В общем, общественность меня потеряла на этот день. Я ушёл в мир бумажных выкроек, ниток и булавок.
Пару раз за весь день я был вынужден оторваться от любимого занятия. На обед и на ужин. Но потом снова с головой уходил в шитьё.
Конечно, в первую очередь я занимался выкройками. Переносил на кальку. Вырезал. Отмечая, где полочка, где спинка…
Мне было трудно сделать что-нибудь для Ани, потому что я пока не снял с неё размеры. Но я примерно по таблице размеров для девочек всё же отметил несколько моделей и даже сделал пару выкроек…
Собирался взяться за джинсовую юбку… Но потом нашёл среди недоделанных вещей из цеха, недошитые джинсы маленького размера… Обрезал под шорты, но даже самый маленький размер был велик маленькой девочке. Я уменьшил размер как мог, распоров по бокам швы, а потом сшив по новой… На всякий случай, я пришил сверху джинсовые лямки. Так даже если шорты будут немного великоваты, то не упадут… Осталось только дождаться Ани, чтобы примерить на неё и подогнать если что прямо на ней.
А ещё к вечеру уже был готов небольшой джинсовый рюкзачок.
Думаю, что ей он понравится…
Глава 20
Глава двадцатая.
«Сюрприз! Сюрприз! Да здравствует сюрприз!»
Воскресенье. 16 июня. 1974 год.
Москва. Новогиреево.
Проснулись все сегодня позже, чем обычно. Но это и правильно. Всё же день выходной…
Поэтому и завтрак был поздний… Мы сидели на кухне, когда раздался звонок в дверь. Вышло так, что я ближе всех сидел к выходу из кухни. Мне же и выпала почётная обязанность идти открывать дверь гостям.
Скорее всего, это Васин. Он же говорил что-то там про воскресенье… Хотя он упоминал про вторую половину дня, а сейчас на часах стрелка только слегка перескочила цифру одиннадцать…
Я крутанул поворотную защёлку накладного замка и распахнул входную дверь.
Снизу вверх на меня укоризненно смотрели пронзительные карие глаза…
— Ты почему мне не позвонил? Бумажку с номером потерял?
— Анечка! Я так рад тебя видеть.
Позади девочки стояла её мама, Елена Николаевна. А её в свою очередь уже слегка подталкивал вперёд Васин.
Вот какой сюрприз он мне приготовил… Интриган. Ну ладно… Я тебе отомщу, и мстя моя будет страшна…
* * *
Через несколько минут суеты и знакомства всех со всеми, компания распалась на две части: Взрослую и детскую.
Взрослые оккупировали кухню и пили чай с тортом, который принёс с собой продуманный Васин.
Ну а мы с Анютой были в комнате, где я шил. Лёха тоже был с нами. Но особого участия в нашей болтовне он не принимал. Так… Поддакивал иногда.
Я сразу заметил, что гипс на руке девочки стал короче. И теперь был только от локтевого сгиба до середины пальцев.
— Почему гипс стал короче? Отрезала, чтобы не мешал?
— Рентген сделали. Сказали, что там был не перелом, а трещина ладьевидной кости. Взрослым с такой травмой иногда даже гипс не накладывают, а только тугую повязку. А через неделю снова на рентген. И если всё нормально, то гипс вообще снимут.
— Ну, здо́рово…
— А это ты сшил? — она указала на бриджи, в которых щеголял Лёха.
— Скажем так… Я тоже руку приложил… Не хочешь померить вот это? — я достал сшитые вчера для Ани шорты с лямками.
— Мне это снять надо?
На Ане было надето лёгкое летнее платье с тонкими лямочками на плечах. Я прикинул, если она шорты наденет сверху него, то платье будет непоправимо измято. А если снимать платье, то получится немного неприлично. Поскольку, судя по всему, под платьем у неё только трусики.
— Пошли со мной!
Я отвёл её в нашу с Лёшкой комнату. Выдал одну из своих футболок. Слегка великовато, но сейчас сойдёт.
— Вот! Наденешь футболку. А платье аккуратно на кровать положи или на стул повесь, чтобы не помялось.
Выйдя из комнаты, я прикрыл за собой дверь. И тут, как раз из кухни появилась Анина мама.
— А куда вы дели мою дочь, мальчики? — поинтересовалась она.
