без денег и с пятилетним ребенком на руках? Здесь он хоть в садик ходит. Да и мать мало-мальски помогает. И в то же время она понимала, что долго так длиться не может.
Тогда Ольга и отправилась на комбинат. Хотела обратиться к Стрелецкой, с которой больше ни разу не общалась, да и виделась за все время лишь мельком пару раз. Ольга знала, что та ее обязательно унизит, как сделала когда-то, но готова была вытерпеть. Что угодно вытерпеть. Гордость для нее стала теперь непозволительной роскошью.
Так что пусть унижает, оскорбляет, плюет в душу, но она ее выслушает. В конце концов, Ромочка — родной внук Маргариты Сергеевны. И прежде она ни разу ни о чем ее не просила. Если не поверит словам — то пусть сама на него посмотрит и сразу все поймет. Да и просить ведь Ольга собиралась не милостыню, а работу. Любую причем. Хотя в душе втайне надеялась, что узнав про внука, она расскажет потом и Роману…
Но на проходной ее огорошили: уже недели две как директором комбината стал Потапов Павел Викторович. Ну а Маргарита Сергеевна вообще уехала из города.
***
Первое время в бухгалтерии было, конечно, нелегко. Совсем другая работа, да и в коллективе приняли ее прохладно. Разве что Зинаида Георгиевна, главбух, отнеслась к ней сразу по-доброму. На ляпы в отчетах указывала без раздражения, объясняла, учила. Помогла освоить программу. Ольга старалась. Там, где чего-то не понимала, брала усердием. И как раз это главбух и оценила. Правда, то, что Зинаида Георгиевна так Ольге благоволила, как раз и настраивало остальных против нее.
А уж когда она сделала ее своим замом всего после полутора лет работы, народному возмущению не было предела.
Ольге выделили свой кабинет, маленький, тесный, холодный. Но зато отдельный. В бухгалтерии они друг у друга на голове сидели, а про Олю тетки и вовсе шептались: сидит за шкафом как таракан.
Мужичок из отдела материально-технического снабжения принес ей радиатор, а заодно подогнал чайник. Так что вопрос с холодом решился. Уют она сама навела — принесла из дома цветок в глиняном горшочке и цветную фотографию Ромочки. На голую стену повесила перекидной календарь с репродукциями Ван-Гога и грамоту в рамке. Грамота, правда, к ее нынешней деятельности никакого отношения не имела — ей вручили ее на прежней работе, но так кабинет смотрелся чуть солиднее.
Внутренний телефон надрывался. Ольга услышала его противное дребезжание еще из коридора и забежала в кабинет.
— Да! — ответила она, схватив трубку.
— Ольга Николаевна, — это был Павел Викторович. — Прошу зайдите ко мне срочно.
— Что-то случилось? — беспокойно спросила она. Голос директора выдавал тревогу.
— Пока нет, но может. Жду вас у себя.
36
Когда Ольга вошла в кабинет директора, там уже собрались начальники кадрового, планово-экономического и материально-технического отделов. Все они сидели в молчаливом напряжении. Глядя на них, Ольга встревожилась еще больше.
Главбуха не было. После обеда ей стало плохо — давление подскочило. Последнее время Зинаида Георгиевна часто мучилась от гипертонии. Поэтому, собственно, Потапов и выбил новую штатную единицу — заместителя главного бухгалтера. Прежде у Ройзман никаких замов не водилось. Когда она уходила в отпуск, назначали врио* кого-нибудь из бухгалтерии и все дела. Правда, раньше она так часто и не уходила на больничный.
Павел Викторович кивком указал на ближайший свободный стул. Дождался, когда Ольга займет место и после многозначительной паузы вдруг процитировал Гоголя:
— Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить пренеприятное известие: к нам едет ревизор.
Потапов в своем духе — при любых обстоятельствах пытается разрядить обстановку. Правда, сейчас знаменитая фраза ничего не разрядила, а повисла в воздухе, еще больше сгустив напряжение. Начальники как сидели в скорбном молчании, так и не пошелохнулись.
— Это не шутка? — спросила Оля.
— Да уж какие тут шутки, Ольга Николаевна, — вздохнул Потапов. — Все предельно серьезно. К нам действительно едет проверяющий. Из Москвы. Из главка. Мне по моим каналам сообщили. Предупредили, так сказать. И человек он тоже очень серьезный. Я тут с обеда принимаю соболезнования от директоров других филиалов, — невесело усмехнулся Потапов. — Его там уже хорошо знают. Навел он шороху везде. В Уральском филиале летом после его проверки головы так и полетели. Все руководство там полностью сменили. Говорят, ничего от него не укрыть, никакой косячок, никакую ошибку. Все найдет. Нас он прежде миловал, не приезжал…
— Ой да, ну не могли отправить как раньше — Вахрушева, — раздосадовано произнесла кадровичка. — Тот, конечно, пил как не в себя, но зато и подписывал какие надо акты.
— Что теперь говорить? Наш Роман Владимирович не такой. Мне сказали уже, что его нереально ни споить, ни подкупить, ни задобрить, ничего. Сплошные принципы. Робот, а не человек.
Ольга при упоминании Романа Владимировича тотчас напряглась. Она, конечно, знала, что Стрелецкий работает в головном офисе. Почти полгода уже знала. С тех пор, как стала замом и получила доступ в босс-кадровик. Едва ли не в первый же день набрала его имя в поиске программы, просто на удачу. И чуть не подпрыгнула от радости, когда оно нашлось. Правда, открыть его карточку не могла — прав было недостаточно. Лишь полюбовалась на маленькое фото, на котором он такой строгий и чужой. Так что ничего кроме должности Романа узнать не получилось. Но сам факт, что она наконец хоть что-то о нем выяснила, безмерно радовал. А то ведь Ромка тогда словно в омут канул. Ну и то, что они работали на одном предприятии, хоть и в разных городах, грело душу.
Ольга даже не раз порывалась написать ему, но так и не осмелилась. Ведь неизвестно, как он сейчас живет. Вдруг у него жена, семья, все хорошо, слаженно, устроенно. Зачем вносить разлад в его жизнь?
И неужели это он едет к ним с проверкой? Ольга почувствовала, как внутри все задрожало.
— Но! — Павел Викторович поднял указательный палец кверху. — У нас есть маленькое преимущество перед всеми. Мы все его знаем лично. Да, господа, наш ревизор — это Роман Стрелецкий, сын Маргариты Сергеевны. В общем, свой человек. Так что надеемся, что с нами лютовать он не будет, но и подстраховаться надо. У вас есть сутки, чтобы привести все свои дела в порядок. Особенно это касается вас, Ольга Николаевна. В кадрах, плановом и у снабженцев он может запросить договоры. А вот по вашей части… он будет рыть конкретно. У вас все в порядке, надеюсь?
Павел Викторович посмотрел на Ольгу, а
