Читаем без скачивания Прибежище - Крис Юэн

Мензер отошел от ванны, стряхивая воду с рук. Кларк стоял в дверях, опершись на косяк, и наблюдал за ним.

– Теперь твоя очередь потрудиться, – сказал Мензер. Он уперся ладонями в бедра, восстанавливая дыхание. – Стар я стал для подобных штучек. Вытащи ее из ванны. И волоки на площадку.

– Зачем?

– Хочу, чтобы ты сбросил ее с лестницы и она сломала шею. Пусть это выглядит как случайное падение.

Кларк с сомнением поглядел на напарника.

– Но ты ж ее только что утопил!

– Хочу создать у них ложное впечатление. Остров-то маленький, уровень преступности незначительный, так что они вполне могут убедить себя, что это был несчастный случай.

Кларк молча смотрел на него.

Мензер вытащил пробку из ванны. И смотрел, как вода уходит в сток. Тело начало опускаться на дно ванны.

– Мать твою, Кларк! У тебя же перчатки на руках, тебе не о чем беспокоиться.

Но Кларк по-прежнему не двигался с места.

– Послушай, не заставляй меня ему звонить и сообщать, что ты не помог мне разобраться с глупостями, которые сам же натворил.

Кларк наконец отлепился от двери. Нагнулся над ванной и подхватил тело женщины под мышки. С ее волос, изо рта и из носа потекла вода. Она стекала и с ее майки, оставляя мокрый след на полу, пока Кларк тащил безвольное тело к лестнице. Он крякнул, перемещая ее, подхватил покрепче и попытался поднять повыше. Мышцы на руках дрожали от напряжения. Он старался не потерять равновесие.

Мензер дождался, пока Кларк соберется толкнуть ее вниз, и стремительно бросился вперед. Он ухватил Кларка ладонью под подбородок и с силой дернул его голову вверх, пока тот не уставился в потолок. А потом резким рывком повернул голову и шею вбок, потом обратно. И услышал жуткий звук «крак!». После чего еще раз дернул его голову вбок, чтобы быть уверенным, что шейные позвонки разломались и полностью оторвались друг от друга.

Кларк выскользнул у Мензера из рук и рухнул, тело женщины тоже упало на пол. Оба они скатились вниз по ступенькам, как парочка тряпичных кукол, и свалились внизу, образовав кучу переплетенных рук и ног.

Мензер переступил через них и прошел в кухню. На стене висел телефон, а под ним стоял шкафчик. Он выдвинул ящик, достал оттуда телефонную книгу и начал листать. Ему нужно было найти адрес брата Лоры Хейл. Надо выяснить, что ему известно.

Глава 37

Я внезапно проснулся от звонка в дверь. Щурясь со сна, поглядел на часы у постели. Полдесятого утра.

Звонок продолжал надрываться короткими повторяющимися сигналами, словно кто-то колотил по его кнопке головой. Я накинул халат, потом перевязь. Рокки, свернувшись калачиком, продолжал спать в ногах моей кровати. Я оставил его там и закрыл дверь спальни, а сам, пошатываясь, прошел через холл и, топая, спустился по лестнице и открыл наружную дверь. Чтобы обнаружить там детектива-инспектора Шиммина, который стоял, опершись о дверной косяк. Он ввалился внутрь, оттолкнул меня от двери и с силой захлопнул ее за собой.

– Нам надо поговорить. – Шиммин пялился мне прямо в лицо. – Но если кто-то спросит, этого разговора никогда не было.

– Какого разговора?

– Иди за мной. – Инспектор двинулся вверх по лестнице, роняя капли ночного дождя на мой ковер, а его забрызганный грязью грубый макинтош топорщился и стоял на нем колом. – А кофе у тебя где?

К тому времени, когда я поднялся наверх, Шиммин уже открывал и закрывал дверцы моих кухонных шкафов. Ему не потребовалось много времени, чтобы обнаружить то, что он искал. Инспектор схватил банку с гранулированным растворимым кофе и с грохотом поставил на кухонную стойку две кружки.

– Вы не имеете права вот так ко мне врываться, – сказал я. – Думаю, вам лучше уйти.

Он пощупал чайник. Недовольно засопел, обнаружив, что тот холодный. Наполнил его водой и щелкнул выключателем.

– Тебе вовсе не нужно, чтобы я ушел. – Инспектор покачал головой. – Можешь мне поверить, парень. Заставить меня уйти – это самое худшее, что ты сейчас можешь сделать.

В его голосе явственно звучали ворчливые нотки. И какая-то суровая напряженность. Это меня доконало. Я уже не понимал, что мне делать.

– Чайные ложки давай, – резко бросил Шиммин.

– Что?

– Ложки. – Инспектор резко выдвинул ящик под стойкой. С грохотом задвинул его обратно и выдвинул другой, под раковиной. – Ладно, не обращай внимания, – добавил он, роясь в кухонных принадлежностях. – Молоко есть?

– Да что происходит?!

