которому, например, Элейн в жизни не сможет работать кем-то большим, чем горничная, а выйти замуж за метаморфа будет противозаконным. Разумеется, Эрцгерцог и сэр Зенон весьма против, потому эта леди не упускает возможности подставить кого-нибудь из дарованных. Ее бы давно наказали, если бы отец и семье за нее постоянно не вступались. Думаешь, я должен к ней хорошо относиться после такого? — спросил Ринер.
— Но она же все-таки женщина, к ней стоило бы относиться чуть добрее, — с сомнением протянула Аниэль. И как она выживала в своем страшном мире, если такая добрая и всепрощающая?
— Даже если я скажу, что она весьма надеется на брак с Эрцгерцогом? И не единожды пыталась Эрцгерцога к нему склонить? — ухмыльнулся Ринер. — Из-за нее, кстати, Эрцгерцог и свободен до сих пор, потому что леди Кэйнор весьма успешно отгоняла потенциальных избранниц: запугивала, подставляла, угрожала… И поэтому тебя, Аниэль, Эрцгерцог бережет как зеницу око.
— Ринер, а откуда ты все это знаешь? — Я удивленно глянула на подростка, который только что выложил, считай, целую детективную историю.
— С брата стребовал, — ответил он. — Райне буквально в последний момент провел быстрое расследование, кое-чем поинтересовался у Эрцгерцога, кое-чем у сэра Зенона, а потом сложил картину и рассказал все мне.
— Понятно все с этим, Ринер. — Я не сдержалась и потрепала его по макушке. — Спасибо, что ты так о нас с Аниэль беспокоишься, но сейчас праздник, а потому следует веселиться, даже если некоторые вредные леди очень хотят испортить тебе настроение.
— Да, верно-верно, Элейн права. Давайте сложим подарки, а потом посмотрим, что тут такого интересного есть, — поддержала меня Аниэль.
— Беспечные женщины, — еле слышно буркнул себе под нос Ринер. — Ну и ладно! Я планирую сегодня съесть целую тонну всякой еды, поэтому надо приступить, чтобы успеть все до начала танцев.
Мы развлекались от души: все было новым, интересным и чертовски веселым. Сыграли в пару игр, выпили какой-то вычурный напиток, едва успели отобрать у Ринера алкоголь, мельком заглянули в отдельные комнаты, да и болтали. Единственное, что омрачало ситуацию — это отсутствие Зенона и постоянное присутствие в нашем поле зрения леди Кэйнор. Это заставляло напрягаться, потому что не будет ничего хорошего, если такая женщина нацелиться на Аниэль, которая сейчас особенно уязвима. Вот только, судя по всему, я Кэйнор интересовала куда больше, чем кто-либо из нашей троицы.
Глава 73
Леди Кэйнор все никак не желала от меня отлипать. Честное слово, иногда мне казалось, что ее цель — не Эрцгерцог, а я сама. Потому что возле него я ее практически и не видела никогда. Если бы она преследовала Эльба с таким же упорством, как и меня, то, думаю, давно бы уже если не замуж за него вышла, то точно бы соблазнила.
Вот и сейчас, когда я попыталась скрыться от толпы в месте отдыха с мягкими диванчиками и еловыми навесами, рядом оказалась леди Кэйнор. И чего цепляется? Нет бы, пошла потанцевала, ее же часто приглашали! Пока мы стояли в укромном местечке, уже два метаморфа умудрились пригласить Кэйнор повальсировать, но она всем отказывала. Меня никто не приглашал, да и я не горела желанием танцевать. Хотя, пожалуй, когда Ринер наестся, то можно будет и потанцевать с ним — не зря же мы столько упражнялись.
— Добрый день, леди Элейн. — Она присела рядом со мной на диванчик. — Как поживаете?
Я едва не заскрежетала зубами от этого неприлично приличного вопроса. Вот чего она ко мне привязалась? Что я ей должна ответить, а?
— Отлично, а вы?
— Чудесно, просто чудесно, — протянула эта приставучая девица.
А потом я заметила, как через боковой вход вошел Зенон вместе с Эрцгерцогом. Обычно Зенон носил жилет с рубахой и брюки, обязательно темного цвета. Но в этот раз он оказался в белом фраке с черной отделкой. У меня перехватыватило дыхание при взгляде на него. Когда я думала о своем возлюбленном, я никогда не мечтала о принце, только о простом парне, который будет меня любить и искренне обо мне заботиться. Но сейчас, видя Зенона в этом величественном белом костюме, я осознала, что умудрилась влюбиться в самого настоящего принца. Не иначе.
— Он великолепен! — с восторгом произнесла леди Кэйнор. — Лучший из всех мужчин!
— Да! — я не удержалась от восхищенного шепота.
— А говорили, что не интересуетесь Эрцгерцогом, — обвиняющее ткнула в меня пальчиком леди Кэйнорм.
— Конечно, не интересуюсь. Я про Зенона…
— Зенона? Вы серьезно? Вам нравится сэр Зенон?! — завопила леди Кэйнор так, словно была не леди, а каким-нибудь продавцом на рынке.
Я вознесла молитву дирижеру, который скомандовал оркестру начать играть, как только зашли Эрцгерцог с Эрцзащитником, иначе вопли этой леди стали бы достоянием общественности. Зачем так кричать?
— Да, а что вас удивляет? — спросила я.
— Но это же Эрцзащитник, как он может нравиться?
Честное слово, я всегда считала себя очень дружелюбной и абсолютно неагрессивной, но сейчас мне безумно хотелось стукнуть эту даму или выдернуть из ее головы пару клоков волос. Что значит, как может нравиться? Это же Зенон! Скажите на милость, как он может не нравиться? Да по сравнению с ним Эрцгерцог выглядит как кукла! Вот это все я ультимативно высказала леди Кэйнор и развернулась так сильно и быстро, что юбка моего платья обмоталась вокруг моих ног. Равновесие я удержала едва-едва. Что за безобразная привычка унижать моего Зенона? Возможно, у него есть некоторые минусы, среди которых огромных размеров трудоголизм и привычка все проверять по десять раз, но эти недостатки всего лишь доказывают, что Зенон — реальный человек, а не моя выдумка. То есть не человек, а метаморф.
— Чудесного зимнего бала тебе, Элейн. — Зенон заметил меня и подошел поприветствовать. — Извини, что оставил, надеюсь, не скучала.
— Ничуть, с леди Кэйнор не заскучаешь, — не удержалась я. Не то чтобы жаловалась, скорее хотела сетовала на неприятность…
— Эльб, разберись уже со своей поклонницей. Она не стесняется доставать всех окружающих тебя дам. Объясни ей, что у тебя есть избранница и ты категорически против других девушек, претендующих на это звание. — Зенон выглядел раздраженным и раздосадованным.
— Что, предупредить как ты?
— Можно и так, очень действенно. Заметь, ни одна дама больше не претендует
