от него, — вяло махнул рукой папаша Кац. — Всё правильно, один в один про тебя сказал. Чего на правду обижаться.
— Изя, я тебя грохну сейчас и круглую попку твоей Сонечки будет драть кто-нибудь другой, — Лиана пошла красными пятнами, что говорило о критическом раздражении, дальше обычно следовал одиночный выстрел.
— Сейчас обидно было, — насупился Изя Кац. — Я ведь и ответить могу!
— Стопэ, сейчас дождётесь. Вырублю с удара каждого, — пообещала Соня.
— По-моему вас троих в цирке ждут, а не меня, — засмеялся я. — РА, что нам с Ракетой делать? Мы с ней не сможем взлететь, её двигать то можно?
— Да, сколько угодно. Зацепите её погрузчиком и буксируйте к скале, я там организовал грузовые ворота.
— Командир, что это с Ракетой? — из подземелья выполз перемазанный грязью Чукча. — Однако мы грузить будем, мешаться будет!
— Бери погрузчик и поднимай её. Ремнями обвяжите, чтобы не свалилась и поедешь за мной.
— Однако ты броневик обещал! — обиделся Чукча.
— Это очень ответственная миссия, Чукча. Ракета чуть не взорвалась, она у нолдов была. Они её заминировали, надо аккуратно доставить на берег. Только тебе я могу это доверить. А потом сколько хочешь катайся на втором броневике, — на полном серьёзе объяснил я Чукче.
— Понял, начальник. Бросать в море будем? Рыба глушить? Однако, сковородка большая нужна тогда.
— Лиана, если он ещё раз скажет что-нибудь подобное, разрешаю тебе пристрелить его! — отдал я приказ. Вот теперь уже на самом деле. — Чукча, туда куда мы едем готовить не надо, понял?
— Понял, начальника. В морг едем? — ну здесь на него набросились все сразу, и он предпочёл ретироваться за погрузчиком.
— Здец! Ыргл! — высказался всеобщий любимец и уселся на большой камень наблюдать за погрузкой. Ракету сняли с пандуса только с третьей попытки. Кокон оказался овальным и пробил металл пандуса оставив после себя дыру. А при поднятии пандуса у нас появился иллюминатор. Соня заклеила его сложенной вчетверо клеёнкой. Так и полетели. Чукчу отправили первым с папашей Кацем и Соней. С ними почесал Фельдшер и ещё несколько переселенцев. Я выезжал последним, специально всё обошёл и посмотрел, чтобы ничего не забыли. Взяв на борт последних грузчиков, я направился к скале. Лиана с основным грузом и бойцами уже разгружалась, приземлившись возле скалы.
Правда за последние два часа здесь всё заметно поменялось. РА запустил сюда механические строительные автоматы. Они соорудили свод. Как бы продолжение скалы с полной имитацией покрытия. Челнок спокойно заходил в двери, также имитирующие скалу. Если кто не знает этого места, а я думаю, что никто не знает, то никогда и не догадается об ангаре. К моему приезду челнок был наполовину разгружен, в этом нам помогли грузовые платформы РА, чуть ли не сами забирающие груз из трюма. По широкой подземной дороге они отправлялись к Архиву оставляя содержимое на складе. Ракета и папаша Кац дожидались меня в операционной. Соня и Лиана руководили разгрузкой. Затем Лиана начала всех размещать.
— Командир! — обрадовался Чукча как ребёнок. — Куда её ставить?
— РА, куда ставить?
— Можете прямо на пол. Всем вам рекомендую зайти за защитную стену. Возможны сюрпризы.
— Нам сюрпризы не нужны, — папаша Кац поспешил укрыться за защитной стеной.
— Однако пойду, я там это забыл… — Чукча бережно опустил двухметровый кокон на пол. Из-под пола показались захваты, прочно обхватившие прозрачное яйцо вместе с бледной девушкой с широко раскрытыми глазами внутри. Повар вывел погрузчик и больше в операционную не вернулся.
— Начинай!
РА заблокировал двери, и переместил кокон в центр круга. Сверху опустился огромный светильник и засверкал как тысячи солнц. Рядом с захватом показалось сопло, закреплённое на конце гофрированного металлического шланга. Сопло сделало стойку как королевская кобра и из множества отверстий ударила пена. Она быстро поглотила под собой кокон. Сделав дело сопло убралось. Прошла минута и пена начала таять. Вместе с ним пропадал и кристаллический материал кокона. Опять же из-под пола выдвинулись дополнительные захваты и кресло. Сверху Ракету, усаженную в кресло, накрыл такой же защитный кристаллический колпак. Полупрозрачные ленты обхватили руки, ноги и торс, плотно прижав девушку к креслу. Специальная широкая лента закрепилась вокруг головы надёжно закрепив её.
— Сейчас я попробую добраться до её гипофиза, к которому прикреплена бомба, но без гарантий. Устройство поставлено на неизвлекаемость. Практически оно проросло в гипофиз, нолды потрудились на славу, но и оставлять его нельзя. Возможен летальный исход, командир. Разрешаете дальнейшие действия?
— Почему нельзя оставлять? — спросил я.
— Ядро устройства имеет критическую массу Урана-239. Если я сниму поле, то тут же произойдёт взрыв. В этом случае под угрозой окажется само существование базы.
— На фига тогда мы её сюда тащили? — недовольно проскрипел папаша Кац. — Неужели не понятно, что это нолды её снабдили бомбой. Мы уже один раз так обожглись.
— Затем, чтобы спасти, Изя. Пока всё под контролем, — но Изя не спешил успокаиваться.
— Ты слышал, РА не даёт гарантий. Убить её можно было и на улице. Что нового ты захотел узнать?
— Нет, папаша Кац, — не согласился РА, — она находилась в стазисе, под защитным куполом. Убить её не получилось бы, быстрее она вас. Ракета и сейчас в нём, только уже под колпаком. Так что, командир?
— Действуй, главное обезвредь бомбу. Даже если повредишь мозг. Есть у нас одно средство, — я снял скафандр и распорол воротник комбинезона достав белую жемчужину.
— Белая жемчужина от так называемого скреббера? — разглядел РА её у меня в руке.
— Да, так называемого.
— Кстати в Кайдзю второй категории с вероятностью в пятьдесят процентов может быть белая жемчужина. Нолды знают об этом и охотятся на них в основном из-за этого. А в Кайдзю первой категории свыше 110 метров жемчужина есть в ста процентах. До трёх штук.
— Что же ты молчал! — обрадовался папаша Кац. — Нам они просто необходимы.
— Учту, — согласился РА. — Начинаю операцию!
Кресло с Ракетой развернуло пациентку лицом к нам. Из-под пола опять поднялись четыре пластины и прилепились по две к икрам ног. От них отходили прозрачные трубки.
— В первую очередь необходимо откачать литон. Через него я не пройду. Он постоянно стремится затянуть место пробоя. В результате можно повредить череп, — важно сообщил РА. — Пластины на икроножных мышцах начнут разогревать его, и он под влиянием своей сверхтекучести стечёт вниз в резервуар.
Чуть погодя в трубках показалось серебристое вещество. Сначала по капле, потом всё больше, оно стекало по трубкам куда-то вниз под пол. Ракета же начала катастрофически худеть. Литон покидал её тело, оставляя, висеть плоть на коже и кое-где ещё оставшихся мышцах. Ноги и руки сдулись как
