лежит,
на белом свете разно жили:
Те враждовали меж собой,
а эти искренне дружили.
Теперь на их устах печать,
печать земли на их могилах,
И даже будь у них слова —
разжать уста они не в силах.
Май 1932 г.
Источник: "Сорок поэтов", 1978
Клеймо ("Я боюсь оглянуться назад...")
Я боюсь оглянуться назад,
"Жизнь — обман", — говорю невпопад,
Боль мне выжгла на сердце клеймо, —
Что есть жизнь, сердце скажет само.
Я клеймо ощущаю нутром,
Жжет клеймо ядовитым огнем,
Вырывается песнь из огня,
Песнь о горе, согнувшем меня.
Эту боль я обязан терпеть,
Эту боль — преступление петь!
Ты живи, тугоух, толстокож,
Принимающий правду за ложь!
Пить всю горечь и видеть все зло —
Вот отныне мое ремесло.
Задыхаясь, я сердце возьму
И его над землей подниму.
1932
Источник: "В поисках звезды заветной", 1988
Песчинка ("Тебя уносит ветер вдаль, как прежде уносил...")
Тебя уносит ветер вдаль, как прежде уносил,
И не тебе решать дано, как быть с твоей судьбой,
И о ненужности всего, бесплодной трате сил
Скорей забудь, как о пути, что избран был тобой.
С восхода солнца долгий день ты с ветром заодно,
Когда же станет над землей беззвездно и темно,
К травинке ты прильнешь щекой с надеждой и тоской,
Движенью тоже иногда необходим покой.
Март 1932 г.
Источник: "Сорок поэтов", 1978
Плеть ("Чудо-цветы на мечты похожи...")
Башмак железный у осла
Отполирован добела,
Мешок холщовый на спине
Все тяжелей и тяжелей,
На сердце маета.
Хозяин плетью больно бьет,
Остановиться не дает,
Как будто за его спиной
Его хозяин держит плеть,
Такую же, как та.
1942 г.
Источник: "Китайская поэзия (Л. Черкасский)", 1982
Старая лошадь ("Надо бы просто сказать: полно арбу нагружать...")
Надо бы просто сказать:
Полно арбу нагружать,
Лошади тяжело, все тело ее свело,
Но лошадь молчит, тяжело опустив голову.
Что завтра случится с ней?
Станет еще больней?
Лошадиное сердце в слезах, плеть мелькнула в глазах.
И лошадь смотрит вперед, вскидывая голову.
Апрель 1932 г.
Источник: "Пятая стража", 1975
Три поколения ("Сын копошится в земле...")
Сын
Копошится в земле,
Отец
На земле проливает пот,
Дед в земле уж который год.
Источник: "Сорок поэтов", 1978
Дай Ваншу (1905-1950)
Дай Ваншу называли "поэтом дождливой аллеи". Он долго шел по бесконечной "дождливой аллее" несбыточных грез и надежд, завороженный музыкой, красками и образами французского символизма. Но в последние годы жизни в его сознании произошел перелом: он почувствовал свою сопричастность общей борьбе. Арестованный за непокорность японскими оккупационными властями в Гонконге, Дай Ваншу писал в тюремной камере: "Если я здесь умру, не надо печали, друзья. Я был полон ненависти, и вы должны это помнить всегда" ("Надпись на тюремной стене".) Поэзия Дай Ваншу была созвучна времени, в ней видны его приметы, хотя выражены они не непосредственно. "Поэзия, — говорил Дай Ваншу, — не просто действительность и не просто воображение", "поэзия возникает в том случае, когда действительность пройдет сквозь призму воображения". Дай Ваншу — автор нескольких стихотворных сборников: "Мои воспоминания" (1931), "Наброски Ваншу" (1934), "Стихи Ваншу" (1937), "Годы бедствий" (1948). В 1958 г., уже после смерти поэта, были изданы его "Избранные стихотворения".
Дай Ваншу чужды космические масштабы, он неподражаем, когда "созерцает жизнь и ее таинства в пятне полета белой бабочки или в томительной музыке крошечного зяблика"; его единственная тема — мятущийся человек и неосуществимая мечта.
Заброшенные могилы, старый безмолвный сад, разбитое сердце, бледное лицо, уснувшая рыба, печальная осень — лексический ряд поэзии Дай Ваншу. Он видит мир глазами символиста: "сухие ветки стонут под холодным ветром"; "мы станем говорить с тобой о радости и горе темного царства мертвых"; "своими бесчисленными глазами слабые одряхлевшие мухи всматриваются в сумрак" и т. д.
Дай Ваншу близка поэзия Поля Верлена и Франсиса Жамма, певца единения человека с природой. Но, испытав на себе влияние французской поэзии, Дай Ваншу остался поэтом китайским. Многие образы лирики Дай Ваншу имеют чисто китайское происхождение. Одинокий путник, высокая башня, холодный ветер — излюбленные образы древнекитайской поэзии.
Соединенные с символикой XX в., они неожиданно приобрели новое звучание. На такой эффект, видимо, и рассчитывал Дай Ваншу. Он писал: "В старом тоже можно найти новые настроения". "В его всегда меланхолических и звучащих глубокой тоской стихах, — писал А. М. Горький о Верлене, — был ясно слышен вопль отчаянья, боль чистой и нежной души, которая жаждет света, жаждет чистоты..." Эта характеристика применима и к Дай Ваншу, потому что Горький говорил не о масштабности Верлена и не о его таланте, а о совести художника.
Источник: "Сорок поэтов", 1978
* * *
Китайский поэт. Родился в 1905 г. Учился во Франции. На его творчество оказали большое влияние французские символисты. Особенно близка ему была поэзия Поля Верлена и Франсиса Жамма. Печататься начал с 1922 г.
В 1936-1937 гг. Дай Ваншу был редактором журнала "Новая поэзия" ("Синь ши"). В 1937-1945 гг. жил в Гонконге. За свои патриотические выступления был арестован японскими оккупационными властями. После образования КНР жил в Пекине. Дай Ваншу переводил французских (Ф. Шатобриан, П. Мериме) и испанских авторов (В. Бласко Ибаньес, Ф. Гарсиа Лорка). Умер в 1950 г.
Источник: ru.wikipedia.org
Перевод: Черкасский Л.Е.
Дождливая аллея ("Под зонтиком мокрым блуждаю один...")
Под зонтиком мокрым блуждаю один по аллее,
По длинной пустынной аллее
С надеждой великой
Девушку встретить,
Которая грусть пронесла,
Как гвоздику.
Лицо ее было подобно гвоздике,
И аромат был похож на гвоздику,
