– Будьте спокойны, милорд! Никто с вас не спросит ни одного гроша, если даже вам удастся уложить целую сотню бизонов.
– В таком случае я готов следовать за вами.
Пять минут спустя маленький отряд, состоявший из Сэнди Гука, Бэда Тернера, двух трапперов, Джона, индейского агента, и чудака-англичанина, распрощавшись с сержантом и его волонтерами, тронулся в путь, направляясь к горным дебрям Ларами, а вслед за тем полуэскадрон пошел в обратном направлении, спускаясь в прерию, чтобы соединиться с отрядом генерала Честера.
Час проходил за часом, местность становилась все более дикой и угрюмой, а шестеро всадников продолжали свой путь, не изменяя принятого при отправлении порядка: Сэнди Гук и Бэд Тернер шли впереди, Джон и трапперы образовывали центр, а лорд Вильмор – арьергард. Раз решив, что Джон и трапперы – мошенники, чудак не удостаивал их ни единым словом и только поглядывал на них высокомерно, но на это никто не был в претензии. После полудня всадники вступили в область, где было гораздо холоднее, чем в прерии. Вершины горного хребта окутались туманом, подул свежий ветер, и как только зашло солнце, сейчас же воцарилась глубокая тьма, так что продолжать путь оказалось невозможным. Поэтому решено было расположиться на ночлег. Лошадей расседлали и пустили на коротких привязях пастись на небольшой лужайке. Люди расположились для ночного отдыха.
– Скверная ночь будет! – сказал Сэнди Гук, оглядываясь по сторонам. – Если только краснокожие с какой-нибудь вершины видели нас, как бы они не устроили ночного нападения. Знаю, вам всем очень хочется покурить. Но лучше отказаться от этого удовольствия и пожертвовать трубкою, чем пожертвовать собственными шкурами.
Разумеется, возражений не последовало, и скоро в маленьком лагере все замолкло, потому что большинство отряда предалось сну.
Нельзя сказать, чтобы сон этот был спокоен и крепок, потому что каждый сознавал возможность подвергнуться внезапному нападению индейцев. Менее других усталый или более выносливый Джон почти не спал, хотя лежал с закрытыми глазами. Кругом шумели деревья и раздавался напоминающий плеск волн шорох высоких трав, колеблемых порывами ветра. Время от времени издалека доносился вой шакала или крик какой-то ночной птицы. Тогда Джон приподымался, прислушивался, но, убедившись, что спящим не грозит никакая опасность, укладывался снова рядом с Бэдом Тернером, подумывая о том, что скоро ему можно будет передать дежурство. Так прошло два или три часа. Вдруг Джон сбросил с себя покрывало и схватился за карабин. Как ни беззвучно двигался он, но Бэд Тернер оказался разбуженным и сам схватился за ружье, спросив товарища шепотом:
– Что случилось, Джон? Индейцы, что ли? Надо будить ребят?
– Я слышал какой-то подозрительный шум и потому пойду на разведку. Вы же держитесь настороже! – ответил Джон и с этими словами, скользя как тень, удалился от лагеря. Бэд Тернер с карабином в руках остался сторожить покой товарищей.
Прошло, должно быть, около десяти минут. Гудел ветер в вершинах деревьев, тревожно шептала о чем-то трава, но напрасно Бэд Тернер всматривался во мглу, напрягая зрение: ничего не было видно. И вдруг послышался яростный рев какого-то зверя, потом сухой треск револьверного выстрела, покрытый новым ревом, а через несколько секунд – ружейный выстрел, эхо которого замерло в горах.
В ту же секунду Сэнди Гук, оба траппера и даже лорд Вильмор присоединились к Бэду Тернеру, осыпая его вопросами, что случилось. Через минуту словно из-под земли вырос Джон.
– Угораздила нелегкая! – сказал он взволнованно. – Довольно большой черный медведь бродил около нашего ночлега. Проклятый зверь облапал меня, и я едва не поплатился жизнью. Хорошо еще, что мне удалось вывернуться и ухлопать его.
– Но вовсе не хорошо, – отозвался Сэнди Гук тревожно, – что вам не удалось обойтись без выстрелов. Держу пари, эти выстрелы поднимут на ноги краснокожих, и не пройдет часа, как они будут тут. Если мы не хотим поплатиться собственными головами, то надо немедленно удирать отсюда.
– Не ошибаетесь ли вы, Сэнди? – осведомился Бэд Тернер. – Вот-вот разразится гроза. Буря уж очень близка. Не лучше ли будет остаться здесь, на полянке?
– Ни в коем случае, говорю я вам! Надо удирать!
В мгновение ока лошади были оседланы и навьючены, и маленький отряд тронулся в путь. Тем временем черное небо стали бороздить молнии. Загрохотал гром, предвещая близость урагана.
Отряд быстро двигался вперед. Снова блеснула молния, озаряя бледным призрачным светом окрестности, и шедший впереди отряда Сэнди Гук воскликнул:
– Стойте! Мы на краю пропасти!
В то же мгновение из арьергарда отозвался голос Джона:
– Ружья на изготовку! Нас выследили!
Глава IX
Охота за бледнолицыми
Отчаянно смелое предприятие Сэнди Гука и его товарищей грозило окончиться трагически: беглецы находились на краю пропасти, на дне которой ревел горный поток, сзади по их следам гнался неумолимый и беспощадный враг, а к тому же над их головами с минуты на минуту должна была разразиться гроза. Тьма была так глубока, что беглецы не видели ничего в двух шагах от себя, и это делало почти бесполезною каждую попытку ускорить бегство, потому что при таких условиях всадники рисковали на каждом шагу сломать себе шею. Но что же оставалось делать?
Выждав, когда снова блеснула молния, Сэнди Гук направил своего коня в сторону.
– Идите за мною! – прошептал он. – Здесь есть расселина, по которой мы можем спуститься на дно каньона. Дело опасное, но возможное. Положитесь на своих лошадей, их инстинкт не обманет.
В то время, как маленький отряд приготовился к опасному спуску, лорд Вильмор остановил Сэнди Гука курьезным вопросом:
– Разве там, внизу, мы найдем бизонов?
– Десять тысяч голов! – не смущаясь, ответил экс-бандит.
– Вам, милорд, останется только хватать их за рога! – поддержал товарища Гарри.
Англичанин успокоился и молча последовал за охотниками.
Как и предвидел Сэнди Гук, спуск оказался мучительно трудным. Сплошь и рядом попадались зияющие расселины, тропинка иногда становилась настолько узкой, что только каким-то чудом лошади ухитрялись проходить по ней. К тому же ураган несся по каньону и жестокие порывы ветра то и дело грозили сорвать и увлечь в пропасть всадников вместе с их конями.
Прошло, должно быть, минут двенадцать или пятнадцать, как вдруг, после яркой вспышки молнии, на несколько мгновений залившей призрачным голубым светом окрестности, наверху послышался странный гул, который возрастал с каждой секундой. Еще миг, и какая-то глыба, тяжко прыгая и круша на своем пути стволы деревьев, увлекая за собою целую лавину обломков, пронеслась мимо беглецов и с грохотом рухнула на дно потока.
