его дочь такая одаренная. Ну может расстроится, что не знал этого раньше.
– Правда? – Летти вдруг порывисто обняла меня и как-то совсем по-детски доверчиво попросила, – а можно вы ему сами расскажете?
– Конечно я с ним поговорю, – успокоила я ее, – все будет хорошо, не переживай.
Я и в самом деле была уверена, что в мире, где магия ценится настолько высоко, что может служить поводом для получения титула, столь сильно одаренная девочка наконец-то получит от отца должное внимание. Вот только реальность в очередной раз меня разочаровала.
Во-первых, Джастин, которого мне удалось перехватить после ужина был почему-то ужасно раздраженным. Мы уже давно сохраняли с ним спокойно-вежливый нейтралитет, соблюдая негласный договор жить, не мешая друг другу. Но сейчас вдруг на мою спокойную просьбу поговорить он отреагировал почти так же резко, как в самом начале нашего знакомства.
Даже взгляд на секунду стал таким же холодным как при первой встрече, но меня такой мелочью было уже не напугать. Я твердо вознамерилась сдержать обещание данное Летти. К тому же мне казалось, что опасно оставлять ее способности без должного присмотра. Вот только стоило мне изложить ему в чем дело и поделиться своими сомнениями, как он стал еще холоднее и суровее.
– Как же это все не вовремя! – раздраженно бросил он, откидывая рукой назад прядь волос, – и почему именно эта магия? Не думал, что она передастся именно Летиции.
– И это все, что вы можете сказать? – возмутилась я, – и что не так с ее магией? Я думала, вы обрадуетесь ее способностям.
– Чему радоваться? Это опасный дар, у девочек его вообще как правило запечатывают, так как он слишком сильно завязан на эмоциях и часто выходит из-под контроля. У нее и так уже была стихия воздуха, для дочери герцога это более чем достаточно. Нужно в ближайшее время пригласить жреца, чтобы наложил ограничение на ее магию.
– Вы серьезно сейчас? – я посмотрела на своего мужа с недоверием и гневом, – если я правильно поняла, вы хотите лишить ее магии, только потому что она девочка, а не мальчик? Что за дикость вообще? Меня вы презираете за отсутствие магии, а узнав, что у Летти более сильный дар чем вы думали, хотите его забрать? Где логика вообще?
– Кэтрин, послушайте. Я понимаю, что в последнее время вы почувствовали себя здесь хозяйкой. Вам поручили важное дело, леди Шарлотта умерла, а Элизабет я отослал. Но не переступайте границу. Вы пока еще не герцогиня, и вы не мать Летти. Так что такие серьезные решения я буду принимать сам, без ваших советов.
– Да, я не ее мать, – я зло прищурилась, – но дело ведь не в этом, да? Когда родится наш сын, вы ведь тоже не будете интересоваться моим мнением? Заберете его, а меня прогоните? Потому что, чтобы я ни сделала, вы не видите во мне человека, а лишь сосуд для наследника?
– Вы слишком возбуждены, – герцог посмотрел на меня со странным выражением, словно ему вдруг стало больно, – ступайте в свою комнату и успокойтесь, а то, боюсь, ваше состояние может навредить ребенку. И… что касается приюта… не стоит так сильно перетруждаться, занимаясь им. Тем более, что теперь вам не удастся таким образом улучшить свою репутацию. Двух дней в неделю будет более чем достаточно, чтобы следить за его делами. Остальное время посвятите здоровью, а если вам станет скучно, можете заняться своим рукоделием. Говорят, это хорошо успокаивает.
– Что ж, я вас услышала, – я глубоко вздохнула, чтобы не сорваться и швырнуть что-нибудь в этого придурка с тираническими наклонностями, – воспользуюсь вашим советом и отправлюсь к себе, немного порукодельничать.
Я развернулась и быстрым шагом отправилась прочь от мужа, от бешенства не разбирая, куда именно я иду. Естественно, что я вновь забрела куда-то не туда, но не успела я свернуть на правильный путь, как услышала, как в одной из соседних комнат кто-то ссорится.
Мне в последнее время и так слишком часто доводилось оказываться не в том месте и не в то время, так что я даже подумала, а нет ли у меня магии вылавливать информацию, которую люди хотят скрыть от чужих ушей. Даже сейчас, когда в кои-то веки я решила честно уйти, не пытаясь подслушать, я не смогла сдвинуться с места, поскольку узнала злой голос Брэндона, который, не сдерживаясь в выражениях, отчитывал какую-ту женщину.
И все бы ничего, если бы речь не шла о ребенке. А это тема и так болезненная для меня, в последнее время и вовсе преследовала меня повсюду словно наваждение. Вот только я никак не ожидала, что собеседницей Брэндона, утверждавшей, что она носит его дитя, оказалась никто иная, как Грета.
Бедняжка, видимо, давно пыталась рассказать ему о своем положении, но ей это никак не удавалось. Так что она, несмотря на то, что должна была покинуть поместье вместе с Элизабет, на свой страх и риск осталась, чтобы достучаться до отца малыша. Вот только Брэндон такой перспективе совсем не обрадовался и теперь в довольно категоричной манере требовал избавиться от ребенка. Этого я уже стерпеть не могла и, с силой толкнув дверь, буквально влетела в комнату под изумленными взглядами Греты и Брэндона.
– Не смей! – я ткнула указательным пальцем в Брэндона, – даже не думай об этом, ясно? Раз уж ты сам не сумел удержать в штанах свое достоинство, так имей смелость понести за это ответственность!
– Кэтрин? А ты какого демона тут забыла? – Брэндон, похоже, рассердился еще больше.
– Да, так, случайно… Да это не важно сейчас… Как ты можешь так спокойно говорить об убийстве своего ребенка? Это даже для тебя слишком!
– Госпожа Кэтрин, я и сама хотела. Не знала, что мне делать. И на последние деньги купила травы у старой лекарки. Она давно не практикует, но поскольку она дружила с моей тетей, то не смогла отказать и отдала мне свои старые запасы. Вот только… я так и не смогла выпить отвар. Лили, ваша горничная, забрала его по ошибке с кухни и отдала вам, а я побоялась признаться, чтобы эта тайна не вышла наружу.
– Вот! – я снова обличающе ткнула пальцем в сторону Брэндона, – видишь, до чего ты девушку довел? Не помог ничем, еще и обвиняешь!
– Эта
