потом авось его начнут искать и утащат обратно, — пояснил капитан, саркастически, усмехнувшись.
— Но маяк сделать, не помешает, — не громко добавила Светлана.
— Озадачь научников, — решительно кивнул дракон.
— И чего делать будем? — вздохнул Егор.
— Воевать, — отрезал полковник. — Сам знаешь. Это наша земля, и другой не будет. Смысл, вкладывай сам. Какой понравится.
— Ну, это как раз не обсуждается. Я про порядок действий.
— Стёпа толковый вариант предложил. Попробуем собрать ковен ведьм и возродить обряд закрытия. Но это уже мои дела. Только Дарью вашу я у вас на время заберу. Так что, придётся справляться самим.
— Ну, если Семёна к нам пристегнёте, то справимся, — подумав, решительно кивнул Егор. — А Степан в этом деле разве не нужен?
— Он сильный ведун, но слабый колдун, — качнул дракон головой. — Для вашей работы, лучше не придумаешь, а вот в предстоящем деле, толку от него будет мало.
— Ну и ладно. Нам проще, — облегчённо усмехнулся капитан. — Так что, Семёна нам отдадите?
— Считай, уже отдал. Но учти, это водитель от бога и стрелок отменный, но в рукопашной, ему места нет, — наставительно ответил полковник.
— Так в рукопашной он нам и не нужен. Главное, чтобы в нашем деле хорошо разбирался, и прикрыть грамотно умел, — отмахнулся Егор. — А то, что он водитель классный, я ещё в первый выезд понял.
— Вот и береги его. Считай, от сердца оторвал.
— Договорились.
— Что ещё в группу нужно?
— А почему вы амулетами не пользуетесь? — вдруг спросил Степан. — Если я правильно помню, то предметная магия, штука сильная и на сущности с магической составляющей действует безотказно.
— Правильно помнишь, — кивнул дракон. — Но для создания амулетов, нужен очень сильный маг предметник. А такие, ещё большая редкость, чем выжившие ведуны. Напомню, что в каждый созданный амулет, маг вкладывает частицу своей силы. Именно она и является своего рода магнитом для накопления энергии, которая потом и приводит амулет в действие.
— Дело ясное, что дело тёмное, — мрачно протянул капитан.
— Но рациональное зерно в этом есть, — вдруг отозвалась Светлана.
— Это верно, — задумчиво кивнул полковник. — Будем думать.
— А чего тут думать? — вдруг завёлся Степан. — Что такое амулет по сути? Предмет, на который наложено определённое заклятье и реагирующий на комплекс определённых факторов, или ауру существа, против которого он и создан. Значит, нам нужно просто наладить выпуск предметов, на которые умелый маг сможет без особого напряжения наложить нужное плетение. А ещё лучше, чтобы вместе с заклятьем, наносились и руны.
— Ого! Похоже, для кого-то время обучения прошло не зря, — весело улыбнулась Светлана. — Руническая магия не многим слабее предметной. Но опять та же проблема. Настоящих мастеров по ней, днём с огнём не сыскать.
— Есть одна идея, — проворчал дракон, потирая подбородок. — Будем думать. И пробовать.
— Одна попробовала, и родила, — буркнул Егор, задумчиво чиркая что-то на лежащим перед ним листе бумаги. — До источника бы этого безобразия добраться…
— Размечтался, — фыркнула Светлана. — Будем танцевать с тем, кто подвернётся. Всё, мальчики. Заседание малой думки объявляю закрытым. А то вы от разнообразия мыслей скоро между собой передерётесь. Так что, валите отдыхать. Все! — решительно добавила она, отбирая у дракона очередную сигарету.
— Мой вам совет, мужики. Никогда не спорьте с развоевавшейся бабой. Целее будете, — рассмеялся полковник, покорно поднимаясь из-за стола.
В ответ, бойцы только растеряно переглянулись.
* * *
Тело, пристёгнутое к прозекторскому столу сеткой с широкой ячеёй, мелко подрагивало, отходя от очередного разряда электротока. Стоявший в изголовье полковник слегка поморщился и, склонившись над арестованным, не громко спросил:
— Что ещё делает этот маяк?
— Не знаю. Это вне моей компетенции, — прохрипел пытаемый. — Похоже, высшие снова просчитались, приняв вас за слабых, мягкотелых аборигенов, не способных на решительные действия.
— Но ты-то видел, на что мы способны. И я ни за что не поверю, что ты не передал эти данные своим высшим. Так почему они всё-таки решились на нападение?
— Я могу только предполагать.
— Я слушаю.
— С каждым циклом клонов становилось всё меньше. Похоже, на нашей базе возникла проблема с исходным сырьём. Слишком много безвозвратных потерь, и слишком мало натурального протеина.
— А сколько всего таких баз? И почему они не наладили поставку протеина с других баз? — тут же последовал вопрос.
— Не знаю. Можете включать напряжение, — устало выдохнул пленник и, закусив губу, прикрыл глаза, ожидая очередной волны боли.
— Зайдём с другой стороны, — помолчав, сказал полковник. — Почему высшие не используют искусственный протеин с добавками генетического материала низших?
— Такие особи слабо жизнеспособны. Их жизненный цикл составляет не более тридцати суток. Слишком мало, чтобы как следует обучить и отправить на исполнение задания, — нехотя ответил пленный.
— И в чём причина такой слабости?
— Точно не знаю, но мелькала информация, что возникает конфликт между искусственным протеином и естественным генетическим материалом. В чём он заключается, я так и не понял. Тут нужен профессиональный генетик. Меня обучали совсем другому.
— Значит, не имея постоянного притока естественного протеина, или проще говоря, человеческих тел в любом состоянии, ваша банда очень быстро закончится?
— Да. Это так.
— Значит, ваши высшие ведут постоянные захватнические войны?
— Да.
— Но ведь далеко не на всех планетах и не во всех галактиках обитатели имеют протеиновую, или аминокислотную основу. К чему такие сложности, и зачем сознательно ограничивать себя в ресурсах?
— У мен нет ответа на эти вопросы. Я уже говорил, меня обучали воевать, а не вести научные диспуты.
— Ну, тебя и воевать-то плохо научили, — жёстко усмехнулся полковник.
— Я сделал ошибку, взяв за основу модель поведения людей, оказавшихся рядом. Нужно было уделить больше внимания вашим боеособям. Хотя, и в научном отделе оказались люди, удивлявшие меня своей алогичностью.
— Почему ты поспешил включить маяк? Что тебя заставило торопиться?
— Обстановка на базе. Ситуация сложилась так, что база оказалась практически пуста. Все группы быстрого реагирования оказались заняты, а служба охраны слишком занята, чтобы оказать серьёзное сопротивление нашей штурмовой группе.
— Это только общая причина. А подробнее? — потребовал полковник.
— Я потерял очень много времени, пытаясь определить, как быстрее и лучше обезвредить вас. Очень много времени заняло внедрение в вашу службу. Меня начали торопить.
— Значит, у тебя была регулярная связь с высшими?
— Не у меня. У них.
— Через маяк?
— Да.
— Этот маяк работает только по вашему измерению, или в него можно внести и другие координаты?
— Маяк, это универсальный прибор. Это и связь, и сам маяк для открытия портала перехода, и при наличии достаточного количества энергии, прибор для открытия подобного портала. Но все командные директивы в него подаются с той стороны. Мне не доверяли.
— Почему?
— Я слишком давно
