Читаем без скачивания Сионизм в век диктаторов - Ленни Бреннер

«Он заявил, что сионистскому движению придется выбирать между немедленным спасением евреев и претворением в жизнь национального плана, который обеспечил бы их спасение на вечные Времена. В создавшихся условиях движение, по словам Вейцмана, должно избрать последний курс»14.

Англичане — реагируя на настойчивые возражения арабов против всякой иммиграции вообще и на дипломатические демарши Польши, Румынии и других антисемитских режимов в Восточной Европе, выступавших за расширение квот, понуждаемые к тому же экономическими потребностями страны — точно определили, сколько и каких именно социальных категорий евреев могло быть принято в Палестине, в каждый данный год. Однако англичане ни от кого не требовали знать иврит, и их отнюдь не волновало то обстоятельство, что тот или иной потенциальный иммигрант являлся несионистом. Им было также безразлично, откуда прибывают иммигранты; Лондон был бы доволен, если бы ВСО подбирала для иммиграции меньше американских и больше германских евреев. Принимая во внимание политические реальности мандата, сионистская эмиграция никак не могла бы представлять собой выхода для всего германского еврейства, но в рамках диктовавшихся англичанами ограничений Сион даже и не желал стать местом его спасения.

Кому же в таком случае выдавали свои сертификаты четырнадцать разбросанных по земному шару Палестинских бюро? Судя по статистическим данным, приводимым Абу-Диабом, в 1933 г. в Палестину въехало в качестве легальных иммигрантов 27 289 евреев, в 1934 г. — 36 619 и в 1935 г. — 55 407, то есть всего за три года 119 315 человек. 18 206 человек из этого числа значились в списках как германские евреи 15. Другие ранее проживавшие в Германии иммигранты числились поляками и представителями других стран. Их в 1935 г. было 1979 человек16. В течение этих трех лет самый крупный национальный компонент еврейской иммиграции был польским, составив в 1934 г. 42,56 процента, а в 1935 г. 44,12 процента общего числа иммигрантов17. Польский антисемитизм представлял собой в эти годы явление хроническое, и решение выдать полякам больше разрешений на въезд в Палестину, чем немцам, было вполне логичным; однако на протяжении тех же самых лет не менее 3743 иммигрантов прибыло сюда из Соединенных Штатов и еще 579 человек из остальных стран западного полушария. Английский еврейский контингент составил 513 человек, Африка дала 213 иммигрантов 18. Из Турции выехало в 1934–1935 гг.

1259 человек. Общая цифра для Великобритании, стран западного полушария, Африки и Турции достигла за эти годы

6307 человек. И если цифры эмиграции из Польши могут быть оправданы, то этих последних цифр оправдать невозможно. Ни один из этих евреев не нуждался в спасении, и, конечно же, никто и не пытался утверждать, будто желание спасти их сыграло какую бы то ни было роль в их отборе.

Их выбрали потому, что они были сионистами, и в первую очередь из-за их молодости и профессиональной подготовки.

И за эти же самые три года двум третям всех германских евреев, просивших о выдаче им иммиграционных разрешений, было в их просьбе отказано 19.

«Ни одна еврейская организация не поддержит… законопроекта»

Можно было бы предположить, что, не допуская приезда в Палестину большого числа германских евреев, сионистское движение, по крайней мере в Америке, постаралось изыскать для своих собратьев другие места прибежища, но это было не так. Еврейская буржуазия во всем мире действовала робко из боязни, что наличие в какой-либо стране «слишком большого» числа беженцев, породит в ней волну местного антисемитизма. Отправка таких беженцев в Палестину, казалось бы, являлась идеальным выходом из положения, и американская еврейская пресса осуждала английские квоты в Палестине, хотя и хранила деликатное молчание по поводу жестких ограничений, установленных самой Америкой.

Толчком к развязанному нацистами террору в отношении евреев послужил в конечном счете осуществленный ими в марте 1938 г. аншлюс, когда Австрия была насильственно включена в состав Германии. Два конгрессмена-демократа от штата Нью-Йорк, Дикштейн и Целлер, предложили каждый по законопроекту, слегка смягчавшему иммиграционные законы США, однако оба эти законопроекта были отклонены даже без их слушания в апреле 1938 г., после того как еврейские, христианские и нерелигиозные учреждения по делам беженцев решили, что правые силы воспользуются этим случаем, чтобы предложить еще более суровые ограничения.

