уточнила.
— Да!
— О, это вам надо к целителям, — качнула головой. — Только они знают четкий состав. Но он, насколько мне известно, держится втайне. Поговорите с Тьеном. Пусть отведет вас к магистру Эльдариньо. Если магистр даст добро, то вам расскажут. Но скорее всего под расписку о неразглашении. Но могут и не рассказать.
— Хорошо, так и сделаю. Так вот, на чем мы остановились?
Я аккуратно указала ему на баночку.
— Точно! — Дарий снова мне улыбнулся. — Если моя гипотеза верна, то ваша магия — это ионизированный заряд определенного вида минералов. Возможно слегка видоизмененный. И тем не менее это всё — чистейший электролит. Добавляя его в воду, мы повышаем её токопроводимость. И если я сейчас проведу ряд экспериментов именно на определение токопроводимости, то высока вероятность того, что они подтвердят мою гипотезу!
— И что вам это даст?
Дарий моргнул раз, моргнул другой… Потом рассмеялся и развел руками.
— Честно говоря, сейчас вы меня вогнали в ступор своим вопросом. В моменте — ничего. Лишь подтверждение гипотезы. Но мне будет яснее сама суть магии и быть может я смогу как-то интегрировать её в свою теорию, что это подраздел электричества, либо наоборот.
— Хорошо, — согласилась. — А вы будете проверять проводимость сейчас или позже? Просто я бы не советовала тянуть. Сейчас в банке очень малый заряд исцеления и это ненадолго. Его может быть даже недостаточно, чтобы в принципе насытить этот объем воды нужным количеством этих ваших ионов.
— Ага… — Дарий задумчиво потер подбородок. — Да, вы правы. Скажите, а как быстро вы восстанавливаетесь? Сейчас мы с вами использовали шесть условных единиц, да?
— Да. Можно даже семь-восемь, но с резким оттоком сил, кровотечением из носа и обмороком, — не стала скрывать.
— Нет! — резко взмахнул рукой Мэйншторм и посмотрел на меня строго, даже отчасти зло. — Никакого саморазрушения, Роза. Категорически. Как ваша магия восстанавливается? По капле? Или одним махом? От еды, питья? Шоколада?
— Если упадок сил не критичный, — ответила я то, чему меня обучали ещё в колледже и я знала сама, — то примерно капля в час. Ускоряет восстановление обильная трапеза, сладкий чай. И шоколад, да. В прошлый раз он быстро помог. Если упадок сил критичный, но без выгорания, то сначала нужно прийти в себя организму, на это уходит до суток. Или необходимо лекарство. И только потом начинает восстанавливаться магический резерв.
— Логично, — кивнул Дарий. Потом подумал и снова кивнул. — Тогда на сегодня с магией закончим. Сейчас проверим эту баночку на токопроводимость и если заряда окажется недостаточно, то завтра повторим с двумя-тремя порциями. Не возражаете?
— Охотно вам помогу, — заверила я мужчину. — А можно посмотреть?
— Можно, — улыбнулся Дарий. — Только это не особо зрелищно.
— Мне очень интересно.
— Понимаю, — кивнул мужчина и взмахнул рукой. — Сидите. Сейчас всё подготовлю и проверим.
Он взял ещё одну банку и вышел, вернувшись с ней через минуту, и я увидела, что там тоже налита вода. При этом он налепил на банку кусочек липкой ленты и нарисовал на ней кружок, а мне пояснил:
— Вода с нулевым зарядом. Для сравнения.
После этого он поставил на стол две банки рядом, но не вплотную, и на этот же стол поставил загадочный прибор с экраном. За стеклом находилось табло со стрелочкой и ряд цифр от нуля до ста тысяч. От самого прибора отходило два толстых прорезиненых провода, но концы их поблескивали металлом.
— Прибор называется кондуктометр, — начал рассказывать Дарий, когда установил всё так, как надо ему. — Я назвал его привычным для себя названием. Он измеряет токопроводимость жидкости. Простая вода из-под крана обычно не идеально чистая, в ней есть мельчайшие примеси самых разных веществ, в том числе солей. Чем больше солей, тем выше токопроводимость. В зависимости от этого, её токопроводимость может колебаться от пятидесяти до полутора тысяч единиц. В морской воде токопроводимость может достигать пятидесяти тысяч единиц. У этих единиц есть своё название, но я пока не буду усложнять, вам они всё равно ничего не скажут. Так вот…
Он опустил в банку оба конца проводов и стрелка на приборе тут же слегка качнулась, замерев на отметке где-то в двести загадочных единиц.
— Ой!
— Вот, видите, — улыбнулся Дарий. — Работает. А теперь давайте проверим вторую баночку…
И я не знаю, что это было за чудо, но показания действительно отличались!
— Триста, — удовлетворенно прищурился Дарий. — Отлично! Всё именно так, как я и предполагал. Нам бы теперь понять, какого именно минерала стало в воде больше…
Вот тут он с досадой потер лоб и с большим сомнением уточнил:
— Роза, а у вас есть книги по химии? Ну или знакомый химик? Сам я в этой теме разбираюсь очень поверхностно. Как нам вычислить качественное изменение состава воды?
И вот тут я задумалась. Сама я в химии понимала мало, буквально базу, но, читая отчеты других иномирцев, иногда запоминала самые необычные вещи.
— Давайте подумаем, — произнесла деловито и, попросив листок и карандаш, сначала написала в столбец семь позиций, которые мы хотели вычислить. — Натрий. Хм-м… Насыщенная натрием вода соленая. Если её выпарить, останутся кристаллы. Но в этой банке…
Я с сомнением посмотрела на образец и качнула головой.
— Концентрация минимальна. Нужно как минимум шестикратное воздействие, чтобы хоть немного насытить воду минералом. Если ваша теория в принципе верна.
— Согласен. Завтра с утра продолжим. Не против?
— Только за! Мне тоже интересно, — заверила его и посмотрела дальше на бумагу. — Калий…
Вот тут пришлось напрячь мозги, но потом я вспомнила!
— Да, точно! Где-то давно читала, что частицы калия окрашивают пламя в фиолетовый цвет! Но…
Я с сомнением изучила воду.
— Но как это сделать с водой?
— Будем думать, — пообещал Дарий. — Что там дальше по списку?
Я глянула на листок и прочла:
— Хлор.
Потерев лоб, щелкнула пальцами.
— Йод! Если добавить в воду йод и вода станет бледно-желтой, то в воде есть много хлора.
— Отлично! — обрадовался Дарий. — Дальше?
— Кальций, — улыбнулась я и сразу ответила. — Если при кипячении на стенках посуды образуется белый налёт, это значит, что в воде много кальция.
— Поразительно, — Мэйншторм глянул на меня
