Почти сразу же после этого случая ученик покинул доктора и решил сам стать ветеринаром. Вскоре до главного ветеринара дошел слух, что его ученик ездит везде под видом искуссного ветеринара, но на деле создает хаос, где бы он ни появлялся. Рассказывали, что всякий раз, когда он брался за лечение, это кончалось смертью животного. В конце концов, главный ветеринар столкнулся с недостойным учеником и потребовал у него ответа: «Ты что о себе возомнил? Я слышал, что ты подражаешь моим методам и в результате убиваешь животных, куда бы ты ни отправился».
«Но я делаю лишь то, что ты делаешь, как я сам видел», - пытался оправдаться ученик. Затем он объяснил, что делает так, как учитель во время их посещения той фермы. Всех больных животных он просто бил молотком по шее, но, к сожалению, не добивался хороших результатов.
«Глупец! - прокричал ветеринар. - То, что ты видел, был особый случай. Лошадь проглотила арбуз, и я должен был разбить его, ударяя снаружи. Это не значит, что теперь так нужно делать в каждом случае».
Так Прабхупада наглядно показал, что последователи философии маявады, как и недостойный ученик ветеринара, заслуживают лишь насмешек и хорошей взбучки.
(Сатсварупа дас Госвами)
3-26 Прабхупада рассказывает короткие истории
Один из учеников спросил Шрилу Прабхупаду, почему некоторые ученики, которые были когда-то в кругу его приближенных учеников и имели его благосклонность, падали и оставляли практику сознания Кришны. Прабхупада ответил, что физическая близость или близкое знакомство не значимы. Он привел пример царя, который сидит на троне, а на колене царя может сидеть комар, но это не значит, что комар имеет благосклонность царя. Комар, скорее, причиняет царю беспокойство. Вследствие нашей прошлой обусловленности мы можем считать физическую близость настоящими близкими доверительными отношениями. Но служение духовному учителю не ограничивается кругом тех, кто близок к нему физически. На деле, они могут даже доставлять ему беспокойство, а не помогать.
Прабхупада говорил, что население Индии на девяносто процентов сознающее Кришны, им просто нужен правильный лидер. Для иллюстрации он привел сравнение: как мертвый, так и живой слон стоят больших денег. Благодаря наличию бивней, шкуры и т.д. слон представляет большую ценность, даже когда мертв. Подобно этому, ведическая цивилизация Индии так несравненно чудесна, что, даже будучи практически мертвой, представляет великую ценность.
Прабхупада объяснил, как англичане задумали расколоть единую Индию на Индию и Пакистан. Их тактика была похожа на тактику кота, дававшего советы двум обезъянам, дравшимся из-за куска пирога. Кот сказал им: «Давайте я разрежу его пополам. И мы взвесим обе части на весах». Затем, разрезав пирог, кот сказал: «О, эта половина слишком тяжелая. Чтобы уравнять оба куска я должен теперь откусить от большой половины», - что он не замедлил сделать. Снова положив половинки на весы, кот заметил: «Ох, теперь другой кусок тяжелее. Я откушу от него». Так кот быстро съел весь пирог. Подобным образом бывшая Индия, «справедливо» разделенная Великобританией, прекратила свое существование.
Один профессор сказал Шриле Прабхупаде, что считает себя скорее гьяни, нежели бхактой, хотя бхакти привлекает его. Прабхупада ответил, что философ-имперсоналист, на самом деле, не гьяни, а ученый. Только осознав Кришну, как это описано в двадцать девятом стихе седьмой главы «Бхагавад-гиты», он становится гьяни. Истинный смысл знания не в разборе грамматики и не в умении изощренно выражаться, а в том, чтобы действительно познать истину. Для примера Прабхупада рассказал, как однажды в Индии в кабинет к одному человеку забралась обезьяна и, разбросав по всей комнате деловые бумаги, убежала. Когда шеф-англичанин спросил служащего, что случилось, тот, плохо говоря по английски, не мог толком объяснить, что это обезъяна привела все в беспорядок. Тогда он начал иммитировать обезьяну, прягая по комнате, издавая обезьяньи звуки и раскидывая бумаги. Благодаря этому начальник быстро понял, что произошло. Так и мы, сказал Прабхупада, должны тем или иным образом рассказывать людям о сознании Кришны, и важное послание будет понято.
