– Как ты могла? – с болью в голосе произнес король и, не дожидаясь ответа, стремительно покинул библиотеку. Эллис лишь печально посмотрела на то место, где только что стоял ее супруг. Сегодня ей придется применить весь свой дар убеждения, что бы Ксаниэль поверил ей.
– Я думаю, на сегодня мы закончим. В интересах вашей же безопасности, как можно скорее покинуть дворец, не уверена, что Ксаниэль накрутив себя, не решит арестовать всех здесь присутствующих.
– Может тебе стоит уйти со мной, хотя бы на пару дней, пока его величество не остынет и не начнет мыслить осознано, – Багира, была единственной из повелителей, кто регулярно присутствовал на советах.
– Спасибо, но не стоит, если я пропаду, он и войну может объявить всем расам, решив, что вы запудрили мне мозги и просто мною пользовались, а теперь похитили. Раз уж я решила играть за его спиной, то должна и отвечать за свои поступки. Не бойся, он ничего мне не сделает, но в случае чего я смогу постоять за себя.
– Тебе видней! Свяжешься с нами, как все уладится.
– Непременно! – Нелюдь покинула комнату. Эллис не стала сопровождать их до телепортационной комнаты, просто отдала приказ замку выпустить их, и направилась в теперь уже ставшие своими покои ее мужа, морально готовя себя к трудному разговору.
Эллис уже устала ждать, когда ее супруг, наконец, появился, в далеко не трезвом состоянии. Эллис выругалась про себя, разговаривать с ним, пребывающим в таком состоянии, было бы бесполезно, все равно он ее не услышит и не поверит. Ксаниэль приблизился к ней неровной походкой и, усевшись в соседнее кресло, обхватил голову руками.
– Скажи, зачем ты так поступила с нами! Неужели все твои речи о стремлении помочь людям оказались лишь набором слов?
– Нет, я действовала, действую, и продолжаю действовать в интересах людей!
– Отдав свои знания нелюди?! Неужели ты не понимаешь, что против них ты никто, какие бы договоренности ты не заключила, они найдут способ их обойти, попользуются тобой и выкинут, как ненужную вещь. – Король смотрел на супругу едва ли не с мольбой, он так надеялся, что она хотя бы сейчас раскается в своих делах, поймет, что была не права, попросит прощение. Но она оставалась, все так же непоколебима.
– Ксаниэль, я не хочу с тобой спорить, лучше пойдем спать, и поговорим обо всем завтра с утра, на ясную голову.
– Да мы пойдем сейчас спать! Но отныне и впредь ты будешь подчиняться мне беспрекословно, и прекратишь свои связи с нелюдью, все больше никаких тренировок, библиотек и совещаний с нелюдью! Будешь весь день проводить, как и подобает королеве со своими фрейлинами за вышиванием, придумыванием нарядов, рисованием, чем угодно, кроме вмешательства в мои дела! – король едва не кричал на супругу, остающуюся, все такой же спокойной.
– Тебе не удастся меня заставить делать то, чего я не хочу! – ровным и спокойным голосом ответила ему Эллис, начиная внутренне вскипать, но все еще контролируя свои эмоции.
– Ты так думаешь? – Ксаниэль очень недобро усмехнулся, что-то прошептал, и Эллис поняла, что почти не чувствует свое тело, даже говорить она оказалась не в состоянии.
– Встань, женщине не пристало сидеть в присутствии мужа! – Эллис и не думала вставать, но ее тело само поднялось из кресла, и теперь она стояла напротив, поднявшегося немногим ранее короля. – Ну, как ощущения? Я же говорил, у нас есть средства по укрощению строптивых, сейчас я полностью контролирую твое тело, и твою волю, причем сил осуществлять такой контроль у меня хватит надолго, а когда закончатся, у нас много магов, которые не откажут в помощи своему королю. А теперь скажи, да, мой господин!
– Да, мой господин!– Горечь обиды волной накатила на девушку, такого предательства от своего супруга она не ожидала, она могла простить ему что угодно, понять что угодно, но лишить себя свободы и независимости не могла позволить никому. Всю жизнь она стремилась к этому, а тут в одночасье выяснилось, что есть люди способные полностью подчинить ее тело, сделать ее послушной марионеткой, и она даже слова против не сможет сказать. Все барьеры столько долго ею выращиваемые, рухнули за мгновение, сознание заполнила мысль о том, что она всего лишь слабая девушка, в чужом мире с чужими порядками, где у нее никого нет, где она совершенно одна. Одинокая слезинка покинула глаз и поспешила скатиться по щеке. Но король не заметил пустоты возникшей в глазах девушки, как и едва заметной полоски от той одинокой слезинки, он продолжал свою речь. – Поэтому предлагаю тебе в последний раз согласиться с предложенными условиями, и не лезть в туда, куда тебя не просят. Ну, так что?
Эллис почувствовала, что способна вновь говорить самостоятельно, а не то что приказывают. Но она не спешила с ответом, она не покажет свою слабость этому человеку, ни за что на свете.
– Ты пожалеешь об этом, – не смотря на то, что Эллис произнесла эти слова очень холодно, ей казалось, что голос ее дрожал, что она не смогла справиться со своей болью. Король дернулся от этих слов, словно от пощечины, настолько был холоден и безжизнен голос Эллис.
– Я надеюсь, что к утру, ты все же одумаешься! И не вздумай убежать, я приказал всей страже дворца никуда тебя не выпускать, и при обнаружении сопровождать до наших покоев. Спокойной ночи, дорогая! – Король покинул гостиную, и скрылся в спальне.
Эллис почувствовала, что тело вновь ей повинуется, но сил управлять им больше не было, ноги подкосились, и девушка оказалась на полу. В голове роем носились мысли, но боль и обида не позволяли сосредоточиться ни на одной из них. Никогда в жизни Эллис не было так плохо, она знала, что за все надо платить, и за внутреннюю силу, и за полный контроль чувств тоже. Вот и настал час расплаты для нее. Чем ты сильнее, чем больше барьеров возвела, тем больнее, когда все это рушиться, стоит дать слабину лишь на мгновение, и тебя затягивает в омут бесконечной боли, когда тобой овладевает все то, от чего ты так усердно отгораживалась, те чувства, которые ты отвыкла чувствовать. Эллис не знала, сколько она просидела до того момента, когда в гостиную влетел Кэриен. Герцог едва не потерял голову, увидев сидящую на полу девушку, с опущенной головой и так сильно обнявшей себя за плечи, что побелели костяшки пальцев. В его голове мгновенно пронеслись тысячи сцен того, что король мог сотворить со своей супругой. Кэриен тут же бросился к девушке, моля о том, что бы с ней ничего не случилось, он просто не сможет этого простить Ксаниэлю.
– Эллис, что случилось? – Эллис продолжала сидеть, не реагируя на него, Кэриен схватил ее за плечи и встряхнул, в ответ Эллис все же подняла голову, и Кэр невольно отшатнулся от ее взгляда. Такой смеси боли, обиды, одиночества и угрозы сквозь пелену невыплаканных слез, он еще не видел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
