5
В следующий раз принцессе пришлось ждать Редвуда довольно долго. Они должны были встретиться в полдень, как раз в той части парка, которая спускалась к реке. Сидя на траве, принцесса все с большим и большим нетерпением поглядывала на юг. Скоро она начала замечать удивительную тишину, царившую вокруг. Даже шпионы, обычно ее повсюду сопровождавшие, на этот раз отсутствовали: нигде ни души. На Темзе также не появлялось ни одной лодки.
Принцесса попыталась было угадать причину такой тишины, но не успела, так как, к величайшему своему удовольствию, увидела вдали Редвуда, голова и плечи которого возвышались над мелким лесом, ограничивавшим кругозор.
Вскоре он исчез за крупными деревьями, а потом вновь показался, уже гораздо ближе. Принцесса издали заметила в его походке какую-то перемену. Редвуд, очевидно, спешил и несколько прихрамывал, а когда она пошла ему навстречу и могла уже ясно видеть его лицо, то ей стало ясно, что он сильно устал и на каждом шагу хмурится от боли. В страшном беспокойстве молодая девушка бросилась к нему с распростертыми объятиями, но не успела она еще задать ему вопрос, как он заговорил.
— Неужели нам придется расстаться?
— С какой стати? Что случилось? — воскликнула она.
— Но ведь если мы не расстанемся, значит, теперь же…
— Да в чем дело? Скажите скорей, не мучьте!
— Я не хочу расставаться, только… вы готовы ли? — спросил он вместо ответа.
— Если ваши недомолвки означают смерть теперь же, то я вполне к ней готова и не позволю вам умереть одному, — твердо заявила молодая девушка.
— Если они означают смерть… — повторил Редвуд, сжимая ее руку. — Да, они могут означать смерть.
— Да расскажите же, что случилось?
— Они пробовали меня остановить.
— Каким образом?
— Выходя из лаборатории, в которой я делаю «Пищу богов» для Коссаров, я встретил маленького полицейского офицера в синем мундире и чистых белых перчатках. Он приказал мне остановиться. «Здесь, — говорит, — нет прохода!» Ну, мне, конечно, все равно, я перешел на другую дорогу, а там опять офицер, и опять нет прохода. «Все дороги, — говорит, — для вас закрыты».
— Что ж дальше?
— Я поспорил с ним немного. «Это, — говорю, — дороги общественные». «Потому-то, — отвечает он, — они для вас и закрыты. Вы мешаете публике». — «Очень хорошо, — говорю я, — мне все равно, пойду по полям». А тут из-за забора выскочили другие и говорят мне, что по полям тоже ходить нельзя, так как они принадлежат частным лицам. «К черту публику и частных лиц! — сказал я. — Я иду, куда мне требуется!» Отстранил их легонько рукою, очень вежливо, уверяю вас, да и пошел по полю. Откуда ни возьмись, со всех сторон понабежали люди… Один какой-то в мундире ехал верхом около меня и читал вслух бумагу, а когда кончил, то повернулся и стремглав ускакал прочь. Я не успел сообразить, в чем дело, как вдруг сзади раздался залп из ружей…
— Из ружей?
— Да, совершенно так, как по крысам стреляют. Пули просвистели вокруг меня, одна попала в ногу.
— Ну и что же?
— Ну, я ушел и пришел к вам, оставив их там стрелять сколько угодно. А теперь…
— Что?
— Ведь это только начало. Они теперь бегут по моим следам. Хотят нас разлучить.
— Это им не удастся!
— Конечно, не удастся, но мы должны спасаться у наших братьев — у Коссаров.
— А как к ним пройти? — спросила принцесса.
— Вот сюда, к востоку. Они прибегут с запада, значит, нам нужно идти в противоположную сторону. Вот по этой аллее. Погодите, я пойду вперед, посмотрю, нет ли их там.
Редвуд попробовал двинуться, но принцесса схватила его за руку.
— Нет! — воскликнула она. — Я не пущу вас одного, а напротив, буду стараться идти как можно ближе. Я ведь все-таки для них священная особа. Если я буду рядом с вами, то они не осмелятся стрелять.
С этими словами она прижалась к нему, а он с внезапным порывом нежности обнял ее и поцеловал в щеку. С минуту они молчали.
— На жизнь и смерть! — шепнула принцесса и затем, обняв его за шею, приблизила свое лицо к его губам и сказала: — Милый! Поцелуй меня еще раз.
Редвуд не заставил себя просить, и некоторое время влюбленные провели исключительно в поцелуях, а потом, взявшись за руки, пошли вперед, к убежищу, построенному Коссарами.
Так началось гонение на гигантизм.
Пока влюбленная пара гигантов проходила через парк, в нем между деревьями уже показалось множество конных пигмеев, тщетно старавшихся догнать ее. Но при выходе из парка гиганты вновь были встречены вооруженной толпой пигмеев, и хотя Редвуду очень хотелось подраться с ними и прорваться сквозь их ряды, однако принцесса увлекла его в обход.
Когда они шли, над их головами свистели пули.
МОЛОДОЙ КАДДЛЬС В ЛОНДОНЕ
1
Ничего не зная о ходе событий, о новых законах и преследовании гигантизма, не зная даже о существовании на свете подобных ему исключений из общего правила в росте человеческом, молодой Каддльс выбрал как раз этот день, чтобы выйти из своих известковых ям и познакомиться с окружающим миром. Надо же было и ему когда-нибудь дойти до этого! В Чизинг-Айбрате все его вопросы оставались без ответа, так как новый викарий был, пожалуй, еще непросвещеннее старого, а бестолковая работа довела его наконец до полного отчаяния.
«Из-за чего я работаю в этих проклятых каменоломнях? — думал он. — Почему я осужден ходить только по известному месту, не смея выйти за его границы и посмотреть, что делается на белом свете? Что я такое сделал, чтобы меня приговорить к такому к такому наказанию? Да я просто не хочу нести его!»
Будучи существом некультурным, он тотчас же превратил свою мысль в дело: схватил тележку с известью, поднял ее кверху и с размаху швырнул на землю, причем от нее, конечно, не осталось и следа. Затем он сгреб целый ряд тележек и сбросил их с обрыва. Потом захватил огромный кусок известняка и кинул его туда же. Потом могучим ударом ноги сковырнул с временного узкоколейного пути, ведущего к шахтам, ярдов двенадцать железных рельс.
— Очень мне нужно копаться тут в земле до самой смерти! Что я, червяк, что ли, в самом деле? Ломай известняк неизвестно для чего! Слуга покорный!
Порешив таким образом свою судьбу, молодой Каддльс в этот жаркий полдень зашагал через холмы и долины прямо в Лондон (может быть, потому только, что случайно обернулся лицом в эту сторону). Встречавшиеся на всяком шагу красные надписи, так же как испуг и удивление всех встречных, нисколько на него не действовали. Он ничего не знал о результате выборов, передавших власть в руки Катергама, знаменитого «Джека — убийцы гигантов». Он и не подозревал, что, согласно распоряжению правительства, вывешанному на всех полицейских постах, гигантам и вообще лицам, рост которых превышает восемь футов, воспрещено было без особого дозволения удаляться больше чем на пять миль от мест, отведенных для их пребывания. Он не замечал, что опоздавшие остановить его полисмены бежали сзади, потрясая своими палочками. Он спешил ознакомиться с миром, — бедный, невежественный великан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