— Переодевается в комнате. Сейчас выйдет.
— Это даже интересно.
Елена Николаевна стала изучать мой швейный творческий беспорядок в гостиной.
— Ты тут шьёшь?
Ну, как можно ответить на вопрос, который уже сам по себе и есть ответ. Хорошо ещё, что в это самое время из нашей спальни появилась Аня в обновках.
— Круто! — констатировал Лёха.
— Чуть-чуть великоваты. Если бы не лямки, они бы с меня свалились…
— Для того и лямки пришил. А вообще мне надо с тебя снять точные мерки, чтобы следующие сшитые мною вещи с тебя не сваливались.
— Саша! — вмешалась в наш разговор, удивлённо молчавшая до этого, мама девочки. — Ты собираешься шить одежду моей дочери?
— Только в том случае, если ей это понравится, а Вы не будете против.
— Мам! Я согласна! Мне нравится! Ты же не против?
Похоже, что не только мама, но и остальные взрослые были удивлены таким напором со стороны маленькой девочки.
В принципе, даже в этой слегка великоватой для неё футболке, и коротких шортах, которые висели на ней чуть ниже талии, она выглядела вполне эффектно.
— А это… Это я тоже для тебя сшил.
При виде маленького джинсового рюкзачка, Анечка сперва даже впала в лёгкий ступор, а потом с визгом прыгнула мне на шею, при этом довольно таки больно заехала гипсом по уху…
— Аня! Веди себя прилично! — строго пожурила её мать.
— А что такого? Я же тебе сказала уже, что за Сашку замуж выйду… Когда подрасту…
Игорь с трудом подавил смешок после таких безапелляционных слов от этой мелкой «невесты».
— Подрасти сначала! А потом уже женихаться будешь.
— Елена Николаевна! Так что Вы скажете по поводу моего предложения? — вмешался в разговор матери и дочери улыбающийся Васин.
Интересно… Какое предложение он сделал этой милой женщине?
— Я даже не знаю. Мне немного неудобно. Это же так дорого…
— Но я же Вам говорил, что у нас в Крыму есть небольшая база отдыха. Там отдыхают дети наших сотрудников. Четырёхразовое питание. Опытные педагоги.
— Но это же не пионерлагерь?
— Нет. Просто база отдыха.
— Мам! — влезла в разговор взрослых маленькая Анька. — Ты не понимаешь… Сашка… Он пообещал мне…
— О чём ты? — непонимающе посмотрела на неё мама.
— Елена Николаевна! — снова вмешался Васин. — Я немного в курсе, поэтому могу Вам пояснить. Вы же помните, как расстроилась Ваша дочь, когда из-за сломанной руки не смогла поехать в пионерский лагерь на море, куда Вы с таким трудом достали ей путёвку.
— Конечно помню…
— Так вот… Этот молодой человек, встретил Аню в больнице с гипсом на руке и в расстроенных чувствах. Как истинный джентльмен он не мог пройти мимо грустной девушки. Когда он узнал, что она грустит из-за сорвавшейся поездки на Чёрное море, в ходе общения он сгоряча пообещал её взять с собой на море, если поедет в этом году на юг. Честное благородное слово, в то время он не знал, что мы решили отправить его с братом в наш пансионат, так сказать, на реабилитацию после больницы. Когда я сообщил ему об этом, то он не обрадовался, а скорее огорчился. И всё из-за того, что попал в неприятную ситуацию. Если он поедет без Ани, то нарушит своё слово, данное девочке. А слово, как известно, настоящий мужчина должен держать. Ну а если он откажется от поездки, то подведёт брата… Потому он и обратился ко мне с просьбой взять Анну с собой. Поверьте мне, мы не сразу ответили согласием. Сами понимаете…
— Я понимаю… Но не слишком ли это…
— Елена… Николаевна…
— Можно просто Лена.
— Лена! Посмотрите на это глазами Вашей дочери!
А дочь в это время, не обращая внимания на взрослых, уже разбирала всякие ткани и интересовалась журналами… Причём она листала их не просто из любопытства, а выбирала, что же такого ей может понравится, чтобы Саша ей это потом сшил… Причём она не была капризной или эгоистичной. Она просто сейчас была в состоянии эйфории, попав в сказку.
