Когда я проходил мимо одной из кучек золотых предметов культа, мне бросилась в глаза знакомая форма одного из украшений. Но это было не украшение. Когда я достал его из кучи, то это оказалось похожим на Ваджру, при ближайшем рассмотрении коим она и оказалась. Ого, это был знаменитый артефакт древности и оружие богов. В горном Тибете его знают как Дордже. В переводе с санскрита эта штука зовется «ударом молнии», а так же «алмаз». Если обратиться к мифам, то там Ваджра — это мощнейшее оружие самого бога Индры, которое способно поражать противников абсолютно точно и, практически, на любом расстоянии.
Я вернулся в пустую гримёрку и затем перешёл в нашу, где меня ждал дядя Изя. При виде полукилограммового золотого бруска он очень удивился, но ничего не сказал. Здесь было с лихвой ему за его золото и его работу, но я не стал мелочиться. Он приехал тогда, когда я сказал, и сделал быстро то, что я просил. По тому, как я легко расстался с таким куском золота он понял, что золото для меня не проблема. Да и бриллианты, видимо, тоже.
Ди и Наташа суетились вокруг Солнышка и Маши, а я сидел и думал о том, что я сегодня обещал передать отцу данные о работе американской разведки против нас на территории Финляндии. Значит, надо лезть в центральный компьютер ЦРУ и искать всю информацию там. Можно, конечно, дёрнуть финского президента Кекконена, но это будет очень нагло с моей стороны. Он, вроде как, дружественно к нам относится, но, в то же время, сотрудничает с американской разведкой в области слежки за нашими ядерными испытаниями.
Ладно, поздно вечером, после концерта, сяду и всё напечатаю. А сейчас пора на сцену. Я решил ещё раз первыми выпустить «Серебро», чтобы открыли и вторе отделение концерта. Пусть публика их как следует запомнит. Я договорился с Ольгой Николаевной о продаже нашей совместной рекламной продукции в фойе дворца. Вольфсон, как раз, этим сейчас и занимается. Надеюсь, что перед концертом и в антракте наши календари и календари группы «Серебро» хорошо раскупались.
Ну вот они, наши первые ласточки. Когда мы вышли на сцену, к нам стали подбегать зрители и просили поставить наши автографы на календарях и пакетах. Так как и солистки «Серебра» стояли на сцене, то к ним тоже подбегали с такой же просьбой. В общем, наша продукция имела успех. У нас и так её очень хорошо покупали, но даже иностранцам она пришлась по душе.
Второе отделение концерта мы опять открыли вместе с «Серебром». Зрители были довольны. Мы исполнили ещё раз «Рай и ад», а потом выступали только мы, группа «Демо» с двумя солистками. Мне, в этот раз, поддерживать подруг даже не пришлось. Они хорошо отдохнули перед концертом, поэтому второе отделение отработали на одном дыхании. Публика осталась в полном восторге. Мы все в конце долго кланялись, а потом ушли в наши комнаты.
Наташе с Ди наш концерт очень понравился. Вот ведь меломанки какие стали. И тут пришёл Вольфсон и мы пошли в соседнюю комнату «подбить бабки». Ольга Николаевна передала ему наши девяносто тысяч долларов за концерт, а потом Александр Самуилович порадовал:
— Очень хорошо расходились календари, — сказал довольный Вольфсон. — Выручка почти семь тысяч рублей. Я её завтра сдам в бухгалтерию, Зинаиде Павловне. Я бы сдал в понедельник, но мы утром улетаем в Тайланд. Значит, надо будет их в воскресенье ей отдать.
— Ну и ничего страшного. Подъедет в воскресенье.
Когда мы вернулись к себе, нас ждала Галина Брежнева. Она весело болтала с Солнышком и внимательно рассматривала крупные бриллианты, висящие на шее у моих четырёх подруг.
— Андрей, я к тебе, — сказала она мне, намекая, что надо поговорить и, причём, наедине.
Пришлось вернуться туда, откуда я только что пришёл. В пустую гримёрку.
— Я по поводу бриллиантов у твоих солисток, — сказала она, как только я закрыл дверь. — Я думала их два камня, а оказывается их четыре. Мне нужен один такой.
— Ты вообще знаешь, что каждый стоит четыре миллиона фунтов? — спросил я.
— Догадываюсь. Но я могу завтра принести только два. И два остальных через месяц.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Хорошо. Неси завтра первую половину и я отдам тебе камень. Но через месяц я должен получить вторую сумму.
