class="p1">– Перед нами целое озеро превосходного аш-два-о. Аш – это и есть водород, да будет тебе известно. А ты, насколько известно мне, профессиональный взломщик. Ты взломаешь меня и сделаешь из меня портативную фабрику по расщеплению воды на водород и кислород. Водород я закачаю в плавательный пузырь дирижабля, а кислородом будут дышать пассажиры – собака и люди. Я же возьму на себя также функцию двигателя – буду быстро махать руками, превратив их в подобие лопастей.
– Допустим, – хмурится Лом. – А что делать мне?
– После того как взломаешь меня, ты станешь не нужен. У нас ведь есть твоя копия. «Не следует множить сущности без необходимости», как сказал один монах из Оккама.
Затем кибер поворачивается к живому дирижаблю и выводит на его чешуйчатом боку большую букву «Р».
– Что это значит? – спрашивает взломщик. – «Рыба»?
– Зачем бы я стал рыбу называть «Рыбой»? У меня не перегорали логические блоки. Это «Р». – Кибер вдруг выходит из себя: – Просто «Р»! Просто «Р»! Ты понял?!
– Вот только не надо так орать, – говорит Лом. – Побереги силы, они тебе сейчас понадобятся.
Зан забирается рыбине в пасть, высовывается из нее по пояс и начинает бешено вращать руками. Однако рыба не взлетает. Возможно, потому, что воду на водород и кислород они так и не расщепили, хотя во сне это уже кажется неважным. Зато кибер теперь, склонившись из пасти к самой земле, неистово гребет по ней обеими руками, и «дирижабль» уверенно ползет вперед.
Тоже вариант, подумал Лом и проснулся.
Глава 20
Проснувшись, Лом с трудом удержался, чтобы не поделиться своим сном с остальными. Как уже говорилось, сначала он подумал, что сон – причина воздействия «черных учителей» на его психику, от чего та и пошатнулась. Но немного поразмыслив, он все же решил, что это не так – рассуждал он здраво, на людей не бросался, на стены не лез… Если что-то с его психикой и случилось, то не обязательно плохое. Возможно, он приобрел способность к предвидению будущего через сны. А почему нет? Способность видеть и понимать «на лету» электронные схемы и ощущать ментальную энергию он ведь тоже не натренировал, а получил каким-то образом извне. Почему бы и сейчас не случиться чему-то подобному? Ведь способность понимать Медка он тоже, вероятно, получил от «учителей», больше неоткуда. Вскоре Лом был уже уверен, что приснился ему этот сон неспроста, что это действительно некое предсказание, вот только расшифровать он его толком не мог, а без этого что толку рассказывать остальным – только поднимут на смех. И говорить ничего взломщик не стал.
Но сидя за завтраком и жуя пареную репу, которую приготовил взявший на себя роль повара Капон, взломщик не переставал размышлять, что же могли значить детали провидческого сна, если тот действительно был таковым. С дирижаблем все было вроде бы понятно – тот должен был сегодня прилететь. Но почему на нем пытались улететь друзья-сталкеры? Ведь этого не было в планах. Они хотели заказать у канталахтинцев аккумулятор, а не лететь в Канталахти самим! Да еще без него. Правда, этого во сне и не случилось – дирижабль не взлетел. Может, в этом заключается посыл? Мол, не пытайтесь лететь сами, ничего не получится. Вполне возможно и даже похоже на истину. Тогда еще один вопрос: что означает буква «Р»? То, что она важна, сомнений у Лома не было – во сне этот момент был выделен эмоционально, Зан насчет этой буквы даже кричал. И что это может значить? «Работа», «разум», «радость», «речь»?.. Вариантов – десятки, если не сотни… Стоп! Может, и правда «речь»? Намек, что с прилетевшими канталахтинцами можно будет договориться с помощью речи?.. Но это и так понятно. Не с помощью же танцев с бубном с ними договариваться. Хотя… А как они вообще смогут с ними поговорить? Ведь летуны, как сказал Околот, с дирижабля не спускаются, а подняться к ним наверняка помешают трубники, которые держат подъемник. Это, кстати, было одной из основных проблем, вскользь о ней Лом уже думал. И что тогда? Кричать канталахтинцам снизу? Но те могут не расслышать, да и так они привлекут к себе внимание и трубников, и кто его знает кого еще, вплоть до тех самых пресловутых «черных металлургов». Допустим, чтобы расслышали, можно использовать рупор – тот как раз тоже на «Р». Но другие тогда услышат тем более… Вот если бы была «рация»… Лом едва не подпрыгнул: рация тоже на «Р»! Но, во-первых, рации все равно нет, да она в таком случае должна была иметься и у летунов, причем настроенная на ту же частоту, чего быть в принципе не может. Но как-то очень уж близко, очень уж похоже на подсказку: «рация», «радио»… У Зана, между прочим, было радио для связи с содовцами. Но оно уничтожено… Впрочем, оно предназначалось для большого расстояния, а тут всего-то будет сотня саженей максимум.
– Зан, – поднял взломщик взгляд на кибера. – А в тебя встроено радио?
Ему показалось, что Зан на мгновение замер, будто вопрос застал его врасплох, но тут же вполне обычным, занудно-поучительным тоном ответил:
– Во мне имеется высокочастотный приемопередатчик для оперативной связи, но он работает на небольших расстояниях, ты же видел, что для дальних я использовал…
– Да на кой мне сдались твои дальние расстояния! – отмахнулся Лом. – Я про небольшие и спрашиваю. Вот прилетит сегодня дирижабль, а как мы с летунами свяжемся? Ты сможешь поговорить с ними по радио, у них ведь оно наверняка есть.
– Даже если и есть, как они узнают, что нужно слушать конкретную частоту?
– Нужно что-то придумать, чтобы узнали, – пробормотал Лом. – «Р» – это наверняка «радио»…
– О чем ты? – удивленно поднял брови Капон. – И с чего ты взял, что дирижабль будет именно сегодня?
– Предчувствие, – ответил на второй вопрос взломщик, оставив первый без внимания. – Причем очень сильное, я ему доверяю. Нам нужно идти на фабрику, к причальной трубе. И надо придумать, как мы будем общаться с летунами.
– Я с вас офигеваю, – развел руками Капон. – Электронику развили так, что создали искусственный интеллект, а до банальных мобил не додумались. Как так-то?
– Постой-ка, – вспомнил вдруг Лом, как его двойник при первой встрече пытался «связаться с внешним миром» с помощью какой-то электронной штуковины. – Мобила – это то, что у тебя в кармане?
– Ну да, – достал Капон из штанов знакомый уже взломщику черный прямоугольник. – Вот она, труба моя верная. Только без специальных вышек связи это простой кусок пластика. – Тем
