Читаем без скачивания Плотина - Роберт Бирн

Пока вопрос о перемещении ее конторы на ежемесячных заседаниях проваливался, Элизабет за два года отчаянной борьбы сумела добиться достаточных ассигнований, чтобы смонтировать радиооборудование округа в автофургоне. Теперь штаб, куда сходились все нити, можно было оперативно перемещать в любое место, где он мог бы действовать наиболее эффективно. Элизабет гордилась своим штабным автомобилем, оснащенным мощным двусторонним радиопередатчиком, медикаментами, дорожными сигналами и, что самое важное, «картотекой резервов», где указано местонахождение всего, что может понадобиться, начиная от врача и кончая мешками с песком, включая перечень развертываемых полевых кухонь, госпиталей и лагерей беженцев. Это был своего рода Пентагон на колесах, откуда она могла откликаться почти на каждое происшествие в округе. «Слава Богу, что это произошло в конце недели, – сказала она себе, сбегая по ступенькам крыльца и заталкивая в рот ломтик поджаренного хлеба. – Во всяком случае, не придется возиться со школьниками».

В темноте гаража она потянулась к двери своего штабного автомобиля, но его там не оказалось. Гараж был пуст, равно как и подъездная дорожка. И у мостовой ничего не припарковано. Она схватилась за голову, но тут вспомнила, что машина стоит у конторы. На предыдущей неделе совет инспекторов, столкнувшийся с ежегодным падением доходов, принял решение запретить служащим забирать к себе домой транспортные средства, принадлежащие округу. Это касалось и офицеров управления контроля над катастрофами. Иными словами, с того момента катастрофам надлежало происходить в течение обычного рабочего дня.

Проклиная Говарда Джарвиса, Элизабет выбежала на улицу и посмотрела в обе стороны, не поможет ли кто. За два дома от нее на заросшем сорняками дворе, возле выброшенной кухонной плиты, юный бездельник Норман Кингвелл, стоя на коленях, наводил лоск на свой мотоцикл. Это занятие было смыслом его жизни. С ним и с его отвратительными родителями она не разговаривала целых два года, с того дня, как Норман в день своего пятнадцатилетия снял с мотоцикла глушитель. Но теперь она побежала к нему, размахивая руками, и закричала:

– Заводи свою красавицу, Норман, малыш! Повезешь меня покататься.

К югу от Монтерея, в глубине национального леса Лос-Падрес, человек, чей темный костюм никак не вязался с окружающим пейзажем, бежал по засыпанной листьями тропе, ведущей в центр дзен-буддизма в Тассаджара-Хот-Спрингс. На очаровательном мосту в японском стиле напугал монаха в черной рясе и сбежал по каменным ступеням к огороженным ваннам с минеральной водой на открытом воздухе. Опустившись на одно колено, всмотрелся в пар, поднимавшийся над поверхностью темной воды, и нашел того, кого искал, – худого голого мужчину с лицом Христа на Туринской плащанице, погрузившего в воду все, кроме глаз, носа и рта.

– Вам придется уехать, – настоятельным шепотом произнес коленопреклоненный. – В округе Каспар экстренная ситуация.

Губернатор Калифорнии поднял голову, моргая и сдувая воду с губ.

– В округе Каспар?

– В плотине в ущелье Сьерра появилась течь. Дело выглядит скверно.

– А они не могут ее закупорить?

– По всей видимости, нет. Саттертон уже эвакуируют.

– Трудно поверить, что в таком большом штате, как этот, который расходует такую уйму денег на университетское образование, нет специалистов, знающих, как ликвидировать какую-то течь.

Исполняющий обязанности помощника губернатора пожал плечами.

– Я просто довожу до сведения эту новость. Если выедете немедленно, вы сможете попасть туда как минимум к финалу того, что обещает стать катастрофой высшего разряда.

– Хорошо, – сказал губернатор со смиренным вздохом, извлекая себя из воды. – Я пока оденусь, а вы посмотрите, не сможете ли раздобыть «плимут» на ходу.

– Вас должен забрать вертолет. Совершите облет, объявите пару округов районами бедствия и побеседуете с прессой. Можно биться об заклад, что пресса прибудет туда составом с батальон.

Губернатор быстро натянул махровый купальный халат, надел сандалии, на ходу прикладывая к лицу полотенце.

– Какую тактику мне следует занять с прессой: корпоративная жадность, экологическое бедствие, заправляющие Большой Энергией чиновники, влияние космических полетов или что? Нельзя ли возложить вину на республиканцев?

– Плотина построена во время правления вашего отца. Губернатор слегка растянул губы, что было самой широкой улыбкой.

