Она приободрилась, когда увидела укрытие и поняла, что они в безопасности. Ей казалось, что на этом их путешествие закончится. Но на самом деле оно только начиналось.
Вход в обвалившийся от времени замок встретил их сухой колючкой, опутавшей двери. Пригибаясь, путники пробрались под свисающими с потолка балками и вышли в большой холл. Там они увидели исписанные краской стены. Сокол залетел в окно, подняв пыль с подоконника так, что Далия чихнула. Аха быстро проверили все оставшиеся комнаты и, получив приказ обосноваться тут на время, пошли готовить места для сна. Эвон все это время смотрел на буквы на стенах. Они почти выцвели и где-то вместе с участками стены облупились и осыпались на пол. Но слова прочитать всё еще было можно.
– Звезды. Ее спасли звезды. Звезды, звезды, звезды, – вел пальцем по стене Эвон. – И холодная темнота среди пустыни, в которой эти звезды сияют.
Это было похоже на бред.
– Звезды сверкают яркими фиолетовыми огнями. Искать фиолетовое сияние во тьме. Звезды сияют во тьме посреди пустыни, там, где раскинулось ночное небо. И дерево, – Эвон читал слова уже с другой стены, – дерево, растущее над упавшими звездами. Дерево и луна. Луна свисает с дерева. Как? О чем ты, Ача? Как тебя понять? Дерево, звезды, фиолетовые огни… Дерево, звезды, фиолетовые огни…
Далия запрокинула голову и прочитала надписи на потолке.
– Месяц Аметиста. Все это было в месяц Аметиста. В день, когда пошли дожди и змеи привели ее прямиком к звездам. Змеи. Змеи… Отряд змееловов. Мне нужно десять лучших охотников. – Далия посмотрела на Эвона, и он, выйдя через арку в другую комнату, продолжил читать странное послание Сэтила.
– Абиг, если ты это читаешь, то я ушел на поиски спасения. Я скоро вернусь и заберу вас туда, где мы все будем в безопасности. Камни я взял с собой. Я спрячу их во тьме с фиолетовыми звездами.
– Кто такой Абиг? – Далия подошла к Эвону и сама еще раз прочитала надпись.
– Может, приближенный? Советник? Главный охранник? – Он вернулся в комнату и вновь осмотрел стены. – Хотя… Это не важно. Важно то, что камней здесь нет. Они где-то в пустыне.
– Там, где фиолетовые звезды, змеи и дожди. Да.
Сокол крикнул.
– Что нам делать, Варга? – обратился к птице Эвон.
Сокол наклонил голову.
– Идти в пустыню на поиски?
Сокол кивнул.
– Но это опасно. Сюда нас привела ты, и путь был легким. Но искать какую-то тьму, и уж тем более змей…
Птица крикнула и забила крыльями.
– Хорошо! Я понял. Пойдем в пустыню. Ты же нам поможешь?
Но птица покинула их, скрывшись где-то в чернеющем из-за туч небе.
– Кажется, все-таки Соно и Юри приплывут на Схиалу раньше нас, – пнув камень ногой, сказал Эвон.
Глава 23. Юстин
![]()
Пустыню накрыла прохладная ночь. Эвер, прикрытая шелковой простыней, лежала на груди Сэтила и закидывала в рот сушеные финики.
– Лишь за эти сладкие плоды я готова терпеть невыносимую жару твоей страны.
Эвер посмеивалась и болтала ногами, а Сэтил, зная правду о ней, лежал и думал лишь о том, что все происходящее сейчас неправильно.
– Ты все еще злишься на меня, Сэти? – Она толкнула его в бок. – Я же просто сказала Рэю правду. Твои тени нужно приструнить.
Сэтил промолчал, и она перевернулась на живот.
– Дай воды, – Эвер указала на стакан, стоящий у изголовья кровати. – Поганая тошнота не проходит уже несколько дней.
– Заболела? – Сэтил протянул ей воду. – Съела что-то не то?
– Сомневаюсь, что от болезни или отравления растет грудь.
Эвер сделала глоток, набрала в рот воды и, прополоскав горло, сплюнула обратно в стакан.
– Скажи своим слугам, чтобы воду чистили лучше. Я чувствую песок на языке.
Сэтил злился из-за каждого слова Эвер. Воспринимал все сказанное в штыки и думал, как бы съязвить в ответ. Но молчал. Впрочем, как обычно, уступал ей и повиновался.
– А у тебя всегда в комнате пахло каким-то жженым маслом? – сморщила нос Эвер.
