который Токсина больше не задирает…
…Помнится, однажды бог торговли Дориан устроил гладиаторские бои. И всё бы ничего, бои на арене разрешены. Вот только награду бог выбрал соответствующую своему божественному статусу: зачаровывал карман победителя так, чтобы в нём никогда не заканчивались деньги.
К тому моменту, как об этой шалости узнали королевские казначеи, таких победителей по миру бегало уже человек пять. И поверьте: пять человек с неограниченным кредитом вполне способны подорвать экономику нескольких королевств!
С их поимкой справились и простые сыскари – счастливые победители особо и не таились, – а вот инквизиции досталось бремя нахлобучить бога за это деяние. Дориан, понятно, обиделся – он же хорошее дело сделал! Народ осчастливил! И обиделся так, что ещё пару лет мы вместо денег обнаруживали в своих кошелях леденцы. Сосите, мол! Это был единственный случай на моей памяти, когда инквизиция отсылала к божку ходоков с просьбой извинить и примириться…
В общем, смотрю я на грызущихся парней, вспоминаю эту историю – и понимаю, что сладостей больше не хочется. Решаю вместо трепотни быстро заглянуть в душ, а потом вернуться в учебку, в класс для медитаций. Прежде чем работать с командой, надо самому хорошо представлять схему работы с каналами. Ошибёшься – и будет беда. Ладно, если только замедлишь развитие. А можно и такой самоблок нечаянно схватить, что потом и не сообразишь, что случилось. Будешь работать, а результата – ноль.
Зайдя в казарму, уже тянусь к полотенцу, которое из-за Шанка, занявшего тумбочку, всегда лежит под подушкой, и…
…вижу, что дверца тумбочки распахнута, а из неё безжизненно свисают покрытые татуировками пальцы.
– Шанк? – Наклоняюсь и касаюсь его ладонью. – Шанкар-ал-Тар! Смотри, я сейчас заберу твои колечки!
Для устрашения трогаю то, которое чёрное, но безрезультатно. Опускаюсь перед тумбочкой на корточки и уже внимательно вглядываюсь в руку бога.
Второе кольцо – золотое. Плюс широкий золотой браслет на волосатом запястье.
На самом деле Шанк – не рука. Как и ещё десять рук бога битвы Шанкры. Несмотря на слухи, своих рук у него всего две. А вот десять остальных – оружие с сердцевиной из душ духовных зверей. Десять мечей-палиц-топоров-посохов-луков на себя не навесишь, потому бог придумал элегантное решение: придал оружию форму рук и прирастил себе… куда придётся, короче. Помнится, Шанк торчал у него на пузе. Как раз так, чтобы было удобно чесать бубенцы.
Во время сражения духовная сердцевина «руки» формировала само оружие. И бог битвы становился похожим на дикобраза с торчащими со всех сторон острыми железками.
Но всё это оружие неразрывно связано с источником божественной силы. Бог убил этих животных – но он же дал им подобие новой жизни, подкармливая своей божественной сущностью. И без неё они потихоньку угасают.
Может, в этом причина Шанковой клептомании? Собрать побольше артефактов, чтобы попытаться от них подпитаться? Что касается золота… то это, видимо, действительно нужно тому золотому дракону из легенды, которого и звали Шанкар-ал-Тар. Он – один из духовных зверей, которых убил Шанкра. Если вспомнить легенду, то золото может вернуть золотому дракону сердце. Оживить его…
…Но не накормить.
К тому же, скорее всего, выброс энергии в бункере обнулил всё то, что Шанк успел впитать. А потом и я на несколько дней пропал в разломе.
Вспоминаю попытку Шанка прирасти ко мне в особняке Хатуровых. Тогда я ещё не контролировал тьму Карха, и симбиоз не удался.
И слава Высшему! На кой чёрт мне третья рука?!
Быстро осматриваюсь по сторонам. В казарме приводить Шанка в чувство нельзя. Если прямо здесь снова начнётся попытка симбиоза, Никите Каменскому точно будет прямая дорога в какие-нибудь лаборатории империи.
Сортир? Он рассчитан на гномов. Там полшага от толчка до двери.
Так куда?
Шанк решает за меня: из него выстреливают уже знакомые мне тяжи-сухожилия и впиваются в правую руку. Тьма внутри сходит с ума: дух золотого дракона борется внутри меня с божественной силой. И обоим хочется одного: жрать. И если меня – нельзя, то хотя бы друг друга.
