Читаем без скачивания Любовь длинною в жизнь (ЛП) - Харт Калли

— У меня онемело лицо. Не думаю, что смогу двигаться.

— Потрясающе, — он усмехается, выпрямляясь и устремляя на меня пронизывающий взгляд. — Помнишь, что я сказал, Корали? Я говорил, что хочу почувствовать, как твоя киска сжимается вокруг моего члена. Сейчас мы узнаем, сможешь ли ты справиться со мной. Готова?

Не думаю, что мое тело готово принять еще один такой оргазм, но я, должно быть, жажду наказания. Ловлю себя на том, что киваю.

— Хорошая девочка.

Каллан расстегивает джинсы и сбрасывает их, открывая пару черных боксеров под ними. Они достаточно тугие, и мне не нужно напрягать воображение, чтобы понять, что происходит под натянутой тканью.

— Ты хочешь отсосать у меня, Корали? — спрашивает он. Он снова сжимает свой член, слегка дрожа, когда касается себя.

— Да. Боже, да.

Это все, что ему нужно услышать. Каллан снимает боксеры одним быстрым движением, освобождая свой уже твердый член. Он высвобождается, задевая мышцы его живота, когда Каллан обходит вокруг стола. Я не могу оторвать от него глаз. Когда мы занимались сексом прошлой ночью в его старой спальне, ни один из нас не обращал внимания на детали. Мы были так безумны, отчаянно хотели снова заявить права друг на друга, почувствовать, как другая половина нас встает на свои места, что потратить секунду на то, чтобы оценить тела друг друга, на самом деле не было вариантом. Теперь, когда я лежу практически голая на столе, у меня есть секунда, чтобы полюбоваться видом, и какой это великолепный вид. Каллан безупречен. Мой взгляд скользит по его широким плечам вниз к твердым мышцам, которые выглядят так, как будто вырезаны на его груди и животе. На нем нигде нет ни капли жира. Его бедра и ягодицы такие же подтянутые, как и все остальное, а его член... я не могу оторвать от него взгляд.

Он пропорционален остальной части его тела, хотя и крупный. Намного больше, чем у Бена или любого другого парня, с которым я спала за эти годы. Холодная дрожь пробегает по моей коже, когда думаю о том, как он забрал мою девственность с этой штукой. Тогда мне было больно, да, но я была готова к тому, что он войдет в меня. Это была настоящая боль. Прекрасная боль, которую я лелеяла в то время.

Каллан ухмыляется мне сверху вниз, его руки ловко работают, чтобы снять мою скомканную рубашку и лифчик, освобождая мою грудь должным образом.

— Хочешь фотографию? — спрашивает он. — Могу устроить. Я знаю одного парня.

— Нет. — Я улыбаюсь, но как только отклоняю предложение, почти жалею об этом.

Каллан приподнимает бровь, как будто точно знает, что происходит у меня в голове.

— Если передумаешь...

Я вскрикиваю, когда он подхватывает меня на руки и поднимает со стола, осторожно ставя на ноги. Моя юбка, задранная вокруг талии еще секунду назад, внезапно оказывается на полу, и Каллан присаживается на корточки позади меня, проводя языком по изгибу и выпуклости моего зада. Его сильные руки удерживают меня на месте, пальцы впиваются в плоть моих ягодиц, когда он облизывает и кусает. Жар накатывает на меня, когда Каллан стонет, раздвигая ягодицы, чтобы использовать свой язык на потаенном участке моего тела, к которой еще никто не прикасался. Это потрясающее чувство. Совершенно не то, что я могла себе представить. Падаю вперед, упираясь руками в кухонный стол, тяжело дыша.

— Каллан, о, черт, Каллан, прекрати. Ты мне нужен. Пожалуйста… пожалуйста…

— Где я тебе нужен, Синяя птица? Здесь? — Он скользит пальцем в мою киску, заставляя меня сделать глубокий вдох. — Или здесь. — Он убирает палец и отводит его назад. Палец скользкий от моих соков, но Каллан все же не толкает его в мою задницу. Он водит пальцем по кругу, слегка надавливая, дразня. Никогда не думала, что это будет настолько приятно. Мне никогда не приходило в голову, что я действительно могу сказать ему, что хочу, чтобы он был там.

Каллан смеется, когда я просто вздыхаю в ответ.

— Я хочу тебя у себя во рту, — шепчу я. Он убирает мои волосы с плеч, собирая их в свои руки. Прижимается ко мне сзади, его член впивается в мою задницу, заставляя меня покраснеть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тогда тебе лучше встать на колени, — шепчет он мне на ухо.

