Глаза сти Молеуена явно выражали такую мысль – конечно, я понимаю, что имею почти равный голос среди присутствующих за этим столом, но так не хочется принимать любое решение. И это плохое, и другое будет не лучше. Так что решайте сами, и я приму его любым. А вот как навигатор Клемьер замечательный, тут ничего не скажешь.
От Фреда я услышал то, что в принципе и готов был услышать.
– Де Койн, я думаю, что другие варианты будут ещё хуже. Да и где их взять.
Ну что ж, я и сам такого же мнения. Если бы можно было бы что-нибудь придумать, то мы бы уже придумали.
Интерес дер Героссо к нам понятен. Не хватает экипажа на 'Морском Воителе'. И полтора десятка бывалых моряков для скардарцев маленькая, но удача. И платить не надо, и драться будут с немалым энтузиазмом, спасая свои жизни.
А в том, что в нагрузку идёт один граф и две девицы, ничего страшного нет, и мне это понятно.
'Эх, попала белка в колесо, крутись, но беги. В конце концов, лучше попасть в Империю через месяц, другой позже, чем вообще никогда туда не попасть' – думал я, вышагивая к нашему временному пристанищу, которое представляло собой пустой склад, любезно, всего за пару золотых предоставленному нам человеком, с которым мы собирались обменяться кораблями…
На сборы нам понадобилось около получаса. Вернее, на сами сборы много времени не потребовалось, но перед этим как отправиться к причалу, состоялся разговор.
Тема разговора понятна, вполне могло случиться так, что у людей фер Груенуа или Гентье были собственные планы на будущее и шли они вразрез с предложением, сделанным дир Героссо.
Таких людей не оказалось, хотя особого энтузиазма увидеть не довелось. Чтобы хоть как-то подсластить пилюлю я сказал, что жалование, в связи с последними событиями ни у кого не пропало и даже увеличилось на треть. И по приходу в Империю оно будет немедленно обналичено, в том случае, если такая возможность не сыщется ранее.
У причала в указанном месте шлюпок не было, но присутствовала пара человек в плащах с капюшонами. При нашем приближении один из них извлек из-под плаща фонарь и замахал им в воздухе. С 'Морского Воителя' помахали светом ответно, и через пару минут от его борта отвалила шлюпка.
Все три тримура Скардара, 'Божий Любимчик', 'Морской Воитель' и 'Гнев Мениоха' были одного проекта и выглядели практически одинаково, за исключением немногих мелочей, что сразу видны только глазу опытного моряка. Разве что 'Морской Воитель' несколько выделялся среди своих братьев-близнецов. Прежде всего, повышенной парусностью, о чем легко можно было судить по такелажу. Ну и несколько меньшим числом орудий, коих было тридцать шесть в отличие вооруженных сорока пушками 'Божьего Любимчика' или 'Гнева Мениоха'.
Вероятно, все это добавляло ему ход.
Часть своей команды 'Морской Воитель' потерял ещё до встречи с эскадрой Изнерда, да и в сражении с ней пострадал больше других кораблей.
Дир Героссо рассказывал, что изначально они вышли в плавание, имея на борту экипаж числом несколько ниже положенного, торопясь присоединиться к двум остальным кораблям эскадры.
По пути им посчастливилось захватить изнердийского купца, на который была высажена призовая команда. Будь на нем другой груз, рассказывал Мелиню, купца просто потопили бы, позволив экипажу усесться в шлюпки, благо берег было видно на горизонте.
Но торговец до отказа оказался загружен чушками меди, в чем Скардар остро нуждался, поскольку медь всегда была предметом импорта и 'Морской Воитель' вполне резонно рассчитывал на неплохую премию.
Потом, уже в бою, был залп изнердийского корабля картечью в упор, что тоже проредило численность экипажа на борту тримура.
В общем, осталось только половина экипажа. Конечно, оба других корабля Скардара поделились людьми, но в разумной мере, и в итоге из положенных триста человек на борту 'Воителя' было чуть больше двух сотен.
Сложность в создавшейся ситуации для эскадры Скардара была ещё и в том, что Изнерд решил окончательно утвердиться в своем могуществе на море. Нет, до кораблей, имеющих на борту десант, и следующих к берегам Скардара дело ещё не дошло, но эскадры Изнерда рыскали в поисках своего единственного соперника по могуществу на море, топя и захватывая его торговые и военные корабли.
Помнится, слушая дир Героссо, я цинично подумал, что не того врага себе выбрал. Все же приятнее, когда твой друг силен и могуч. Утешало одно.
По рассказам Фреда Изнерд боялись, ненавидели, опасались, уважали, но никогда не любили. Прежде всего, за его надменность. И все симпатии в начавшейся войне у нейтральных стран были на стороне Скардара.
Разместившись в небольшой каюте, для чего нам пришлось немало потесниться, я вместе с фер Груенуа и сти Молеуеном поднялись на мостик, чтобы представиться капитану корабля дир Брунессо и остальным офицерам. Флаг командора, адмирала дир Колиньессо был на 'Гневе Мениоха', но понятно, что на борт 'Воителя' мы попали с его одобрения.
На мостике собралось всё командование кораблем. Дир Брунессо стоял в окружении офицеров, и что-то им говорил, изредка прерываясь, чтобы кашлянуть в большой платок, который держал в левой руке.
Мы скромно встали у борта, дожидаясь, пока закончится совещание и на нас обратят внимание. Последнее совещание перед выходом в море.
Вскоре последует приказ с флагмана, корабли снимутся с якоря и пойдут на прорыв. Я поймал себя на мысли, что не последнее совещание, крайнее, так будет правильнее во всех смыслах сразу.
Ветер уже заметно спал, волнение тоже успокаивалось, так что ждать, что изнердийские корабли попытаются ворваться в гавань, никто не собирался.
Наконец, когда офицеры корабля разошлись по своим местам, дошла очередь и до нас. Дир Брунессо выглядел как Мелиню, разве что на пару десятков лет старше. Вот только худоба его выглядела болезненной.
Я представился первым, своим настоящим именем. Вряд ли оно настолько известно в этом мире, что необходимо прятаться за придуманным псевдонимом.
Затем представился сти Молеуен, вслед за ним Фред.
Дир Брунессо пару раз сухо кашлянул всё в тот же платок, затем посмотрел на меня каким-то испытующим взглядом и сказал:
– Так вот вы какой, Артуа де Койн. Что ж, рад познакомиться с вами лично.
Наверное, мне не удалось оставить выражение лица невозмутимым, поскольку следующие его слова были такими:
– Мир не так велик, как мы об этом думаем.
Серело, когда на флагмане часто замигал фонарь. Сомневаюсь, что они уже изобрели азбуку Морзе, но распоряжение было понятным, и последовала команда на выборку якоря.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