– Нет, значит, молока. Ладно. Черный тоже хорошо. Давай просыпайся! Мне нужно, чтобы ты внимательно меня выслушал.

– Детектив Шиммин, будьте любезны объяснить, что происходит.

– Детектив-инспектор Шиммин, это во-первых. А во-вторых, мне самому нужны кое-какие объяснения. Где ты был сегодня ночью?

– Что?

– Еще раз произнесешь свое «что», увидишь, что я с тобой сделаю!

Шиммин разозлился. До меня тут дошло, что он все это время был страшно зол. Он с такой силой сжимал в руке чайную ложку, что я даже стал опасаться, что он меня сейчас ею пырнет.

– Твои передвижения. Прошлой ночью. Мне нужно все о них знать.

Я заколебался, размышляя, что именно сказать. Не думаю, что это относилось к моей встрече с Эриком и Андерсоном.

Я потер кулаком глаза. Изобразил зевоту.

– Ездил на Марин-Драйв.

Инспектор помолчал. И сказал чуть мягче:

– В котором часу?

– Не помню. Где-то в половине одиннадцатого.

– А перед этим?

Вот теперь я все понял. Перед этим мы с Ребеккой нанесли визит Джеки Тир. И как только Шиммин об этом узнал? И что намерен предпринять в этой связи? Можно понять, почему он злится. Видимо, решил, что мы начали действовать за его спиной. Поставили под сомнение его профессиональные качества. А ведь именно это мы и сделали.

– Почему вы спрашиваете?

Инспектор схватил банку с кофе. Скрутил с нее крышку, так, словно сворачивал мне шею.

– Я в курсе, где ты был, – прорычал он. – Все, что мне нужно, это чтобы ты сам мне об этом сказал.

– Но если вы уже знаете…

– Тир позвонила мне, – сказал Шиммин. – На домашний телефон. После того, как вы уехали. Оставила сообщение на автоответчике. Сообщила, что ты был у нее. Мне наплевать, зачем ты к ней ездил. Мне важно знать время. Когда ты у нее был?

Я уперся спиной в спинку кухонного стула. И подумал, не попросить ли гостя подождать, пока я переоденусь. Но его вид сказал мне, что он вряд ли откликнется на подобную просьбу.

– Точно не знаю, – ответил я. – Думаю, около девяти.

– Тир позвонила мне домой в девять сорок пять. Ты в это время уехал?

Я кивнул:

– Думаю, да.

– И вернулся?

– Что?

– После того, как ты уехал от Тир, ты туда возвращался?

– Нет. Я поехал на Марин-Драйв. А потом сюда.

– Кто-нибудь может это подтвердить?

– Ребекка Льюис была со мной. И оставалась здесь примерно до полуночи. А потом уехала.

Шиммин смотрел на меня, словно высматривая что-то, что могло бы вызвать у него какие-то сомнения, потом забросил по две с верхом ложки кофе в каждую чашку. Схватил чайник, который еще не закончил кипеть и не выключился. Налил кипяток в чашки, двинул одну по стойке ко мне.

Сунул руку в карман своего макинтоша. Достал мобильник. И повернул его экраном ко мне.

– Напоминает кого-нибудь?

Это был снимок мужчины, сделанный крупным планом. Лицо. Мужчина спал. Выглядел он очень неважно, весь какой-то растрепанный. Волосы коротко подстриженные, клок щетины под нижней губой. Я узнал его сразу же. И от шока даже отступил на шаг назад.

– Это тот фельдшер, – сказал я. – Который оказывал мне первую помощь после аварии. Он сказал, что Лену увезли в первой машине «Скорой помощи».

Мой ответ, кажется, инспектора не удивил. Он даже не стал переспрашивать. И не стал напоминать мне, что тогда, в больнице, отверг мою версию о наличии первой машины «Скорой помощи» и о пропавшей блондинке. Я решил, что все это становится очень интересным. Но мне еще предстояло узнать, что это гораздо больше, чем просто интересно.

– Ты вчера ночью никого не заметил рядом с домом Тир? Там никто не болтался?

– Не думаю.

– Кто-нибудь еще к ней приходил, пока вы там были?

– Никто не приходил. – Я почесал руку, лежавшую в перевязи. – По крайней мере, я никого не видел.

– Тир тебе что-нибудь рассказывала? Не говорила, например, что за ней следят?

– Нет, – ответил я. – Ничего такого не было. Это мы хотели с ней поговорить.

– Ты и Ребекка Льюис.

– Верно.

Шиммин повернул телефон к себе и отхлебнул кофе, одновременно тыкая большим пальцем в кнопки. Я почувствовал, что мне лучше сесть. И сел на тот стул, на котором всего несколько часов назад сидела Ребекка. И подхватил ладонью здоровой руки локоть другой, ни на что сейчас не годной. Плечо болело все утро. Было такое ощущение, что вместе с суставом проворачивается куча битого стекла.

– Сейчас я тебе еще кое-что покажу, – сказал Шиммин. – Не слишком приятное.