— И снесла курочка Ряба яичко. Да не простое, а золотое, — процитировала Стаська строки из известной детской сказки. — Дед бил, бил — не разбил. Баба била, била… А мыши у вас тут есть?
— Стася! — остановила я словесный поток сестренки и аккуратно, так, чтобы никоим образом не навредить, подняла с пола яичко. Теплое. Будто и впрямь только что из-под курицы-несушки. А мне, кажись, теперь предстоит стать наседкой…
— И как скоро он вылупится? — естественно, задалась вопросом, грея в руках переливающееся золотом гладкое яйцо.
— А я почем знаю? — развел руками гремлин.
— Я бы на твоем месте, Любка, лучше задалась вопросом, действительно ли скорлупа золотая? Прикинь, сколько деньжищ можно за нее выручить.
Кто о чем, а Стася все о злате думает. Кстати… Мы ведь за ним сюда и пришли! Вовремя это я вспомнила.
— Дор, а гони-ка сюда наши деньжата, — хищно оскалилась я.
— Ну вот, а я уж надеялся, вы про них забыли, — пошутил рыжий и без лишних вопросов вытащил из пространственного кармана наши драгоценные мешочки.
Пока Стаська трамбовала их в сумку, я осторожно «упаковывала» Фауста в честно стыренный у гремлина цветочный горшок.
— Ты б его еще в гнездо пристроила, — фыркнула сестричка, глядя, как я любовно обкладываю яйцо кружевными салфеточками.
Вот от них, кстати, Дор был только рад избавиться. Видимо, данный элемент интерьера, в отличие от заботливой мамочки, разложившей салфеточки по всем поверхностям комнаты, самого обитателя комнаты ничуть не вдохновлял.
Закончив со сборами, мы поспешили откланяться. Времени и так уж много, а выезжать из города к ночи совсем не дело.
— Ну, нам пора, — оповестила я и потихонечку направилась к двери, раздумывая, стоит ли оставить сестрицу и рыжего наедине. Ну, мало ли, им попрощаться надо. Или еще чего.
Однако Стаська меня удивила. Резво вскочила с постели больного, закинула за спину сумку с деньжатами и со словами «ну, бывай» развернулась на выход.
Дора такой вариант прощания явно не устроил. А потому он резво ухватил сестрицу за запястье и, рывком притянув к себе, чмокнул в губы.
— Еще увидимся, — пообещал парень, отпуская ошарашенную Стаську. — Хорошей дороги.
— Спасибо, — откликнулась я и первая выскочила за дверь.
В груди отчего-то нестерпимо щемило, и в голову вновь полезли совсем невеселые мысли, от которых никак не получалось откреститься. Понимает ли Дор, что мы вряд ли еще свидимся? А Стася? И что будет, когда нам с Фаустом настанет пора прощаться?
До постоялого двора шли молча. Стаська была сама не своя. На девичьем личике цвело мечтательно-задумчивое выражение. Настолько задумчивое, что я от греха подальше взяла ее под руку — вдруг еще врежется куда ненароком. Влюбленность вещь такая — ничего вокруг не вижу, никого не замечаю, все мысли об одном.
Впрочем, мои собственные мысли не так уж далеко ушли от Стаськиных. Я раздумывала, когда же вылупится феникс. И сколько времени понадобится ему для взросления. Помнится, у Фрайо ушло два дня на то, чтобы полностью вырасти и перевоплотиться. Надеюсь, и сейчас будет так же. Большего мы просто не можем себе позволить, да и, признаться честно, я уже начала скучать по своему вредному блондинчику. Не хотелось бы последние дни в этом мире провести в одиночестве. Да и, чувствую, без крепкого мужского плеча в дороге нам придется тяжко. А наш юный Херувимчик, как ни крути, на роль телохранителя совсем не тянет. У него даже своего оружия на первый взгляд не было. А мечи Фауста он спрятал в пространственном кармане, поклявшись, что там они будут в целости и сохранности.
Ну, надеюсь, Хевирим окажется хотя бы хозяйственным.
В последнем удалось убедиться почти сразу. У дверей постоялого двора нас ждал дилижанс, запряженный тройкой поджарых лошадок. Рядом крутился Хевирим, который, завидев наше приближение, тут же приветственно помахал рукой, подзывая ближе.
— Вот, все, как вы и просили, — выпрямившись в струнку, отчитался наш работничек. — Экипаж первоклассный. До Змеиной провинции домчим быстро и с комфортом.
Вообще, нанимать экипаж я не просила. Просто распорядилась подготовить все к поездке. Но то, что гремлин подошел к подготовке столь серьезно, меня только порадовало. Смекалистый, однако, парень.
Уладив оставшиеся мелкие вопросы, мы двинулись в дорогу. В повозке расположились с комфортом. Стаська растянулась на одном сиденье, я на другом. Гремлин, уменьшившийся до размеров куклы Барби, устроился на небольшом выступе под окном, и я в который раз оценила преимущества столь быстрой смены размеров.
Короче, все было хорошо. Я бы даже сказала, слишком хорошо, чтобы это могло продлиться долго.
Глава 13
ЧТО ТАКОЕ «НЕ ВЕЗЕТ» И КАК С ЭТИМ БОРОТЬСЯ
Приключения начались, стоило нам только выехать за пределы Гремвиля. Сначала у нашего дилижанса каким-то неведомым образом отлетело колесо. Пришлось сделать вынужденную остановку и устранить неисправность. Благо это заняло не слишком много времени, и мы вновь тронулись в путь. Дальше было хуже. Одна из кобыл неудачно споткнулась на каком-то ухабе и начала прихрамывать на правую ногу. Повозка тащилась со скоростью улитки, а потом наш возничий и вовсе заявил, что нужно возвращаться обратно и сменить лошадь, ибо гробить скотину он не намерен.
К этому моменту мы уже довольно далеко отъехали от города, и возвращаться никакого желания не было. К тому же это означало бы, что вновь отправиться в дорогу можно будет лишь завтра на рассвете, а такую потерю времени мы никак не могли себе позволить.
Выход из ситуации опять же предложил Хевирим. Гремлин заверил нас, что существует короткий путь до ближайшего поселения, где мы без проблем сможем нанять другой транспорт. Лежал этот путь, как несложно догадаться, через лес. Этим нас было не испугать. После того как мы со Стаськой прошли боевое крещение в древнем лесу, нашпигованном вивернами и другой не менее экзотической живностью, нам уже ничего было не страшно, а потому мы, почти не раздумывая, согласились. Тем более что все наши вещички были надежно упакованы в пространственный карман и топать предстояло налегке.
Мы дружно выгрузились из удобного и почти родного уже дилижанса. Помахали ему вслед платочками и на своих двоих бодренько припустили к лесу, мысленно надеясь, что Херувим Сусанин не заведет нас в какие-нибудь дебри, откуда мы не сможем выбраться. По крайней мере, без потерь.
Мальчишка с маленьким рюкзачком за плечами топал чуть впереди и насвистывал себе под нос веселенькую песенку. Мы с сестренкой шли прямо за ним и слушали, как громко стрекочут в высокой траве неугомонные кузнечики. Пахло душистым разнотравьем и нагретой за день землей. Трудяги пчелки жужжали над яркими соцветиями. Туда-сюда сновали здоровенные шмели. И яркая бабочка-капустница порхала вокруг рыженького гремлина, кажется, намереваясь устроиться у того на макушке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
