Читаем без скачивания Через семь гробов - Казьмин Михаил

  Тот вынул из кармана плоскую стальную фляжку и протянул Злобину.

  - Два глотка и иди спать, - слова священнослужителя прозвучали приказом. - Если что, скажешь, я велел. Проспишься - приходи, поговорим.

  Послушно глотнув, десантник вернул фляжку священнику, встал, коротко кивнул остающимся и отправился на выход.

  - Строго вы с ним, - сказал Корнев, дождавшись, пока десантник отойдет подальше и не сможет его услышать.

  - Ничего. Ему и вправду лучше сейчас проспаться. Но тебе, сын мой, тоже хочется услышать, что я сказал бы капитану?

  Корнев про себя решил, что отец Афанасий наверняка сам в прошлом офицер, причем в немалом чине. Командирский голос и сокращение чина с повышением - такому вне армии не научишься. Да и если научишься, то все равно будет видно, что в привычку не вошло. А тут...

  - И я тебя помню только в лицо, - добавил священник. - Имя назови свое.

  - Роман. Поручик Корнев, восьмой истребительный авиаполк.

  - Я смотрю, ты тоже после рассказа капитана как дерьма обожрался?

  - Ну не так чтобы обожрался, - кривовато усмехнулся Корнев, - но какой-то неприятный осадок есть. Как-то все... Не знаю даже. Вот капитан говорил, что с живыми людьми так нельзя... Честно говоря, о работе десантников я представление имею, поэтому слышать такое от десантного офицера было удивительно. Но ведь действительно, нельзя. А с другой стороны, они же извращенцы. И детей тоже извращенцами растили. То есть по заслугам же получили?

  - Это хорошо, сын мой, что удивительно, - с одобрением сказал отец Афанасий. - Раз можешь удивляться, значит, душою не зачерствел. А про остальное...

  Священник задумчиво потер рукой левую щеку и едва заметно улыбнулся, как будто вспомнил что-то приятное.

  - Вот ты говоришь, по заслугам. Это и так, и не так. Господь всем и каждому дал свободу воли. Каждый волен сам выбирать для себя, что считать хорошим, что плохим. Только свобода с выбором просто так не даются. Сделав выбор, человек и участь души своей бессмертной выбирает. И если выбор этот делается на погибель души, то так на погибель человек и идет. А дети там выбор не делали. Выбор сделали за них, так что они не грешники и не извращенцы, а жертвы. Дважды жертвы - в руках извращенцев и в руках убийц. И я молюсь Господу, чтобы принял Он их во царствии Своем. И капитан, конечно, прав - надо выяснить, кто этих детей туда отправил. А что с людьми так нельзя... Ты вот подумай: а может, за то, что они еще в земной своей жизни муки адские принимали, и будет им хотя бы малая милость от Господа? Пути Господни неисповедимы, нам того знать не дано. Раз Бог попустил такое, значит, есть для чего. Для того, может, чтобы грешники эти пусть и перед самой смертью осознали всю мерзость своих грехов и искренне, от всей души, воззвали к Господу о прощении.

  Корнев задумался. Такое толкование рассказа штабс-капитана Злобина ему в голову не приходило. Пока мысли в голове поручика активно взаимодействовали друг с другом, отец Афанасий с добродушной улыбкой наблюдал за результатами этого взаимодействия, видимыми на лице своего собеседника.

  - А муллафарцам на прощение надеяться нельзя, - уже без улыбки продолжил священник. - Потому что они одни грехи творили для прикрытия других. Вот Господь и избрал их орудием предсмертного вразумления извращенцев, потому что свои-то души муллафарцы погубили уже бесповоротно.

  - Ну да, - задумчиво сказал Корнев. - А меня и капитана, то есть, наших летчиков и десантников - для наказания муллафарцев, так?

  - Почти так, сын мой, почти. Наказание будет им там, - по привычке священник явно хотел показать пальцем вверх, но тут же поправился и показал вниз. - А вы, э-э...ускорили их отправку туда. Так что, Роман, и ты, и капитан, и муллафарцы эти поганые стали орудиями Божиими. Только орудиями разными. Муллафарцы - орудиями безмозглыми, что только и смогли применить зверскую свою сущность. И надобность в них потом отпала. Как там капитан сказал - в одну воронку поместились? А вы с капитаном стали в руках Господа орудиями разумными, выполняющими волю Его сознательно.

  Уже ночью, ворочаясь в кровати перед тем, как заснуть, Корнев, вспоминал разговор с отцом Афанасием и удивлялся, насколько все-таки просто и вместе с тем как-то основательно священник объяснил ему смысл событий на Гейе. И насколько же христианство в его истинном, православном, исповедании честнее, справедливее, а потому и сильнее всех иных религий, будь то дикие предрассудки ислама или вера Запада в деньги и какую-то якобы безграничную свободу.

