В штурмовой группе идут две машины – пикап Линаса и ещё один, с базы Эдгара. На том, который придан группе прикрытия, наращивают борта – исключительно как защиту от нежити, не более. Машина сразу приобретает слегка колхозный вид. Хотя нет, скорее фермерский. Наверное, именно на таких где-нибудь в Оклахомщине рассекает простой американский фермер Джон. Сейчас тоже наверное зомбей гоняет…
Каролис ходит в приподнятом настроении, ведь после ранения первый раз в переделке будет участвовать. У него к этим воякам большой счёт накопился, за один раз и не расплатятся, но ничего – парень он упрямый и дотошный, ещё и проценты посчитает. Главное, чтобы не увлёкся, иначе Аста вообще головой тронется.
Вот теперь можно на вещи собирать. Как там в песне пелось? «Эх, проводи-ка меня, батя, на войну…». Всю серьёзную броню мы отдали штурмовой группе. Айвар когда в неё оделся, то стал похож на тяжёлый танк времён войны. Мне достался легкий броник BR-3, по евростандарту CEN – сиречь 0.357 Magnum должен выдержать. По стандарту России, это второй класс защиты. И на том спасибо – мне в первом ряду не штурмовать, так что в самый раз. Наколенники, перчатки, наручи. Ещё бы шлем, но их мало, опять же штурмовой группе раздали. Из оружия… На первом этапе Ремингтон; на втором, когда присоединюсь к мужикам, что брать? Автомат – он и есть автомат, беру MP-5, там тесно будет, с Сайгой не развернусь. Сашка приносит ещё три магазина к Хеклеру и две пары наручников. Три плюс шесть, уже можно жить. А если эти девять ещё на тридцать умножить? Глок в кобуру, цепляю к нему тренчик, чтобы не потерять в горячке. Пять магазинов, что ещё? Нож? А нафиг он мне нужен? Только место занимает. Я лучше две гранаты возьму, это уж точно пригодится. Аптечка, обезболивающее. Жгут засовываю в левый набедренный карман. Ну вроде и всё. Ночевать будем у Линаса в доме. Во-первых, чтобы лишний раз не светиться перед соседями, даже перед своими, а во-вторых, чем они меньше знают, тем мы дольше проживём. Мы с Линасом уходим завтра на рассвете, первыми, чтобы заранее занять позицию напротив объекта; днём там лучше не светиться, мало ли кто проезжать будет? Ну, что, присядем на дорожку?
Роберт
6 мая, четыре часа утра
На объект нас забрасывают, как и в прошлый раз, издали. Теперь с мужиками увидимся только внутри объекта, уже после начала. Ещё раз коротко пробегаем по плану, обсуждаем последние мелочи, забираем рацию и уходим. В эфир выходим один раз, на несколько секунд, не более. Сашка и Айвар сразу же уезжают, как только получают подтверждение о том, что мы на месте. До штурма шестнадцать часов.
Муторно – наконец я вспомнил это слово. Именно такое ощущение перед началом – под ложечкой сосёт, словно на экзамене, которые за давностью лет забылись, а чувство – нет, осталось. Весь день просидели как привязанные. Пока всё по плану – на объекте тихо, расположились нормально, солнце в спину, так что бликов не будет. Да и не может их быть – мы устроились на приличном расстоянии от окон, растворившись в гулких сумерках ангара. Бросаю взгляд на свои подсчёты и щёлкаю барабанчиками оптики; не будет у меня времени, чтобы брать поправки по прицельной сетке. Ветер почти стих, слышно как постукивает нагретая за день крыша. День был тёплым, даже слишком. «Прекрасный день, чтобы умереть» – мелькает в голове, и я, словно испугавшись, топлю её в хороводе других. Объект словно вымер, только мертвяки непонятным хороводом шатаются неподалёку. И здание на закате красное, словно оно уже чувствует, что сейчас начнётся. Ладони в перчатках мокрые, по спине бегут капли пота – нервишки, боярин, нервишки…
Так, в эфире первое сообщение – мифический Костя едет домой. Значит, брандеры на исходной. А вот и «семья» ему в ответ «обрадовалась», значит, и Сашка на месте. Чёрт, как колбасит, даже поджилки трясутся. Надо успокоиться, иначе прицел сорву.
Дверь! Открывается, зар-р-аза.
– Время!
– Время! – вторит мне Линас и бросает взгляд на часы.
Никогда бы не подумал, что десять минут – это так долго! Сейчас это вечность, в которую между секундами поместится чья-то жизнь. Вся поместится, без остатка…
– Пять минут, – севшим голосом говорит Линас. Тоже волнуется, не один я здесь с ума схожу. Слишком много сейчас поставлено на карту…
– Десять. Время! – он отправляет в эфир фразу, и, дернув подбородком, прикладывается к пулемёту. Выпустили смерть, теперь уже не остановишь.
– Машины пошли, группы на подходе, готов?
– Цель! – уже держу на прицеле своего, вот этого светловолосого человека, который сейчас смеётся, прикуривая свою последнюю сигарету. Как и каждый из нас, он не знает время своей смерти. Но тут другое – его время знаю я. Оно здесь, у меня на кончике пальца. Мир вокруг меня замирает, словно в ожидании ещё одной жертвы. И ведь он почувствовал, точно почувствовал – как-то растерянно оглядывается вокруг.
Выстрел! Человек, как в замедленном кино, падает, когда рядом со мной оживает пулемёт, короткой очередью, возвращая привычный темп времени – минус два!
Перезарядка, цель, выстрел! Ещё один. Человек попытался рвануть к двери, но пуля толкает его в спину, и он падает на пороге. Минус! Ещё три очереди; короткая, короткая, длинная… В этот момент в забор врезается джип штурмовой группы – пошла р-р-работа! Из второй в толпу зомби летят бутылки, которые превращают небольшой пяточок перед зданием в погребальный костер.
Выстрел – достреливаю раненого, который пытается встать. Нет, это не раненый, это уже зомби. Чёрт с ним, штурмовая группа добьёт.
– Окно! – Линас выцеливает окно на втором этаже, где поднимаются жалюзи. Короткая очередь. – Окно!
А это уже моё, в сумерках узкого проёма вижу тень – выстрел. Перезарядка, цель, выстрел!
Штурмовая группа уже рядом с дверью, я вижу, как один из них швыряет внутрь гранату. Другой, с задержкой в несколько секунд, повторяет движение – хлопок, есть контакт! Двое работают у дверей, накрест перекрывая очередями помещение, ещё двое, прислонившись спинами к стене, стреляют по нежити. Да, там есть чем заняться, три человека в кузове пикапа, один на капоте – крутятся, как черти в преисподней, пытаясь отбить напирающую волну нежити. Один из них вдруг дергается и падает в толпу зомби. Чёрт, неужели мы зацепили?
– Окно! – кричит Линас и, не дожидаясь меня, всаживает короткую очередь прямо в жалюзи. Ещё одна серия – и жалюзи замирает, открыв окно на ширину ладони. Кто-то умер, не успев включиться в игру.
Один человек из первой группы пытается рвануть внутрь, но будто наталкивается на стену и заваливается навзничь. Минус один у нас. Внутрь здания летят сразу три гранаты и за ними, едва дождавшись взрывов, один за другим ныряют наши мужики. Пошли!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
