- Однако, - свирепо сверкнув глазами из-под густых бровей, вступил в разговор Фархольт, - наше толкование закона и мнение Престимиона о нем могут и не совпасть. В этом я согласен с Мандрикарном: голосую за то, чтобы отменить оставшуюся часть Игр и лететь в Замок со всей возможной скоростью.
Корсибар взглянул на леди Тизмет.
- А ты что скажешь, сестра?
- Согласна, следует отменить Игры. У нас есть сейчас более важные задачи. Что касается Престимиона, то он не представляет для нас никакой опасности. Мы командуем армией. Мы управляем аппаратом правительства. Что он может предпринять против нас? Указать на вас, мой лорд, пальцем и сказать, что вы украли его корону? Корона никогда не принадлежала ему. А теперь она ваша. И все так и останется, мой лорд, независимо от того, что думает и чувствует по поводу сегодняшних событий Престимион.
- Я пошел бы даже на то, чтобы предложить ему пост в новом правительстве, - глубокомысленно произнес Фаркванор. - Во-первых, чтобы нейтрализовать его - уменьшить его возмущение - а во-вторых, чтобы гарантировать его лояльность.
- Почему бы не сделать его Верховным канцлером? - с невинным видом осведомился Мандрикарн, и все, за исключением Фаркванора, рассмеялись.
- Да, - сказал Корсибар, - тонкая мысль. Я пошлю за Престимионом через день-другой и попрошу его занять какой-нибудь пост в совете. Конечно, он достоин этого, и, если он не окажется слишком горд, чтобы принять предложение, мы получим возможность приглядывать за ним. Что касается Игр, то Тизмет права: мы не будем завершать их, по крайней мере здесь. Позднее, в замке, найдется время и для гонок колесниц, и для рыцарского турнира. Похороним Пранкипина, проведем церемонию возведения на престол нового понтифекса, завершим другие неотложные дела и отправимся на Гору. Все. Решено.
- А как насчет вашей матери, ваше высочество? - спросил Фаркванор.
- Моей матери? - Корсибар удивленно посмотрел на него. - А что случилось с моей матерью?
- Она теперь становится Хозяйкой Острова, мой лорд.
- Помилуй меня, Божество! - воскликнул Корсибар. - Это совершенно вылетело у меня из памяти! Мать короналя...
- Да, мать короналя, - подтвердил Фаркванор. - Если мать короналя жива, как это имеет место в данном случае, то мы снова встречаемся с требованием старинной традиции. Так что старая тетя Кунигарда наконец отправится на пенсию, а леди Роксивейл будет командовать всеми нами.
- Леди Роксивейл... - ошарашенно протянул Мандрикарн. - Хотел бы я знать, что она скажет, когда ей сообщат об этом!
- И у кого хватит смелости сообщить ей новость? - добавила Тизмет, с трудом сдерживая смех.
Леди Роксивейл никогда и не думала о том, чтобы стать Хозяйкой Острова Сна. Красивая, тщеславная и властная жена лорда Конфалюма покинула короналя вскоре после рождения близнецов и удалилась в свой роскошный сверкающий дворец, расположенный далеко на юге, на тропическом острове Шамбеттиран-тил. Даже в самых смелых мечтах она не воображала, что может войти в число властителей царства. И все же, согласно закону и традиции, пост Хозяйки действительно следует в первую очередь предложить ей...
- Что ж, - сказал Корсибар, - эту проблему мы можем обсудить и позже. Кто-нибудь, кто знает историю лучше, чем я, завтра сообщит нам, сколько времени можно отвести на замену Хозяйки Острова, а Кунигарда пусть продолжает посылать миру сны, пока мы не решим, что предпринять.
- Мой лорд, - не отставал Фаркванор, - вам необходимо также как можно быстрее разобраться с проблемой старших пэров.
- А что это за проблема? Мне кажется, Фаркванор, что вы очень уж быстро находите новые проблемы.
- Я хочу заручиться их лояльностью, ваше высочество. А для этого следует как минимум заверить их в вашей любви и подтвердить, что они сохранят свое положение.
- По крайней мере, в настоящее время, - уточнил Мандрикарн.
- Да, в настоящее время, - согласился Фаркванор. В его глазах внезапно вспыхнул алчный огонь. - Но было бы неосмотрительно с самого начала пробуждать в них настороженность. Мне кажется, что стоило бы в течение ближайшего часа пригласить вашего родственника герцога Олджеббина, мой лорд, а сразу же вслед за ним принцев Гонивола и Сирифорна и сообщить, что их роль в правительстве остается неизменной.
- Хорошо. Позаботьтесь об их приглашении сюда.
- И наконец...
В дверь постучали, и появился камердинер.
- Мой лорд, прокуратор Дантирия Самбайл просит разрешения войти.
Корсибар с беспокойством взглянул на Тизмет, затем на Фаркванора и увидел, что тот тоже нахмурился. Но оставить дверь перед носом влиятельного прокуратора закрытой он не мог.
- Пусть он войдет, - произнес Корсибар. Дантирия Самбайл был одет в те же великолепнейшие золоченые доспехи, в которых явился утром в Тронный двор, лишь шлем с зеленым плюмажем он сейчас держал в руке, что, возможно, было своего рода знаком почтительного отношения к новому королю. Тяжело ступая, выставив вперед, как таран, большую голову с короной курчавых оранжевых волос над веснушчатым краснощеким лицом, он вошел в комнату.
Он остановился прямо перед Корсибаром - Фаркванору и Мандрикарну пришлось немного посторониться - и довольно долго стоял лицом к лицу с новым короналем, разглядывая того, словно что-то взвешивая и прикидывая про себя, не как подданный перед королем, а как принц перед равным себе.
- Так, - сказал он наконец, - кажется, вы теперь действительно корональ.
- Не только кажется, но и соответствует истине, - ответил Корсибар, многозначительно глядя в пол прямо перед Дантирией Самбайлом.
Но прокуратор не понял этого безмолвного совета: преклонить колени и принести присягу.
- Интересно, что по этому поводу сказал бы ваш отец? - сказал он.
- Вы видели, что мой отец сидел рядом со мной в Тронном дворе. Это молчаливое признание.
- Ах, молчаливое...
- Признание, - раздраженно поправил Корсибар. Он, конечно, ожидал дерзости от Дантирии Самбайла, но тот превзошел все ожидания.
- Вы не разговаривали с ним после того, как покинули зал?
- Понтифекс удалился в свои покои. Я посещу его в должное время. В первые часы правления у меня много дел: нужно принимать решения, освобождать от исполняемых обязанностей...
- Я хорошо понимаю это, принц Корсибар.
- Я теперь корональ, прокуратор.
- Ах да, конечно. Я хотел сказать: "Лорд Корсибар".
После этих слов со всех сторон послышались вздохи облегчения. Могла ли такая уступка со стороны Дантирии Самбайла означать, что он не желает осложнений, связанных с признанием Корсибара? Во всяком случае, это был хороший признак.
Корсибар снова взглянул вниз, еще раз приглашая прокуратора встать на колени и принести присягу. Широкое, с грубыми чертами лицо Дантирии Самбайла медленно расплылось в кривой улыбке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