– Кажется, тебе пора. – Сэтил встал с кровати и затянул на бедрах простынь. – Народ Эверока наверняка соскучился по своей святой.
– Все-таки обиделся. – Эвер скинула с себя покрывало. – Ну, Сэти, милый, хватит дуться.
Нагая, она подбежала к Сэтилу и закинула руки ему на плечи. Ее длинные, почти касающиеся пола волосы спадали на грудь. Эвер прижималась телом к Сэтилу и, мурлыча на ухо комплименты, пыталась отвлечь. Но Похоть, как и другие сэтхи, отправилась на охоту и сейчас не мешала Сэтилу здраво мыслить.
– Ты король жаркой страны, но от тебя веет холодом. – Поняв, что он к ней безразличен, Эвер наконец отступила, тон ее стал грубее: – Мне это не нравится.
– Мне нужно о многом подумать, – потирая усталые глаза, ответил Сэтил. – И ты не хочешь мне в этом помочь.
– Твои проблемы – это твои проблемы, Сэти. У меня самой много забот. Тем более, справиться с тенями можешь только ты. Твой народ тебя так любит, что сделает все, о чем ты попросишь. Мой не такой. Так пользуйся этим.
– Ты слишком строга с эверчанами. – Сэтил подошел к кувшину с водой и залпом осушил его. – Будь с ними помягче.
– Они затевают бунты на моих улицах. Строят заговоры за моей спиной. Я не могу предотвратить волнения среди людей, но могу их публично наказать. Всем нравятся порки. Будь они в постели или же на главной площади.
– Эвер… – разочарованно протянул Сэтил.
– Не осуждай меня, Сэти. Твои тени забирают грехи у горожан, но не у тебя. Жаль, люди не видят твои изъяны. – Эвер уставилась в окно. – Иначе твоя страна давно бы сгорела от огня разъяренных и озлобленных. И ты бы понял, что единственный выход – это наказание.
– Из-за твоих наказаний стали презирать сиафов.
– Они сами виноваты. Начали пускать слухи, что якобы я сама тьма и что за мной тянется смерть, а не новая жизнь. Подумать только… – огрызнулась она. – И эверчане поверили им. Пришли к моему замку и закидали его камнями. Желали мне смерти. Кричали. Бранились.
– Эвер. – Сэтил не хотел вновь слушать эту историю.
Он слышал ее сотни раз. И ничего в ней не менялось, кроме злости, которой в Эвер копилось все больше и больше.
– И тогда я наказала их. За вранье. И если это повторится, то я сожгу их всех дотла. – Эвер, тяжело дыша, замолчала. – Но тебе не понять.
– А кому понять? – Кажется, Сэтил знал ответ: – Ару?
– Ему повезло, что Араса так далеко от континента. Я приняла весь удар на себя. И слухи о том, что я сплю с ним, остались лишь на улицах Эверока. Арасийские поборники чистокровности не приняли бы наш союз и изгнали бы Ара.
– Может, сиафы были правы?
– Те люди не были сиафами! – вдруг сорвалась на крик Эвер. – Они. Были. Обманщиками.
Она схватила свое платье и в спешке натянула на себя. Сэтил понял, что она сильно расстроена, увидев на небе падающие звезды.
– Но ты, конечно же, не на моей стороне, – обиженно бросила Эвер. – Ты на стороне людей. Сиафов. Несуществующего добра. Верно?
– Эвер… – начал Сэтил.
– Господин! – Абиг ворвался в комнату. – Господин!
Смутившись Эвер и полуголого короля, он отвернулся к стене.
– Говори, – приказал Сэтил.
– Еще один… Еще один отряд…
– Нет… – Сэтил понял, о чем говорил его запыхавшийся советник. – Охотники на змей?
– Их иссушенные трупы нашли недалеко от города.
– Проклятие!
Сэтил схватил пустой графин и швырнул в стену.
– Они… – Абиг все никак не мог отдышаться. – Они были убиты так же, как и другие. В теле… В теле не осталось и капли крови. Лишь кожа, обтянувшая кости…
Яростно взревев, Сэтил швырнул на пол столик, а за ним и стулья.
– Проклятие! Проклятие! Проклятие! – кричал он.
– Ой! – голос Эвер стал веселым. – А где твои тени, Сэти? Кажется, на охоте? Так, значит, это и вправду они?
– Эвер, нет. – Сэтил попытался ухватить ее за руку, но она ускользнула и выбежала за дверь.