  Но если духовный смысл того, что произошло на Гейе, Корнев с помощью отца Афанасия понял, то смысл военно-политический остался ему неизвестным. Что и понятно, потому как поручики должны знать лишь то, что необходимо им для выполнения своих боевых задач, а политические маневры, тем более закулисные, в круг этих знаний ну никак не входят. Хотя, надо сказать, закулисные эти маневры вокруг Гейи оказали все же свое влияние на действия поручика Корнева, как, кстати, и штабс-капитана Злобина.

  После захвата Гейи (точнее, обоих имевшихся на планете городов) муллафарцами к западным спецслужбам обратились лидеры нескольких найюбских кланов, оттертых от близости к трону после свержения султана и фактического воцарения на Муллафаре шейха Аль-Бахри. Смысл обращения заключался в том, что найюбцы готовы свергнуть Аль-Бахри и объявить его виновным в захвате планеты Фронтира. А Запад в ответ на такое неслыханное миролюбие и уважение к международному праву должен будет обеспечить беспрепятственную эвакуацию муллафарских войск с Гейи и оказать ну совсем небольшую военную помощь против русских и уже несколько более крупную помощь дипломатическую, подталкивая Россию к заключению хоть какого, но мира с Муллафаром.

  Самое интересное, что почти одновременно с этим контакты с ОРС установили и сторонники шейха Аль-Бахри. Эти хотели от Запада почти того же, что и найюбцы, но вместо дипломатических реверансов предлагали Западу прямой шантаж: не сделаете по-нашему - вырежем всех ваших гомосексуалистов.

  То ли не так уж сильно волновала специалистов ОРС судьба гомосексуалистов, то ли не смогли придумать, как заставить Россию не добивать Муллафар, но оба обращения остались без ответа. Однако сам факт подобных контактов стал известен русским, почему и было принято решение отложить атаку на сам Муллафар и поскорее разделаться с муллафарцами на Гейе. А на всякий случай еще и устроить в интернете (3) большой шум по поводу зверств муллафарцев на Гейе. Понятно, что потом виноватыми опять окажутся злобные русские, не пришедшие на помощь несчастным извращенцам, но пока общественное мнение на Западе должно быть возмущено дикостью муллафарцев, и поэтому не допускать никакой поддержки этим кровожадным дикарям.

  (3) Интернет - под этим названием действует информационная сеть Демократической Конфедерации и Фронтира. Общей для человечества сетью интернет в описываемое время уже не является.

  Что интересно, после ухода с Гейи русских Запад все-таки высадил на планету свои войска. Правда, защищать гомосексуалистов было уже не от кого. Но хватило работы и западникам - кому-то же надо было разгребать развалины и хоронить в огромных количествах трупы.

  Так что единственная выгода, полученная муллафарцами с десанта на Гейю, оказалась лишь в небольшой отсрочке решительного наступления на Муллафар. Да, при блокаде планеты и последующем десанте русские понесли некоторые потери, но это уже ничего не меняло и изменить не могло. Штурм столичной планеты султаната приближался с беспощадной неотвратимостью.

  Глава 17

  Длинная пулеметная очередь хлестнула вдоль улицы, заставив Корнева рвануть за угол. Хорошо хоть, дома тут стоят не впритык. А еще лучше, что он настрого запретил Хайди идти с ним. Нет уж, пусть сидит в комнатке, которую в консульстве Райха определили им под жилье, и волнуется за него, а не подвергается опасности на этих чертовых улицах.

  ...Встретили Корнева и Хайди в Хеймарсдалене как-то буднично. Несколько человек, из которых только один был вооружен, быстро отвели Романа и его невесту от корабля, после взаимных расспросов объяснили, как дойти до русского и германского консульств, и настоятельно посоветовали по дороге держаться ближе к стенам, чтобы избежать обстрела с флайеров.

  Походы в консульства России и Райха оказались очень полезными, пусть и каждый по-своему. Русский консул Сергей Антонович Морозов, обрадованный появлением соотечественника, усадил гостей пить чай и за угощением рассказал много интересного. По крайней мере, после разговора с консулом Корнев имел все основания считать, что понимает суть происходящего на планете.

  Со слов Сергея Антоновича, на Скраггенхольде уже лет двадцать добывали редкоземельные металлы, востребованные в производстве компьютеров, средств связи и другой электронной техники. А девять лет назад выяснилось, что местный каменный уголь - едва ли не идеальное сырье для производства высокопрочных и легких композитов. Казалось бы, вот она, основа для процветания. Однако, не все было так уж и просто.