Через связного ввожу в курс дела Руяна, пусть внесет коррективы, а сам приступаю к выполнению первой в этом бою задачи...
В миле впереди сплошная стена из больших, в человеческий рост, щитов начинает движение в нашу сторону. В первой волне около ста тысяч человек. Да... у нас во всей линии обороны нет и пятидесяти. За их спинами конница, явно читаются ауры лошадей. Эти пока не движутся. Еще одна линия, сформированная в квадраты, расставленные в шахматном порядке. Похоже резерв или прикрытие от тылового удара. Где же то, что я ищу?..
Интерлюдия 1
* * *
Сумет, глава ночной гильдии Креса, оторвался от прицела станкового арбалета и посмотрел по сторонам. Всё, его отборные головорезы готовы к бою. Кресцам достался третий редут и стрелометные гнезда вокруг. Плохие времена наступили, если ворам и убийцам вместо привычного ремесла приходится идти в стрелки. Но Тикша прав, съедят ногры всех клиентов — работать будет некого. Как бы еще самих не съели! Сумет потер занывшую поясницу, эх, старость — не радость, ну ничего, мы еще повоюем... и опять приник к прицелу...
* * *
— Куна, Куна, а мы когда начнем стрелять?
— Когда скажут, тогда и начнем. Ну-ка, посчитай прицел на самый дальний квадрат.
— Сейчас! — Такали навела на еле видимый строй пехоты необычного вида прибор. — Пиши: дальность семнадцать одиннадцать, угол семьдесят один градус.
Куна подкрутил ручки, поворачивающие ствол пушки.
— Готово, все пять настроены. Сними все остальные квадраты, чтобы быстро переводить. Вон, Усму попроси помочь, она аккуратно записывает...
* * *
— Слышь, Арно, это ты у меня подкову этой ночью спер? — немолодой копейщик, явно из ополченцев, сердито уставился на молодого паренька, держащегося за ручки станкового арбалета.
— Да ты что, дядько Накша, как я мог, у своего боевого товарища! Да и односельчане мы...
— А то ты у односельчан никогда не крал? Ты вор?
— Ну, допустим.
— Значит ты и спер!
— Эй, дядько Накша! Я тут что, один такой что ли? Ты вокруг посмотри!
— И то верно, полно здесь вашей братии. Кто с самострелом, тот либо тать, либо душегуб...
— Эй, ополченец, потише на поворотах, — отозвался напарник Арно, средних лет крепкий мужик. — В Нагаре арбалетчики — самые уважаемые солдаты. А этих, — он кивнул на парня, — нам в помощь прислали, они новые машинки делали, руку набить успели.
— Ладно, ладно, — Накша немного стушевался, — извини. Арно, честно скажи, ты мою подкову взял? Она у меня на счастье, без нее мне сегодня не выжить... Ну, хочешь, выкуплю ее у тебя?
— Не надо, — буркнул арбалетчик и полез за пазуху, — держи свою подкову. Может, она на меня и не действует. А так хоть ты живой останешься... — вор задумался и вдруг подмигнул собеседнику, — слышь, дядько Накша, если выживем сегодня, Галанку за меня отдашь?
— Размечтался! Чтобы я дочь за вора отдал! — Накша немного помолчал. — Бросишь это дело, тогда и поговорим...
________________________
* * *
Мвангу оглядел в подзорную трубу позиции противника. Ничего особо неожиданного. Линия укреплений немного странного вида с навесами — скорее всего, укрытия для лучников и метательных машин. Промежутки между ними заняты тяжелой пехотой. Построение копейщиков похоже на сугрибское, это понятно, у них и учились, мелкие отличия непринципиальны. Резервы небольшие, сил хортам не хватает. Конницы не видно. Тоже загадка! Наверняка затаилась где-то в степи и ждет момента для удара в спину. Не будет этого момента.
