Оба одновременно раскрыли рты в явном намерении засыпать друг дружку вопросами, но я этот ужас пресекла.
— Давайте присядем? — предложила решительно.
Мужчины нахмурились и дружно кивнули.
— Я не распространялся насчёт алмазов, — отхлебнув давно остывший кофе, буркнул герцог Кернский. — Лично отнёс ларец в сокровищницу, а в том, что доступ к хранилищу имеется только у меня, сомнений нет.
— Значит, вы о содержимом ларца сказали, — предположил Натар.
Хозяин замка недовольно поджал губы и нахмурился, пытаясь вспомнить, и…
— Да, — после непродолжительной паузы, признал он. — Я упомянул алмазы в разговоре с Верноном. Как раз по прибытии, когда собирался отнести ларец в сокровищницу.
— И кто был рядом? — подтолкнул страж.
— Хирим, — недовольно признался Дантос. И пояснил, будто кто-то не в курсе: — Дворецкий.
Натар хмыкнул, а мне вспомнились седые волосы, по-стариковски мутный взгляд и предельно неторопливая походка. Хирим был не просто старым, а прямо-таки древним. А ещё он частенько переспрашивал, но про алмазы, глядишь ты, сразу расслышал.
Вслед за этим пришло другое, не слишком приятное воспоминание: леди Сиция и Катарина. Ведь мымрам от аристократии про розовые алмазы известно, и не значит ли это…
Так. Стоп. Тот факт, что гостьи знают, с дворецким не связан. В смысле это не делает Хирима осведомителем Итереков. Тут, как ни крути, всё банальнее. Готова спорить на деньги: дворецкий услышал, по большому секрету поделился с ближним, а дальше процесс было не удержать. Вон, даже до замкового гарнизона докатилось.
— Да, в казарму эта весть пришла через прислугу, — помедлив, сказал Натар. — Но как очень большая тайна.
— Представляю, — поморщился Дантос.
Натара тоже слегка перекосило. Потом друг детства бросил быстрый взгляд на меня и опять к светлости вернулся.
— Так как вам удалось? — понизив голос, полюбопытствовал он. — И… почему вы до сих пор живы?
Разговор ожидаемо затянулся. Не слишком вдаваясь в подробности, Дантос поведал о вынужденной поездке в Рестрич и встрече со старейшинами. Про испытание, которое Нил с Дурутом выдумали. И про рандеву с древним червём.
По мере этого рассказа глаза Натара становились всё больше. Когда же герцог Кернский добрался до подземной пещеры, мне пришлось встать и сходить за стаканом воды, ибо стражнику заметно поплохело.
Зато герцог Кернский, глядя на реакцию собеседника, наоборот, повеселел. И я невольно закатила глаза, мысленно обзывая Дантоса несносным мальчишкой.
Фраза о договоре между народом метаморфов и императорской семьёй была брошена вроде как вскользь и, подобно рассказу о черве, стала причиной глубокого шока. Натар не знал, что говорить и как реагировать. Просто сидел, сжимал в руке опустевший стакан и часто хлопал глазами.
Потом всё-таки отмер. Вновь окинул хозяина замка пристальным взглядом и, повернувшись, уставился на меня.
— Ты всегда была неугомонной, Астрид. Но чтоб настолько…
Натар не хвалил, но я подумала и приняла эти слова как комплимент. А блондинчик прищурился, словно запоминая, и улыбнулся до того хитро, что кое-кто не выдержал.
— Что? — фыркнула я, чтобы тут же услышать:
— Ничего, малышка. Но помнится, кто-то утверждал, будто этот неугомонный характер достался ему от дракона. Мол, изначально, сама по себе, ты была выдержанней и серьёзней. И в какой-то момент я в эти сказки поверил, представляешь?
Миг, и… я задохнулась возмущением, а отмерший стражник басисто захохотал.
Глава 8
Сидим. Уже не втроём, а вчетвером — в компании прорвавшегося к нам Вернона. Натар по-прежнему офигевает, светлость с магом мотают на ус, а я чуть-чуть мучаю друга на предмет его жизни в последние девять лет.
Ничего принципиально нового не узнаю, но и в дебри души, в общем-то, не лезу. Так, спрашиваю по верхам, чтобы утолить первичное любопытство, и всё.
В какой-то момент, когда третья чашка кофе в моей руке пустеет, а Натар роняет фразу о конспирации, вспоминаю Гертона. И тут же задаю вопрос, который возник давным-давно и не сильно, но всё-таки волновал.
— Пару месяцев назад в эти края наведывался внук старейшины Нила. Ты его случайно не видел?
Натар замирает, нервно сглатывает, а потом переспрашивает:
— Гертон? Здесь?
Я киваю и скашиваю глаза на блондинисто-брюнетистую парочку, которая настораживается и дружно подаётся вперёд.
— Кстати-кстати… — тянет Дантос, который про этот визит и раньше, посредством своей шпионской телепатической связи слышал.
Всё. Теперь все трое, не стесняясь, таращатся на меня, но я не тушуюсь. Отставив опустевшую чашку, поясняю:
— Гертон приезжал, чтобы собрать «образы» прислуги и приближённых их светлости. А по возвращении из Керна наткнулся на меня.
Существование метаморфов — страшная тайна, но секретность не мешает мужчинам, а уж Натару тем более, сделать выводы касательно намерений этого визита.
— Но теперь, получив приказ Роналкора, вредить метаморфы не станут, — после долгой паузы резюмирует Дан. И тут же добавляет: — Но тот факт, что они интересовались, мне не нравится.
Факт не нравится никому, и отдельно вызывает приступ скрытой паники у Натара.
— Увы, но Гертона я не засёк, — озвучивает очевидное страж. — Но раз метаморфы заинтересовались Керном…
Сержант замкового гарнизона замолкает, но вывод, к которому он приходит, слишком очевиден.
— Бежать глупо, — говорит Дантос.
А Вернон добавляет:
— Побег не гарантирует твоей безопасности. Кто знает, где пересечётесь снова?
Натар вздыхает и, помедлив, начинает рассуждать вслух. Обращается при этом к герцогу.
— Вы под защитой договора, к тому же вы утёрли старейшинам нос, что само по себе немыслимо. Плюс с вами одарённая, чьи поступки тоже за гранью. Как бы там ни было, даже с учётом чутья, которое позволяет Астрид засечь парней вроде Гертона, за вами будут присматривать. Вам такое внимание вряд ли чем-то грозит, зато я…
Сородич берёт паузу и явно намеревается продолжить. Хочет напомнить о своём побеге и наказании, которое в случае поимки светит. Но я слушать банальности не желаю. А ещё мне страсть как не хочется опять этого парня потерять.
— Рядом с нами безопаснее, — говорю с нажимом.
И прежде чем Натар успевает возразить, поворачиваюсь и бросаю умоляющий взгляд на Дантоса.
Пупсик, ну сделай хоть что-нибудь! Пожалуйста!
Герцог Кернский шумно втягивает воздух, откидывается на спинку кресла и говорит предельно ровно:
— Даже если тебя здесь засекут, бояться нечего. Во-первых, это моя земля и у меня достаточно возможностей, чтобы тебя защитить, а во-вторых… — На губах светлости вспыхивает предельно коварная улыбка, в глазах проскальзывает огонёк, сильно похожий на магический. — Во-вторых, старейшины не захотят с нами связываться. Они, скорее, притворятся, будто сами, лично, отпустили тебя в Керн, чем что-то предъявят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