Политическим деятелям было дано понять: если слушания состоятся, мы можем оказаться вынужденными выступить против такой реформы20. Еврейский народный комитет, организация коммунистической партии, раздобыл через посредство конторы бруклинского демократа Дональда ОТула экземпляр одного из посланий Стефана Уайза в защиту еврейских эмигрантских групп. Коммунисты опубликовали этот документ в брошюре, озаглавленной «Евреи в действии», пытаясь дискредитировать своих пробританских сионистских соперников в пору заключения договора между Гитлером и

Сталиным. Нет, однако, никаких сомнений в том, что этот документ, дающий ясное представление о позиции сионистского движения, является подлинным.

«Мне хотелось бы верить, что это мероприятие могло бы быть утверждено без отрицательных последствии для еврейской общины в нашей стране, — пишет

Уайз. — К сожалению, у меня есть все основания думать, что любые принятые в данный момент усилия изменить иммиграционное законодательство, какую бы гуманную цель они ни преследовали, будут иметь результатом серьезное ухудшение того, что, как нам из-.

вестно, представляет собой растущую волну антисемитских настроений в стране… Вам, может быть, будет интересно узнать, что несколько недель назад представители всех ведущих еврейских организаций собрались на совещание, чтобы Обсудить предложение президента, а также другие предложения в пользу отмены иммиграционного барьера. Было единодушно высказано мнение, что в свете нынешней безработицы в нашей стране, а также в свете инспирированной пропаганды, направленной против еврейского народа и распространяемой по всей стране, подобные законопроекты оказали бы пагубное воздействие на цели, которым все мы хотели бы служить. По этой причине было решено, что ни одна еврейская организация не поддержит в данный момент законопроекта, каким бы то ни было образом меняющего существующие иммиграционные законы»21.

Могло ли бы американское сионистское движение сделать что-то большее дли того, чтобы попытаться добиться убежища для германских евреев? Ответ однозначен: да. Иммиграционные законы были приняты в 1921–1924 гг., в период охватившей страну волны ксенофобии, и были призваны воспрепятствовать иммиграции в США представителей практически всех национальностей, за исключением старого состава переселенцев: англичан, ирландцев и немцев. Это на деле означало относительно высокую германскую квоту, по реакционно настроенные лица в госдепартаменте и в рядах демократической партии умышленно исказили смысл положений законодательства, чтобы создать барьеры для евреев,

полностью закрывая все предоставляемые последним лазейки. Нет никакого сомнения в том, что, если бы были предприняты сколько-нибудь решительные усилия любого рода для того, чтобы мобилизовать еврейские массы и более широку либеральную общественность, Рузвельт не Схмог бы устоять против такого нажима. Евреи и либералы попросту играли слишком важную роль в его партии, чтобы он мог им отказать, если бы они серьезно потребовали надлежащего претворения положений закона в жизнь. Однако сионисты так никогда и не организовали соответствующей общенациональной кампании и боролись только против отдельных случаев несправедливости; ни одна сионистская организация ни разу не сделала ничего больше, кроме призывов к минимальнейшим изменениям иммиграционных законов. Никто, кроме левых сил, в частности троцкистов и сталинистов, не выступал когда-либо с требованием широко распахнуть ворота для приема евреев.

Для подобного подхода американских сионистов к проблеме беженцев имеется целый ряд причин. В начале 20-х гг.

они и не помышляли о том, чтобы организовать евреев вкупе с другими этническими общинами, чьи интересы ущемлялись предлагаемыми ограничениями, для борьбы против квот. Они знали, что до тех пор, пока в Америке открыт доступ для иммигрантов, евреи будут продолжать поворачиваться спиной к нищенской Палестине. В 30-х гг. многие американские сионисты все еще видели для себя потенциальное убежище в любой другой стране, кроме Палестины, как способной предложить им не многим более чем своего рота «приют на одну ночь» и в лучшем случае обеспечить некий паллиатив, в худшем же — подвергнуть их опасности, поскольку они всегда верили в то, что еврейским иммигрантам неизменно сопутствует волна антисемитизма, и боялись за себя. В то время антисемитизм был довольно широко распространен в Америке; тем не менее сионистское движение никогда не стремилось организовать какого бы то ни было рода защиты от физического насилия. Однако следует подчеркнуть, что американский антисемитизм никогда не выходил из-под контроля и еврейская община, как таковая, никогда не была в опасности. Ни один еврей не был убит в ходе антисемитских инцидентов в то время, когда линчевание негров не было редкостью на американском Юге. К тому же огромное большинство сионистов, равно как и большинство других евреев, поддерживало внутренние реформы Рузвельта и опасалось, что попытка поднять вопрос о беженцах и об иммиграции нанесет ущерб демократической партии.