– Он убил бы меня, если бы я упомянул об этом. Боже, неужто все наши плотины начнут рушиться на нас справа и слева? Право, и без того более чем достаточно проблем со средствами массовой информации.

– Вряд ли начнут. Ну, а прессе внушайте, что вы глубоко сочувствуете тем, кто погиб или остался без крова. Покажите, что вы тревожитесь о них, и администрация штата тоже тревожится.

– И она сделает все возможное, чтобы оказать помощь в рамках финансовых и установленных законами лимитов. Да, это хорошо звучит. А как насчет нападок на плотины? Может быть, это неплохой предлог прорекламировать солнечную и ветровую энергию? Настолько, мол, это безопаснее, поможет вырваться из тисков иностранных нефтедобытчиков, ну и все такое.

Мужчины быстро взошли по ступенькам.

– Просто тревога о пострадавших – это реклама на первые день-два, – наставлял исполняющий обязанности помощника. – Вы глубоко тронуты как личность. Понимаете, что имею в виду? Вы сочувствующее, заботящееся человеческое существо. Не становитесь формальным. Продемонстрируйте какие-нибудь общие проникновенные эмоции.

– Вы правы, – сказал губернатор после некоторого раздумья. – Я это сделаю. По сути мне это нравится.

Два рывка шнура, и подвесной двигатель заработал. Держась одной рукой за румпель, Чак Дункан вывел свое плоскодонное суденышко из укромной бухточки, где оно было у него обычно привязано. В эти ранние утренние часы ветер был слабым, поверхность воды зеркальной. Дункан держал курс на самую широкую часть водохранилища, километрах в восьми от плотины. Добравшись туда, он выключит двигатель и проведет беспечный день, попивая пивко, покачиваясь, глотая слюнки, разглядывая фотографии в «We», половит рыбку, а заодно и позагорает... Дункан считал, что после зубов самым плохим в нем было телосложение. Загар здорово помогает компенсировать это, и нынешним летом он намеревался загореть дочерна.

Он лег навзничь, поднял лицо к небу и закрыл глаза. Солнце еще не было достаточно жарким для хорошего загара. Он устал, и с похмелья ему хотелось расслабиться. Болели мышцы. Большую часть ночи он боролся с Карлой, – Господи, ну и сильна же она! – безуспешно стараясь содрать с нее одежду. Она хихикала, словно все это занятие было всего лишь своеобразной дьявольской игрой. Возможно, в следующий раз вымотается. А пока он предвкушал, как набросится на пиво и хорошенько отоспится, дрейфуя туда, куда его понесет течение.

Глава 27

Четыре стальные фермы пересекли реку, покоясь на устоях из добытого в каменоломнях гранита. На ближнем подступе к городу бетонная пирамидка, на ней начертано:

Мост на Главной улице. Саттертон, воздвигнут в 1933 году.

Это сооружение никогда еще не выдерживало такого давления, даже во время Великого наводнения в 1956 году, когда мостовая была залита водой на метр. Теперь глубина широкого быстрого потока уже достигла полуметра и продолжала увеличиваться.

Желтый школьный автобус с арестантами из городской тюрьмы с ревом остановился возле пирамидки.

– О Святой Толедо, – сказал водитель, – посмотрите-ка на реку! Как думаете, ее переехать можно?

Сидящий рядом охранник с автоматом нагнулся, чтобы посмотреть через ветровое стекло.

– Похоже, что нет. Но я же не какой-нибудь проклятый инженер.

– Я проклятый инженер, – сказал Фил Крамер, идя по проходу в своем белом рабочем комбинезоне и резиновых сапогах, – и я тоже считаю, что нет. Посмотрите, насколько быстро поднимается вода. Как только ударит по этим вот горизонтальным балкам, мосту конец.

– Садись-ка, – приказал охранник.

Остальные арестанты, съежившиеся на маленьких для них сиденьях, вытягивали шеи, с беспокойством озираясь. Копна растянулся в хвосте автобуса, храпя, словно сигнальная сирена.

– Дерьмо, – сказал водитель, ударяя по рулевому колесу ребром ладони.

Подъехали два полицейских автомобиля. Один перерезал автобусу дорогу на мост, другой остановился в сторонке. Внезапно повсюду оказались полицейские, воздвигающие баррикады на подходе к мосту, заворачивая машины, которые уже начали выстраиваться позади. Все вокруг заполнили вспышки огней и шумы радиопередатчиков. Из одной машины вылез Уилсон Хартли, подождал, пока водитель автобуса откроет окно.

– Ну, и куда теперь, шеф?

– В среднеобразовательную гимназию, это в Стерлинг-Сити. Поедешь по Сто девяносто второму шоссе. Не возвращайся по Главной улице. Слишком большое движение, да и люди повсюду шныряют. Нет ли у тебя там Фила Крамера?