— Назовите цену, — равнодушно произнес он, посмотрев на Гренделя.
Джарвеллис лежала с хитрой и довольной улыбкой кошки, слопавшей хозяйские сливки. Стэнтон изучал свои свежие царапины и гадал, откуда у этой хрупкой женщины столько силы. Его скелет был укреплен, а ее тело в отличие от него пребывало в естественном состоянии, но тем не менее любовница его основательно измотала. Она тоже надолго задержала на нем взгляд и сунула руку под подушку, лежавшую слева от нее. Стэнтон заметил выражение показной невинности во взгляде подружки, проворно перекатился ближе к ней и сжал запястье ее левой руки.
— Джон, где же твое доверие к людям? — обиженно проговорила Джарвеллис.
— Я его потерял в тот день, когда моя мамаша сдала моего папашу святошам, а они выволокли его из нашей квартиры в аркадном квартале и пристрелили на месте.
Женщина перестала улыбаться.
— Извини, забыла. Ты ведь с Масады, да?
— Угу. Там всем заправляли богословы, засевшие на орбитальных станциях, и все законы были религиозные. Никто никому не доверял, а уж указы насчет ересей святоши то и дело перекраивали.
— Мне ты можешь доверять.
Джон тихо вздохнул — его пугало собственное желание доверять ей. Он опустил ее руку и отодвинулся — но не слишком далеко. Доверие… незнакомое чувство.
Джарвеллис осторожно вытянула руку из-под подушки и протянула Стэнтону длинную плоскую шкатулку из розового дерева.
— У меня для тебя подарок.
Стэнтон взял шкатулку и принялся рассматривать ее. На крышке была вырезана буква «Т».
— Открывай же, — поторопила его Джарвеллис. Стэнтон не торопился. А вдруг внутри какой-нибудь неприятный сюрприз, ловушка? Доверие. Он нажал на кнопочку сбоку, и крышка медленно приподнялась.
— Господи боже… — вырвалось у него.
В шкатулке на подкладке из черного бархата лежали кинжал, ножны к нему и золотое кольцо. Клинок был изготовлен из желтого чейнгласса. Внутри рукоятки переплетались и образовывали сетку серебряные проволочки, внутри которой множество маленьких кубиков тускло поблескивали на свету. Ножны из обычного черного металла были обтянуты кожей.
— Старинная работа, — сообщила Джарвеллис. — Прошлый век. Вся «родословная» записана в микроразуме. Тенкиан изготовил этот кинжал на Иокасте. Он один из самых первых, которые Тенкиан снабдил микроинтеллектом. И еще у него имеется маленькая антигравитационная установка.
Стэнтон вынул кинжал из шкатулки. Рукоятка показалась ему слишком гладкой, но при этом была прочной и в руке лежала удобно. Ладонь вдруг начало слегка покалывать. Джарвеллис продолжала рассказ.
— Теперь кинжал настроился на тебя. Если кто-то другой вздумает им воспользоваться, предварительно не перепрограммировав, то получит краткий нервно-паралитический шок, и этого будет вполне достаточно для того, чтобы вынудить человека бросить кинжал.
— А что он умеет?
— Не слишком много, если честно. Видишь кольцо? Стэнтон вынул из шкатулки кольцо и рассмотрел его. Чистое золото. Внутри — зеленоватый ободок из золота с какой-то примесью. Наружный край представлял собой восьмиугольник, из-за этого кольцо походило на гайку.
— Надень его на указательный палец правой руки.
Джон надел кольцо. Оно легко скользнуло по пальцу, но сразу словно бы стало туже.
— Теперь, — продолжала инструктировать его Джарвеллис, — убери кинжал в ножны.
Как только Стэнтон сделал это, женщина осторожно взяла у него кинжал, прикасаясь только к ножнам, и бросила в изножье кровати.
— Зеленое колечко внутри золотого движется. Чуть-чуть поверни его большим пальцем.
Стэнтон так и сделал. Послышался такой звук, словно мимо пролетела оса. Затем последовала золотистая вспышка, и, прежде чем он успел отреагировать, рукоятка кинжала легла на его ладонь. Джон сжал ее и с довольной усмешкой повернул голову к Джарвеллис.
— Мне нравится.
Любовница пожала плечами.
— Боюсь, это все, что он умеет. Хорошо еще, что ему хватает ума не порезать тебе пальцы.
— Наверняка будут моменты, когда и этого вполне достаточно, — заверил ее Стэнтон.
Он взял с кровати ножны и убрал кинжал, затем положил и его, и шкатулку на столик рядом с кроватью, а потом обвил рукой шею женщины и притянул ее к себе. Их губы слились в долгом страстном поцелуе. Отстранившись, Стэнтон поднял руку и пошевелил указательным пальцем.
— Это значит, что мы поженились?
Джарвеллис пару секунд очень серьезно смотрела на него, потом улыбнулась и откинулась на подушки.
— А ты мне еще разок расскажи сколько, — попросила она.
Стэнтон сжал пальцы в кулак, уголки его губ тронула улыбка.
— Говорил уже.
— Все равно. Хочу еще раз услышать.
— Ладно… Отделений в этом кейсе штук пять, не меньше. Миллионов пять он выложит за оружие да еще расплатится с Корлакисом и его парнями. Стало быть, останется еще миллионов десять.
— Замечательно, но как эти десять миллионов станут нашими?
— Трудная задача. Кран от него ни на шаг не отходит, так что сильно не разгуляешься. Как только мы начнем охоту на этого ублюдка из ЦСБЗ, Ариану придется послать Крана на Дело, а у меня к тому времени в руках уже будет какое-то солидное оружие. Вот тогда и придется его брать. Ну, а ты подскочишь и подхватишь меня. Стэнтон посмотрел на Джарвеллис, но она отвела взгляд.
— А как быть с четверкой громил?
— Ну, они в какое-то время тоже окажутся при деле. А уж я момент не упущу. Черт, надо было сразу у него кейс отобрать, как только он с ним из банка вышел. Сглупил, не прощу себе.
— Да нет, Джон, ты просто вел себя лояльно. Почему не признаться себе в том, что ты был лоялен до предела и что этим пределом являлся мистер Кран. — Женщина наконец повернула к Стэнтону голову и улыбнулась. — Знаешь, Джон, а это было бы здорово. Сцапать бы эти камушки — и можно было бы сделать моей посудине апгрейд класса «Водолей». А это значит — таран на носу и просто бешеная скорость. Мало ли, вдруг нам на хвост сядет ЦСБЗ. Как думаешь, скоро мы сможем создать консорциум и начать получать по-настоящему большие деньги?
— Все еще мечтаешь купить планету?
— Владеть целой планетой никто себе не может позволить, но кто мешает купить столько земли, чтобы разница была бы совсем не заметна? Можно было бы подыскать планету в нескольких световых столетиях, далеко-далеко, куда не дотянутся лапы Правительства. Ты только представь себе…
Стэнтон потянулся к ней и крепко обнял. Ему нравились ее глупые мечты. Он не имел ничего против, лишь бы только Джарвеллис мечтала рядом с ним. Порой мысль о том, что она куда-нибудь смоется вместе со своими мечтами, пугала его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
