высвечивает смску от князя Юрия: «Данила, извини, но у меня к тебе срочный разговор насчёт вчерашнего инцидента. Можем сегодня увидеться?»
— Они, возможно, и увидели, — усмехаюсь. — Морозов просит встречу. Конкретный повод не называет.
— Мелиндо… Даня…— на глаза альвы наворачиваются слёзы. — Я не хотела…
— Расслабься, жена, — я улыбаюсь ей расслабленной улыбкой. — Нам давно уже незачем остерегаться Морозовых. И князь Юрий сам это увидел на примере Бирюзовых. Если же он чего-то не понял и попробует посягнуть на тебя, то сразу же пожалеет. Впрочем, я не думаю, что князь настолько глуп.
— Хорошо, мелиндо, — Лакомка сразу успокаивается. — Теперь я в порядке.
После обеда я уезжаю к Морозовым на запрошенную встречу. В усадьбе меня сразу провожают в кабинет князя. Юрий сидит задумчивый и суровый. Тем временем слуги позаботились об угощениях — принесли чёрный чай с конфетами «Аленка».
— Как поживает Евгений Станиславович? — интересуюсь, уминая конфету и запивая чаем.
— А, что? Женя? Он пришёл в норму, — отвечает князь, приходя в себя. — Спасибо, что не навредил ему.
— Пустяки, — отмахиваюсь. — Мне всё равно он попался по пути. Ничего сложного.
— Вообще-то мой шурин — опытный Мастер, — замечает Морозов. — Сильный оборотень.
— Да, вы правы, потому я и говорю, что ничего сложного, — улыбаюсь, и князь ошеломленно качает головой. — А, кстати, зачем вы хотели меня видеть?
— Данила, — князь пристально смотрит мне в глаза. — Мне доложили, что твоя главная жена обращается в белоснежного ирабиса.
— Верно, и что с того? — я спокойно отпиваю чай.
— Данила, — голос князя становится напряжённым, глаза приобретают решительный блеск. — Я попрошу всего один раз, Данила, — князь набирает в грудь воздуха и выдаёт: — Пожалуйста, скажи, что у твоей жены есть сестра! Я хочу такую же!
Глава 19
Планы-сваты
— Конечно, есть и не одна! — заявляю я уверенно.
— Познакомишь…? Ты не подумай, никакого легкомыслия, я с очень серьёзными намерениями! — Морозов аж вспотел, зрачки расширились, а губы стали мелко подрагивать.
— Всенепременно, но есть один фактор, что не даёт это сделать, — грустно вздыхаю.
— Какой такой фактор?!! — Юрий аж зарычал.
— Моя жена — на самом деле иномирянка.
— Ну и что? — не придает значение князь.
— Ее селение было разграблено и сожжено, многие убиты, ещё больше были пленены и забраны в рабство, — делюсь печальной историей моей супруги. — Именно сейчас пока что моих сил недостаточно, чтобы их вернуть…
Да простит Лакомка, что Великий город альвов селением назвал, а что делать, иначе Морозов и соскочить может.
— Кто посмел?!! Да я их!!! Тоже мне «фактор»! Даже не проблема, всего лишь неприятность!! Скажи только КТО и ГДЕ ОНИ, а гвардия и полки Морозовых сокрушат этот «фактор». Ничто не встанет между моей невест…эээ…роднёй жены моего союзника и мной…то есть тобой…то есть ней…ммм…нами…вот, — зафырчал Морозов.
А князь-то слишком оптимистичен. Хотя он же еще не знает специфику альвийского характера. Учитывая способы проявления благодарности альвиек, не утяжелённые нормами морали, жену ему будет выбрать ой как сложно. Мне с Лакомкой сильно повезло. Большинство ее «сестер» не расположены к преданности одному спутнику жизни.
Вслух я говорю:
— Ликаны посмели, князь. Это своеобразные иномиряне. Пока не знаю, где они сейчас, но обязательно найду.
И я не шучу. Лакомка навсегда запомнила своих врагов. Название их расы — ликантропы. Но есть еще один момент. Когда Ратвер провёл свою террористическую атаку на разумы оборотней в Кремле, то что-то в этом мне показалось знакомым! Конечно! Когда я в первый раз освобождал Лакомку из оков звериных инстинктов — еще при нашем знакомстве, — то на ней было применено очень схожее воздействие — не такое сильное, как у Высшего Грандмастера, но всё же, недаром она так быстро одичала. Допускаю, что ликаны связаны с Ратвером.
— Данила, как найдёшь их логово и пленных, дай знать, я тут же направлю тебе армию сватов…эээ…воинов с тяжёлым вооружением, хоть там у них и сильная магия-шмагия, но после коврового накрытия фугасами, термобарами и объёмно детонирующими боеприпасами, они будут удивлены тем, что померли. Ха-ха-ха, — потирает руки довольный Морозов.
— Когда разведчики определят их дислокацию, Вы первые об этом узнаете.
Надо Деда Досара опять поднапрячь, этот всё отыщет. Князю Юрию — жену, мне — новых подданных. А что⁈ Лакомка — принцесса, вот и коронуюсь. Буду Царь Альвов! Звучит! Никаких, блин, королей, ну их лесом западные ценности! Плюс ещё и Конунг, а это что? Правильно, это уже Империя, вот и буду всем представляться, пожимая руку: Император! Очень приятно! Император!…Мда, а если дочь Лакомки выжила, то я ещё и отцом стану. Правда, дочь в несколько раз старше меня будет. Как говорят рептилоиды — одначе!
— Ну что, Данила? — тяжело поднявшись, князь подходит к серванту и что-то достает оттуда. Обернувшись, он показывает в одной руке бутылку беленькой, а в другой — две граненые стопки. — Отпразднуем наш союз!!
* * *
Утром Маша Морозова тихонько подошла к двери отцовского кабинета. Теперь оттуда не доносилось ни звука, хотя всю ночь отец с кем-то громко смеялся и распевал пьяные песни. Маша давно не помнила, чтобы князь Морозов так буйно гулял. Кажется, после смерти мамы такого и не было ни разу. Только ближе к рассвету неизвестный гость ушел, и дом погрузился в тишину.
Княжна тихонько стучится в кабинет, но никто ей не отвечает. Она осторожно открывает дверь и заглядывает внутрь.
— Папа⁈ — Маша удивленно округляет глаза.
Стол и пол завалены пустыми бутылками водки. Сам князь спит, уронив голову на стол.
— Хмхмхммм, — неразборчиво гудит Юрий Морозов. С трудом подняв голову, он пытается сфокусировать взгляд на дочери. — Маша, ты что ли? Принеси огуречного рассола, солнце.
— Я уже послала на кухню слуг, — кивает предусмотрительная княжна. — Папа, а кто приходил? С кем ты так весело время провел?
— С кем-с кем? Да с Данилой нашим, — князь откидывается в кресле и чешет пышный, сейчас разлохмаченный как веник ус.
— С Даней⁈ — искренне удивляется Маша. Княжна окидывает взглядом кучу бутылок. — И он это всё осилил?
— Хе, еще бы! — фыркает Юрий. — У этого отрока