Хотя бы понадкусывать.
Ну… придётся работать сейчас. Надеюсь, мне повезёт и никто не зайдёт в казарму. Ну а если и зайдут… Смотрите и завидуйте: вот тайное духовное оружие рода Каменских, о котором никто не знает.
Медленно выпрямляюсь и закрываю глаза. Третья поза медитации по Хатурову: открытие каналов. Позволяю Шанку делать то, что он хочет. Если выбирать между тьмой Карха и рукой бога, последней я точно доверяю больше.
Удерживаю тьму, усилием воли загоняя её глубоко в источник. Одновременно ощущаю, как рука бога подключается к моим каналам. Становится со мной единым целым. Страшно хочется жрать.
Чувствую неуверенность духовного зверя: он не знает, какой частью меня стать. Привычной рукой?
Хрен там плавал! Я – не бог битвы Шанкра с его манией отращивать себе лишние конечности. Потому начинаю медленно формировать из нашей связи то, что мне действительно необходимо.
Плетение «Турз». Направление воли и отражение силы. Защита от негативного магического воздействия.
Плетение «Хага». Эволюция.
Плетение «Эваз». Перерождение.
И в заключение – плетение «Гибор». Синтез и синергия.
Не знаю, сколько времени прошло. Кажется, что мало. Но, судя по опыту медитаций и закостеневшему телу, которое я уже не чувствую, – могла пролететь и пара часов.
Я открываю глаза, смотрю на результат объединения и…
…наконец-то позволяю себе с облегчением выдохнуть.
Потом что сейчас у меня в руке – Шанкар-ал-Тар, магический посох бога битвы. Тонкая плетёная цепь соединяет его с моей рукой и крепится к запястью. И выглядит он точно так, как я помню. Так же, как во время моего сражения с Шанкрой, когда я эту самую руку ему и отрубил. Точнее – разрубил такую же цепь, потому что в момент битвы руки Шанкры становятся оружием.
Посох не очень длинный – метра полтора. И достаточно тяжёлый, хотя и не металлический. Древко сформировано из толстых перекрученных багровых нитей. Они пульсируют у меня под ладонью, словно по ним и правда бежит кровь. Пальцы руки бога скрючились и превратились в навершие посоха, застыв в знаке «мудра жизни». А в ладони загорелся чёрный шар, внутри которого словно переливается тёмное пламя.
Кстати, кольца и браслет никуда не делись. А ещё по центру идёт утолщение – что-то похожее на две сцепленные между собой гарды. Словно посох должен разбираться на две части.
Пробую повернуть части посоха и развести руки в стороны – но нет. Возможно, это лишь частичная эволюция, и для полного превращения Шанку чего-то не хватает.
Проверить оружие в битве хочется прямо сейчас. Даже не так. Не столько хочется, сколько необходимо. Потому что, не зная силы своего оружия, можешь проиграть не только деньги, как в турнире с Котовым, но и жизнь.
Вот же клизма с бубенцами! Получил крутое оружие и стою душню тут как архимаг стопятьсотой ступени.
Поняв, что всё это время стоял лицом в стену, разворачиваюсь, и…
…встречаюсь глазами с Лексом Львовым.
Глава 21
Скрестив руки на груди, Лекс смотрит на меня и заодно подпирает спиной дверь, в которую, как оказалось, кто-то ломится.
– Эм-м…
Наверное, я должен что-то сказать. И даже знаю, как объяснить наличие посоха: не зря же посещал развалины особняка Каменских. Где взял? Да нашёл! Вот прям на развалинах и валялся. А почему сыскари Тайной канцелярии не нашли? Да мне почём знать. Меньше клювами надо щёлкать и больше действовать. Да и оценщик Марк Абрамович говорил, что у моего отца была целая коллекция различных диковин.
Но объяснить ничего не успеваю, потому что Лекс говорит:
– Мне можешь ничего не объяснять. Данилова с Юсуповым я сюда не пустил, а с Токсином и Ильиным будешь разбираться сам. Они успели полюбоваться тем, что ты тут вытворял.
А что я вытворял?
Наверное, Львов прочёл вопрос по моим глазам, потому что ответил:
– Весь оброс щупальцами, словно грёбаный Ктулху. И нам даже показалось, что на каждом были зубы.
Зубы… Чёрт с ними. Голый не скакал – и ладно. Надеюсь, в следующий раз воплощение оружия пройдёт быстрее. Это как у оборотней: в первый раз
