанию русских земледельцев, которые в начале ХХ в. получали самые низкие в Европе урожаи. Исключение составляли хозяйства Западной Сибири, степей Причерноморья, Польши и Прибалтики. Противоречивое значение имело поддерживаемое правительством существование крестьянской общины: с одной стороны, община, построенная на принципах взаимовыручки, сдерживала социальное расслоение деревни; а с другой – своеобразная уравниловка и распоряжение землёй (переделы, определение времени земельных работ и т. д.) ограничивали инициативу наиболее предприимчивых и трудоспособных крестьян. Община же отвечала за крестьянина перед государством, контролируя выплату налогов и выкупных платежей. Правда, в 1903 г. была отменена круговая порука крестьянских обществ по выплате выкупных платежей, крестьяне также получили право арендовать участки за пределами общинных земель. В целом существование общины устраивало большинство крестьян, недовольны же они были лишь наличием помещичьего землевладения.
Говоря о России начала ХХ в., нужно обязательно обратить внимание на многонациональность империи, 54 % жителей которой принадлежали к нерусским нациям и народностям. Расхожее в советской исторической литературе выражение: «Россия – тюрьма народов» – безусловно, является преувеличением. Самодержавное правительство проводило русификаторскую политику, с тем чтобы привязать национальные окраины к центру. Поэтому большинство должностей в государственном аппарате занимали русские чиновники, русский язык считался государственным, некоторым национальностям были указаны определённые места проживания (см. Черта оседлости). Но вместе с тем не существовало запретов на национальные языки и национальную культуру. При поступлении в университет или на государственную службу ограничением служил не признак крови, а признак веры. Любой из «инородцев», принявший православие, получал те же права, что и православный великоросс.
