всю в пятнах и дырах, с которой срывались потоки мутной воды. То один, то другой участок набережной словно попадал под артобстрел, а потом все заканчивалось, и оставалась только колючая морось. Коричнево-зеленые воды канала мерцали от падающих капель.
Не раскрывая зонта, хотя стоило бы, капитан подошел к чугунной ограде. Внизу, на узком парапете, устроилась водяная крыса и что-то вертела в передних лапках. Присмотревшись, капитан с удивлением обнаружил, что грызет она человеческий палец. Бывает же! Глянув на Варгаса черным глазом, крыса плюхнулась в воду и поплыла в сторону темной арки. Палец она продолжала держать в зубах.
Варгас покачал головой. Дрянь район, сразу видно. До Революции это было приличное место, и жили здесь приличные люди – не аристократы, но вполне респектабельные буржуа. Сейчас же о прошлом напоминала только осыпающаяся лепнина на фасадах когда-то дорогих домов. Бедность сквозила во всем. Не та гнетущая нищета, которую можно увидеть в фабричных трущобах, – несмотря на грязь, горы мусора и разваливающиеся дома, этот район еще пытался сохранить лицо. Но даже в самых глухих трущобах, где люди ютятся в бараках и самодельных хижинах из жести и гнилых досок, чувствуется надежда. Бегают по улицам дети, кто-то орет пьяные песни, кто-то просто орет – жизнь бьет ключом. А там, где есть жизнь, есть и шанс, что когда-нибудь все будет иначе.
Здесь же никакой надежды не было. Лучшие времена этого района миновали. В этом городе все слишком быстро приходит в упадок. А достигнув этого состояния, остается в нем навечно. Чтобы район возродился, перво-наперво нужно снести здесь все до основания. Не оставить даже тени от пресловутого «славного прошлого». Прежде чем сажать новое дерево, нужно выкорчевать старый трухлявый пень.
Сигарета размокла, не успел капитан прикурить. Он размял ее двумя пальцами и раскрошил в мутные воды канала. Постоял еще немного и вернулся к машине. Открыв заднюю дверцу, он вытащил потертый чемодан и поставил на мостовую. Пришлось покопаться на складах Тайной Жандармерии, чтобы подобрать чемодан, который выглядел бы достаточно изношенным, чтобы его владелец не вызывал подозрений. Таким же потертым был и костюм капитана. Выправку, понятное дело, не спрячешь, поэтому капитан повесил на лацкан пиджака железную медаль «За отвагу». Во время войны такие медали раздавались пачками – солдатам и младшим офицерам – и ничего, в сущности, не значили.
– Можешь ехать обратно, – велел Варгас водителю. – Ждать меня не нужно.
– Есть, капитан! – ответил водитель так бодро, что Варгас невольно обернулся – не услышал ли кто? К счастью для водителя, на набережной никого не было. Но капитан никогда не забывал, что даже у стен бывают уши. Мотор фальшивого такси заурчал, и машина покатила вверх по набережной. Капитан не сходил с места, пока она не скрылась за поворотом, и только после этого подхватил чемодан и зашагал к отелю «Луна».
К тому моменту как он добрался до дверей, Варгас успел основательно промокнуть. Вот и хорошо. Промокший человек вызывает если не сочувствие, то хотя бы жалость, а для капитана сейчас важно было произвести правильное впечатление. Офицер Тайной Жандармерии не станет разгуливать под дождем с непокрытой головой – это всем известно. А вот старый солдат, который живет впроголодь на крошечную военную пенсию – очень даже. О содержимом чемодана можно не беспокоиться. Все, что нужно, тщательно завернуто в промасленную бумагу, и никакой дождь ему не страшен.
Остановившись у входа, капитан снова вытащил сигареты – на сей раз дешевые и вонючие. Закурил, прячась от дождя под невысоким козырьком и с усмешкой косясь на кариатиду, поддерживающую навес. У каменной дамочки не было головы, но зачем женщине голова, когда у нее такие формы? Выкурив сигарету наполовину, Варгас затушил ее и убрал окурок в жестяной портсигар. Это был спектакль, разыгранный на тот случай, если кто-нибудь наблюдает за ним из окна. Курить по полсигареты – это как раз то, чего требовала его новая личина. Немного потоптавшись на пороге, якобы в нерешительности, Варгас открыл дверь.
За приемной стойкой дремал портье – невысокий тип с прилизанными волосами и физиономией, которая напомнила капитану крысу из канала, впрочем, было в ней и что-то обезьянье. Услышав, как распахнулась дверь, он приоткрыл один глаз, скользнул взглядом по капитану и снова притворился спящим. Отлично. Было бы хуже, если бы этот тип вскочил и принялся любезничать. Варгас откашлялся в кулак.
– Прошу прощения.
Портье снова открыл глаза, брезгливо оглядел посетителя с головы до пят и только потом спросил:
– Чем могу быть полезен?
– Я бы хотел снять номер. На неделю или на две.
– Номер? – Портье поджал губы. Будто подобные просьбы были для него в диковинку. Впрочем, судя по обстановке, отель «Луна» не мог похвастаться большим числом постояльцев.
– Самый дешевый, – сказал Варгас.
Портье усмехнулся, вернее попытался, но вышло что-то гаденькое.
– Посмотрим, – сказал он, доставая амбарную книгу. – Вам с видом или как?
Единственный «вид», который мог открываться из окон этого отеля, – на набережную канала Святого Мартина. И зрелище, честно говоря, было не самым впечатляющим.
– Самый дешевый, – повторил Варгас.
Портье послюнил палец, перевернул несколько страниц амбарной книги. Еще раз оглядел капитана, прикидывая, сколько с него можно содрать.
– Самый дешевый номер стоит двадцать марок в неделю.
– Пансион?
– Завтраки и ужины. Обед не предусмотрен. Оплата вперед.
– Горячая вода?
– Бывает, – хихикнул портье.
Варгас сделал вид, что что-то подсчитывает в уме. Двадцать марок – приличные деньги. Недельный заработок фабричного рабочего, и две недели, если ориентироваться на военную пенсию.
– Хорошо. Меня устраивает.
Из внутреннего кармана Варгас вытащил тонкую пачку мятых банкнот и отсчитал нужную сумму. Все мелкими купюрами. Портье пересчитал их дважды, прежде чем убрать в сейф. Затем снял с доски ключ с деревянным брелоком и положил на стойку. Но не успел капитан протянуть руку, как портье тут же придвинул ключ к себе.
– Нужно заполнить регистрацию. – Он постучал по амбарной книге. – Ваше имя?
– Антуан Риверди, – сказал капитан. Фамилию он одолжил у одного солдата, вместе с которым воевал на юге. Бедолага подорвался на мине, семьи у него не осталось, так что возражать было некому.
– Могу я взглянуть на ваши документы?
– Разумеется.
Капитан передал паспорт. Портье взял его двумя пальцами и изучил все страницы. Даже поскреб ногтем фотографию. Похоже, он принадлежал к той породе людей, которым нравится заставлять других нервничать. И Варгас делал вид, что нервничает, хотя отлично знал, что с документами у него полный порядок. В Тайной Жандармерии знали свое дело.
– Давно приехали в город?
– Это допрос?
– Нет! Это моя работа! – вспыхнул портье. – Я обязан знать, на тот