— Я не подведу. У меня есть к тебе предложение. Не хотите завтра выступить на свадьбе у моей подруги?
— Галина, мы на свадьбах больше не выступаем. А вот «Серебро» с нашим репертуаром я тебе подогнать могу, если десять тысяч за вечер мне заплатишь.
— Круто берёшь, но я согласна. «Серебро» сейчас тоже очень популярны. Не как вы, но этих денег они стоят. Свадьба состоится в шесть вечера в «Праге». Там пусть спросят Шалву, он этим делом командует.
— Деньги вперёд.
— Ну ты и делец стал, однако. У меня есть с собой десятка, держи.
— С тобой приятно работать.
— Тогда до завтра.
— До завтра, Галина. Маме большой привет передавай. Извинись за нас со Светланой, что давно не были. У нас сплошные концерты и гастроли.
Ну вот. Теперь можно девчонок из «Серебра» по полной радовать. Я сначала зашёл к своим и предупредил, что пошёл платить гонорар нашим новым солисткам. Мои жёны кивнули мне головами и продолжили о чём-то болтать. Вот о чём можно трепаться целыми днями? Нам, мужчинам, этого не понять. Потом я заглянул к Серёге и вызвал Жанну, вместе с которой мы зашли к Ольге с Ириной. Димка охрану ещё не снял, поэтому наши фанаты так и продолжали стоять у всех трёх дверей.
Ого, а цветов сегодня много набралось. Надо будет по паре букетов моим жёнам взять. Солнышко с Машей уже привыкли к цветам, а Наташа с Ди — нет.
— Так, девчонки, — начал я приятную часть сообщения, — я с вами хочу рассчитаться. Вот ваши чеки. Их здесь десять тысяч. Это за концерт и за песню. Делите сами, как хотите.
Меня сразу зацеловали, причём сразу все три девушки. Ирина и Ольга хотели меня поцеловать в губу, так как мы были уже очень близко знакомы. Но в присутствии Жанны я им это сделать не дал. Ещё разговоры разные пойдут. А чеки я захватил из дома заранее, зная о просьбе девчонок. Ну боятся они связываться с валютой и правильно делают.
— Далее, — продолжил я. — Теперь вы одеваете и обуваете себя сами. Я вам только нахожу, где, когда выступать с концертами и за какую сумму. Завтра готовы выступить в ресторане «Прага» на свадьбе и заработать ещё денег?
— Готовы, — радостно заверещали те. — Нам понравилось выступать и большие деньги зарабатывать.
— Тогда завтра в десять утра у вас репетиция. Вы поёте свои три песни и берёте из нашего репертуара любые, кроме Ламбады. Я её только в понедельник зарегистрирую. Играете с ребятами из группы «Ритм». Я подъеду часам к одиннадцати в Центр и проверю, как у вас дела. Мне уже передали восемь тысяч рублей за ваше выступление. Это я для вас заранее выбил.
— Спасибо, — раздались три весёлых и довольных голоса.
— Вам по две тысячи каждой и музыкантам на троих две тысячи. Ребятам я гонорар завтра на репетиции сам выдам. О своих заработках никому не говорить. Жанна, Серёге тоже.
— Понятно, — ответила та.
— Теперь я возьму восемь букетов, остальные цветы ваши.
— Ух ты, — обрадовались они. — Нам так много досталось. А на чём мы завтра в «Прагу» поедем?
— Хотите на «рафике» или автобус наш фирменный можете взять.
— Лучше автобус, — сказала Ирина. — Он круче смотрится.
— Тогда поехали. Мы едем до Черёмушек. Если кому в другую сторону, пусть ловит такси.
В нашей гримерке все уже переоделись и с благодарностью приняли от меня букеты. До дома мы доехали быстро и у подъезда со всеми попрощались. Димке пришлось дать тысячу рублей на наш клуб фанатов. Растут аппетиты, однако.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Наташа, поставь цветы в вазы, — попросил я четвёртую жену. — Ночуем где, здесь или в Ницце?
— На вилле, — образованно зашумели девчонки. — Там и поедим.
Да, а поесть не мешало бы. Что-то я с этими делами совсем забыл о еде. Я взял два букета, чтобы поставить в нашей спальне на вилле и мы перенеслись в Ниццу. Здесь был ещё вечер, поэтому мы спокойно спустились в ресторан и заказали кажды то, что хочет.