Он слегка дергает меня за волосы, не настолько, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы показать, чего он хочет. Я поворачиваюсь и опускаюсь перед ним на колени. Когда беру член в рот, Каллан крепче сжимает мои волосы. Сомневаюсь, что это осознано, но грубость меня заводит. У него потрясающий вкус. Эрекция твердая, кожа гладкая. Я просовываю его глубоко в свое горло, не заботясь о том, что не могу дышать. Чувствую, как он напрягается, становится все тверже и тверже, когда я провожу языком по головке его члена. Это потрясающе. Самое приятное ощущение. Каллан пытается оставаться неподвижным — могу сказать это по тому, как он отпускает волосы и сжимает руки в кулаки по бокам — но в конце концов он начинает толкаться в мой рот, ругаясь каждый раз, когда выскальзывает, а затем снова входит.

Чувствую, как он теряет себя. После того, как он только что заставил меня кончить, кажется невероятным, что я могу заставить его чувствовать себя так. Увеличиваю скорость, открывая рот шире, принимая его глубже, а затем Каллан внезапно оттягивает бедра назад, так что я не могу продолжать.

— Черт. — Он стискивает зубы. — Я больше не могу. Ты заставишь меня кончить.

— В этом и есть смысл. Я хочу попробовать тебя на вкус.

Каллан качает головой из стороны в сторону, гладя член рукой.

— Не в этот раз, Синяя птица. Я собираюсь тр*хнуть тебя прямо сейчас. Я собираюсь жестко тр*хнуть тебя и кончить в тебя. Это тебя устраивает?

Я принимаю противозачаточные средства. Когда я потеряла нашего ребенка, то поклялась, что больше не хочу сильно страдать, с тех пор всегда старалась быть умной. Мысль о том, что Каллан войдет в меня прямо сейчас, такая сильная и возбуждающая. Я киваю, прикусывая нижнюю губу. Каллан наклоняется и перебрасывает меня через плечо, заставляя визжать. Он несет меня в гостиную и кладет прямо на пол. Мебель по-прежнему покрыта пыльными простынями, все по-прежнему завернуто и спрятано, как будто воспоминания об этом месте нужно держать в страхе, пока ничто не будет таким, как прежде. Каллан нависает надо мной, наклоняясь, чтобы поцеловать и укусить в шею.

— Когда мы закончим, Корали, ты признаешь, что хочешь быть со мной. А потом мы вместе с этим разберемся. Мне, бл*дь, все равно как. Ты переедешь в Нью-Йорк, или я перееду в Лос-Анджелес. Для меня это не имеет значения. До тех пор, пока мы не перестанем тратить свое время и не признаем, что нам нужно быть вместе. Согласна?

На нашем пути так много препятствий, так много воды под мостом, что сказать «да» прямо сейчас кажется ложью. Но я так увлечена им, что хочу верить, что у нас есть способ пройти через это. Мне нужно верить, что так или иначе, после всего, мы сможем найти способ наконец-то быть вместе. Страх проносится у меня в голове, но я борюсь, чтобы его отключить. Только не здесь. Не сейчас.

— Хорошо, — говорю я, легонько целуя его в грудь. — Согласна.

Затем Каллан входит меня. Он обнимает меня так крепко, как будто входит в меня в первый раз. Меня переполняют самые горько-сладкие эмоции, когда он прижимается своим лбом к моему, ловя меня в плен своего пристального взгляда, пока занимается со мной любовью. Я держусь за него так, словно от этого зависит моя жизнь. Постепенно наша потребность друг в друге берет верх. Его движения становятся все более и более требовательными, толчки становятся все сильнее и глубже.

Я двигаюсь в унисон с ним, чувствуя, как во мне поднимается оргазм, угрожая снова украсть мои чувства. Каллан обхватывает мое лицо одной рукой, стискивая челюсти.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Останься со мной, Синяя птица. Останься со мной.

Я держу глаза открытыми, наблюдая, как он яростно тр*хает меня. Каллан — произведение искусства. Недостающая часть меня. Эталон совершенства. Он откидывает голову назад, его губы слегка приоткрываются, и я чувствую, как его член становится невероятно твердым внутри меня. Почти уверена, что такая жесткость на самом деле причиняет ему боль, но он не выказывает никаких признаков дискомфорта, пока врезается в меня снова и снова.