то нести вам меня на руках.
— У тебя для этого есть невольник. Все равно же мне не дашься, или я не прав?
Глава 26
Шерли
Адриан, оказывается, был прав. Вот только жалко те артефакты, что разлетелись. А сейчас ещё нужно выманить у старухи поистине волшебное зелье, если мы все хотим жить. Хотя, тут как посмотреть, из столицы, да без портала сюда добираться было бы дольше. Но боюсь, это не будет аргументом при общении с придворными магами. Так что делаем скорбную моську, жаль, нельзя спрятать парней и, в особенности, моего эльфа, эта зельеварка не терпит богатства. А такой невольник — это уже даже не богатство, а чистая роскошь. Обычно я сюда наведывалась в куда более скромном виде и то далеко не всегда мне продавали нужное. Но уже поздно кого-либо скрывать, ворон знахарки сидит на ветке и оценивает каждого из членов отряда, глядя черными бусинками своих умных глаз. Одно радует неоспоримо, темные выглядят как самые настоящие оборванцы.
Штаны ожидаемо начали рваться. Хорошо, что избыток силы прошёлся только по моим ногам. Без рубашки, определённо, было бы хуже. Сдернула ошметки свисающей ткани, предварительно вытащив из них тонкий кожаный ремешок. Темные развернулись спинами ко мне как по команде. Грег смотрит во все глаза на мои голые ноги. Адриан уже и так это видел, да и не только это. Черт! Вот выберемся из этого всего, и я тут же, просто в ту же минуту, задраив все окна и двери, наконец-то возьму своего невольника в постель для выполнения его основной миссии в этой жизни. Выбраться бы только. Угу. И квартира у меня взорвана. Возьму я в постель невольника, как бы не так. Сначала надо будет вымести все стекла! Демон подери тех, кто взорвал квартирку. Интересно, мог это быть Грег?
— Грег, слушай, ты мою квартиру взорвал? — теперь я воочию увидела, что означает крылатое выражение "челюсть отвалилась, и он онемел".
— Неа. А ее что, взорвали?
— Угу, представляешь? Говорят, даже оконные рамы повыбило.
— Значит, мои тоже, скорее всего. Квартиры-то рядом. А пожара не было, ты не знаешь?
— Вроде бы нет. Все, можем идти, я закончила, — темные пошли, дружно задрав головы к солнцу, видимо, чтобы на меня не смотреть. Хватило их ровно до первой кочки.
Вдох-выдох. Главное, не проболтаться про Императора, жаль я об этом забыла ребятам сказать. Здесь не очень-то его любят.
Крохотная избушка, сложенная даже не из брёвен, из серых жердей лет триста назад, гордо возвышается на трех валунах. Я усердно попинала носком сапога специально прикрученную для этого действа к ступеньке медяшке.
Дверь распахнулась и на пороге… Ой! Кто-то намудрил с зельями! Темно-синее нечто идеальных форм женского тела застыло, обернутое в серую мешковину.
— Хороша?
— Очень!
— Не слишком насыщенный цвет? Мне в ночь на шабаш.
— Красиво и необычно.
— На то и расчет. Что за оборванцев ты с собой приволокла? Разжалобить меня захотела… Ой! А раб-то почему одет в вещи придворного? Еще и эльф. Может, вам погадать? Точно. Погадать. Всем! Чохом.
— Нам нужно зелье! — подали тихий голос темные эльфы. Видимо, две полуголые женщины, одна из которых еще и синего цвета — слишком даже для них.
— Будет вам зелье, но для начала я погадаю. Грех не погадать, когда столько красивых оборванцев принесло к дому. Заходим по одному, а то зелье не продам!
— У нас заказ от самого Императора! — рявкнул предводитель темных. Опа, а он отучился краснеть, должно быть, от переизбытка эмоций за сутки.
— Для него самого? Ждите.
Дверь шаркнула по косяку, закрываясь. И как не развалится только?
— Тут Императора не очень-то любят, зря вы это сказали.
— Если что, возьмем эту хижину штурмом!
— Не выйдет, она только с виду такая хлипкая. Если ее кто и может развалить, так только хозяйка. Придется ждать.
— Я все слышу! — зельеварка высунулась в окно, — по прядке волос от темных эльфов, леденцы с тебя, а вон с того парня ничего. Из него самого ингредиентов не наделаешь, а больше брать у него нечего.
Темные молча протянули в окно пучки собственных волос, я положила баночку с леденцами.
— Держите зелье. Только Императору мое зелье давать — попусту ингредиенты тратить. Увидите, я погадала. Раб, за все приходится отвечать. И тебе тоже, Шерли. Быть тебе свахой в золотой коробке. Темные, не входите в свое поселение сегодняшним днем — позор будет страшный. Вон, убогого лучше отправьте. Убогий, а ты сыграешь великую роль, да в чужой пьесе. Или игре. Быть перчаточной куклой тоже неплохо — отвечать не надо своей головой. Живы будете все. Страшное испытание у вас впереди. А из прядок я себе такой паричок сейчас наколдую! Все козлы мои будут!
Створка захлопнулась, оглушив нас на прощанье.
— Какой паричок? Какие козлы?
— Шабаш сегодня. А я знаю, кто на него под личиной козлов явится? Идемте!
— А почему я — убогий?
— Тебе видней. Мне вот интересно, за что придется отвечать Адриану?
— Есть за что. Я все расскажу вам, госпожа.
Глава 27
Шерли
Как же мне надоело тащиться пешком. Еще чуть-чуть и я кого-нибудь оседлаю в самом прямом смысле слова. Вон, темных много, идут, как по тротуару, ни разу ведь не споткнулись на этой заросшей бурьянами всех сортов и видов дороге. «Квац-квац» бряцает в рюкзаке сковородка, кто бы только знал, как меня утомило левитировать чертовы рюкзаки, это еще, мягко говоря. Адриан невероятно мрачен. Что у него за секреты, за что ему нужно ответить? Всю его прошлую жизнь и все долги перекрыл рабский ошейник. Как свободный житель Империи он для всех умер и не может ни за что отвечать. А как раб? Он — моя собственность, и за него несу ответственность я, кто бы что ни говорил. Да и он, как мне кажется, еще не успел ничего сотворить в этом своем новом статусе, по крайней мере, после того, как попал в мои руки. Уф, если что, вытрясу правду через ошейник, захочет соврать — не сможет, подчиню себе его рабскую волю. Не хотелось бы, конечно, действовать так радикально, но… Будущее покажет.
— Господа темные эльфы…
— Чего вам нужно, мастер Грег?
— В той стороне справа, насколько я помню, есть поселение темных эльфов, где-то в глубине леса.
— Допустим.
— Я бы мог передать им записку от вашего лица и одолжить коней или любой другой транспорт. Адриан одет подобающим вашим эльфийском традициям образом. Вдвоем