Тыл ногританских войск надежно прикрыт фалангами отборной пехоты. В штурме она участвовать не будет, вполне достаточно конницы и обычных бойцов. Сейчас первая волна пехоты, прикрываясь щитами, выведет лучников на дистанцию стрельбы, а пока те будут засыпать противника стрелами, очистит от «ежей» дорогу коннице. Удар конных клиньев такой численности жидкое построение врага не выдержит. Тем более что конников поддержит вторая волна пехоты. На этом бой и закончится, дальше будет избиение.
А конница хортов может хоть атаковать в три раза превосходящие их войска прикрытия, хоть гулять по степи до мартышкиного заговенья, это уже их проблемы.
Мвангу отдал приказ, и сигнальщики забили в барабаны. Эхом откликнулись тамтамы подразделений, звук которых быстро перешел в задающий шаг ритм, и пехотинцы, четко держа строй, двинулись вперед...
* * *
Где же они? Как найти каплю воды в реке? Хотя нет, отличающуюся каплю, но насколько это облегчит задачу? Надо же хотя бы знать, где искать! Так, минутку, из нужного места обязаны исходить сигналы. Либо трубы дудеть должны, либо посыльные бегать. Беспорядочного бега не заметно, труб не было. А что было? Барабаны были. Между прочим, ничем не хуже трубы. Сейчас только наступающие барабанят, а сначала они как раз молчали. А где застучали? Вон на том холме. Проверим холм. Ага! Вот они, те кто мне нужен.
«Штаб, я их нашел».
«Не торопись, пока рано».
«Жду. И пусть ментаты выбивают барабанщиков, через них у ногров идет связь».
«Принято»
Черные шеренги наползают по всей ширине перешейка. А там, откуда они идут, стоят шеренги новых волн. Впечатляет, что и говорить, вся равнина покрыта войсками. До ближних рядов врага уже меньше мили... тысяча восемьсот шагов... стихают разговоры в редутах... тысяча пятьсот... замирают арбалетчики... тысяча двести... лучники нервно теребят тетивы... восемьсот... пушкари подносят запалы. Началось!
* * *
Мвангу бездумным взглядом смотрел на движение своих войск. Еще тысяча шагов, и начнется, но мысли полководца занимало другое. Где же хорты приготовили подвох? Понятно же, что это построение не удержит войска султана. Нет, его, Мвангу войска. Это потом, сейчас неважно. Где подвох? Животные, местные хортэ? Не видно их, а фигуры не мелкие. Ну, хорошо, пусть пока прячутся. Сколько их может быть? Сотня? Две? Тысяча? Ну не больше же. А тысяча непринципиальна. Когда-то джу (десятник) Мвангу потерял семерых и убил двух хортэ. Сегодня ресканджу готов потерять по десять бойцов на каждого зверя. Нет, хортэ не изменят исход битвы. Где же подвох? Черным шеренгам оставалось восемьсот шагов до противника, когда тишина летнего утра была разорвана грохотом...
* * *
Лучники могут прицельно стрелять на сто-сто пятьдесят шагов. Навесом на двести. Примерно такую же дальность стрельбы имеют и обычные арбалеты. Придуманные Куной станковый стреломет и боевая модификация вейского лука достают врага за триста и даже четыреста шагов. Но с огнестрельным оружием им не сравниться. Даже простейшие картечницы, стоявшие в наших редутах, могут бить на полмили. Первый же залп двухсот картечниц просто сметает передние ряды наступающих. Свинцовые шарики легко пробивают щиты, наверное бывшие неплохой защитой от стрел, вместе с телами тех, кто их держит. Это не останавливает врага, наоборот, лишь ускоряет его движение. Картечницы успевают дать еще два залпа, а потом в дело вступают лучники и станковые арбалеты. Еще залп картечи... И еще один... Плотность огня просто сумасшедшая, ногры умирают тысячами и десятками тысяч, но продолжают рваться вперед. Их лучники, наконец, выходят на дистанцию поражения, и на наши укрепления обрушивается ливень стрел. Пехотинцы добегают до «ежей», передние ряды проходят через них, выстраивая стену щитов, задние начинают растаскивать укрепления. Арбалетные болты и стрелы вязнут в щитах. Пехота выстраивается для продолжения атаки...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
