переделали даже дизайн-проект, потому что поняли, что если будут экономить, то это обойдётся им дороже.
— Похоже, что у Ильдара Рустамовича дипломатический талант.
— Что есть, то есть. А чем вы занимаетесь? Чем зарабатываете на жизнь?
— Я пока только обустраиваюсь. Владения мне достались совсем недавно и, прежде чем начать зарабатывать, мне необходимо привести в порядок свои владения. Построить поместье, несколько домов для прислуги и гвардии, производственные помещения, а потом уже зарабатывать на жизнь.
— Вас наградили ленными владениями без жилья на них? Разве такое возможно?
— Ещё как возможно. Особенно, когда твои соседи несколько поколений ведут войну на этих территориях, — ответил я, и Снежана посмотрела в сторону баронов.
— Да, вы всё правильно поняли. Я сосед Михаила Юрьевича и Ильи Александровича. Мои земли расположены между их владениями. Так мы с ними и познакомились.
— И что, вы вот так сразу подружились? Как вам удалось их помирить? Я слышала, что эти два рода непримиримы.
— Ну, не сразу, конечно. Мы сначала присмотрелись друг к другу, повздорили слегка, но оказалось, что они оба достойные мужчины, поэтому я не стал их убивать. И они сочли меня достойным. А умные и достойные люди всегда найдут общий язык. Вот мы и нашли, — ответил я, и девушка засмеялась.
— Вы не стали их убивать? А вы забавный, Максим, и шутки у вас смешные.
— А вы чем занимаетесь по жизни? — поинтересовался я.
— В основном отдыхаю. Мой отец довольно богат, но род у нас не из древних. Папа несколько раз пытался выдать меня замуж, за представителей высшей аристократии, но кто-то не захотел брать жену не из знатного рода, а за кого-то я отказалась выходить замуж. В результате мы с отцом поссорились, и я уехала из дома. С тех пор мы с ним не виделись, несмотря на то, что он зовёт меня обратно.
— А чем же вы зарабатываете?
— Не тем, о чём вы подумали. У меня много разных талантов.
— Я ни о чём не подумал.
— Ну, да. Парень вашего возраста и не подумал о пошлости? — с наигранным возмущением и слегка покраснев, спросила Снежана. Мне хотелось ей ответить, что я уже давно не пацан, и подобные фокусы на меня не действуют, но вовремя остановился.
— Случается и такое, если мужчина думает той головой, что находится между его ушей.
— Как же редко я встречаю таких мужчин.
— И это хорошо?
— Да, это хорошо. Иначе бы наши женские чары на вас не действовали, а женщины без мужского внимания увядают.
— Благодарю вас за танец, — произнес я и слегка поклонился, потому что музыка только что закончилась. Я вывел девушку с танцпола и вернулся к баронам.
— А вы неплохо танцевали, Максим Викторович, — сделал мне комплимент Макаров.
— Спасибо. Вы знаете, кто она такая?
— Понятия не имею. Впервые её вижу. А вы Михаил Юрьевич встречали когда-нибудь эту особу?
— Нет. Она определённо не местная.
— Долгоруков как-нибудь себя проявил?
— Вообще никак. Он пытается делать вид, что обсуждает дела с некоторыми из тех, кто к нему подходит. Вот только я знаю, что он никогда бы не стал иметь напрямую дел с этими аристократами. Не его уровень. Он бы поручил решить вопросы с ними своим людям.
— Если только это не те дела, которые может выполнить только он, но такие дела он не стал бы выставлять напоказ.
Увидев меня танцующим, девушки и женщины стали подходить ко мне с просьбой пригласить их на танец. Честно говоря, я сначала не понимал, в чём такой интерес, но вскоре до меня дошло. Я здесь был вроде диковинки, на которую хотелось взглянуть поближе.
Мужчины ко мне особо не совались, но поглядывали на меня с недовольством.
— Рад вас всех приветствовать, дамы и господа! Простите за задержку, но, к сожалению, у меня были неотложные дела. Надеюсь, вы здесь не скучали, — обратился ко всем присутствующим князь Айдаров, а затем он увидел Долгорукого и удивился:
— Рад вас видеть на моём балу, князь. Не ожидал, что вы прибудете. Вы бы хоть предупредили, я бы встретил дорогого гостя, как подобает.
— Благодарю вас, Ильдар Рустамович, вы и так устроили шикарный приём. В столице не каждый князь может себе позволить нечто подобное.
— Рад, что вы это оценили. Прошу вас, наслаждайтесь балом, — ответил хозяин этого поместья, а затем в его поле зрения попали мы.
— Я что, сплю или моё сознание решило подшутить надо мной? Неужели они действительно стоят рядом и при этом не ссорятся, а ведут себя, как закадычные друзья?
— Нет, Ильдар Рустамович, вы не спите. Мы действительно с Ильёй Александровичем помирились. Точнее нас помирили.
— Но, кому это удалось? Кому оказалось под силу то, что никто не мог сделать на протяжении нескольких поколений?
— Знакомьтесь, это барон Максим Валерьевич Бессмертный. Император пожаловал ему земли, которые служили нам полигоном для войны. Мы сначала немного повоевали, а потом решили, что дружить гораздо веселее и выгоднее.
— Максим Валерьевич, поделитесь пожалуйста секретом, как вам это удалось?
— Да, ничего особо сложного. Нужно было просто поговорить с ними и всё им доходчиво объяснить. Они очень умные и поэтому сразу поняли все перспективы сотрудничества.
— С вами?
— В том числе и со мной.
— Но кто вы? Я ничего о вас раньше не слышал.
— Наверняка слышали, просто не знали, что это я. В некоторых кругах известен мой позывной.
— Любопытно. И что за позывной у вас?
— Дровосек, — ответил я и в зале воцарилась звенящая тишина.
— Тот самый Дровосек, который наделал столько шума?
— Честно говоря, я не планировал шуметь. Я лишь хотел отслужить свой срок и вернуться. Кто же виноват в том, что командование гарнизона и их покровитель совершенно не желали прислушиваться к голосу разума и инстинкту выживания? Они решили меня убить, как и тех, кто не дожил до демобилизации из предыдущих призывов.
— Ну, да. Я себе прямо представляю, как князю Бельскому говорят, что один из новобранцев, который, попав в гарнизон, стал простолюдином, угрожает благополучию не только командования гарнизоном, но и ему самому.
Наверное, у него что-то должно было зашевелиться в мозгу, но не зашевелилось. А зря, теперь император жаждет смерти князя, после