(История о царе и комаре и история о мертвом слоне из интервью Гирираджа Свами; история о коте, разделившем пирог, из интервью Пушкары даса; история о гьяне и бхакти из дневника Хари Шаури даса]
3-27 Личное: как он повторял
Так же как и проповедь, повторение Прабхупады никогда не прекращалось. Во время разговора в его комнате с профессором из Торонто, Прабхупада тихо повторял Харе Кришна мантру, когда в их философском разговоре наступали паузы.
Однажды Прабхупада предложил преданным повторять Харе Кришна, когда вместе с ними вкушал праздничный прасад; один из преданных удивился: «Но, Свамиджи, как мы будем повторять с полным ртом?»
«А вы повторяйте перед тем, как откусить».
Мы можем слушать записи джапы Шрилы Прабхупады на кассетах. Он повторяет быстро и говорит, что шестнадцать кругов можно прочитать за время от полутора до двух часов. Читая лекцию во время церемонии инициации, он сказал, что повторение одного круга мантры должно занимать пять-шесть минут, но согласился с тем, что в начале это может не получаться.
Когда преданный признался, что ему трудно повторять мантру и оставаться бодрым, Прабхупада посоветовал, читая джапу, ходить по комнате туда-сюда, как это делает в послеобеденное время сам Прабхупада.
Рано утром, закончив надиктовку перевода «Шримад-Бхагаватам», примерно в 4 или 5 утра, Шрила Прабхупада сидел и повторял джапу. Он повторял не громко, но из соседней комнаты иногда можно было слышать его, особенно слова «Рама, Рама». Затем во второй половине дня он иногда говорил, что ему нужно повторить дополнительные круги и начинал передвигать бусины на счетчике. Мы воспринимали эти слова Прабхупады, как произносящиеся для нашего блага, и он показывал нам вдохновляющий пример в повторении.
Часто он спонтанно произносил «Харе Кришна» или фразу харер нама харер нама харер намаива кевалам с глубоким чувством и выразительностью.
Когда в ходе лекции Прабхупада произносил Харе Кришна мантру, все присутствующие преданные повторяли ее слово в слово в унисон с ним. Он не просил их делать это, такой была их спонтанная реакция. Преданные не могли удержаться и повторяли вместе с ним, чтобы не упустить этот шанс. Во время полетов он часто подолгу повторял мантру, беззвучно или чуть слышно, сосредоточенно перебирая четки, иногда потряхивая ими в мешочке. Иной раз во время утренних прогулок вместо беседы он повторял мантру, и все с радостной готовностью присоединялись к его воспеванию.
То, что Прабхупада говорил о воспевании, тоже было своего рода воспеванием. Рекомендуя повторение Харе Кришна, он иногда так переполнялся эмоциями, что голос его становился гораздо более объемным: «Мы просто просим каждого, пожалуйста, повторяйте Харе Кришна!». В такие моменты, когда Шрила Прабхупада вкладывал всю свою энергию в просьбу, чтобы каждый повторял, мы могли понять, что Харе Кришна мантра - это суть (суммум бонум) жизни. Поэтому часто во время лекций он громко произносил: «Пожалуйста, повторяйте Харе Кришна!» И все же часто после этого он говорил, что люди настолько неудачливы, что не могут делать даже такую простую вещь. (Он вспоминал каррикатуру, на которой мужчина просил свою жену: «Повторяй, повторяй, повторяй», - а она отвечала: «Не могу, не могу, не могу».
Четки Шрилы Прабхупады были из коричневой туласи. Он попросил, чтобы его шафрановый мешочек регулярно стирали и взамен давали чистый. Он дал своим слугам благословенное служение снимать счетчик с мешочка и прикреплять его к чистому мешочку. Вне всякого сомнения он был Мастером повторения Харе Кришна, и последователи Прабхупады всегда стремились подключиться к его чистому и полному духовной силы воспеванию, а также к распространению этого процесса среди людей.
(Сатсварупа дас Госвами)
3-28 Служение в разлуке
Я не думаю, что разлука со Шрилой Прабхупадой возможна когда-либо вообще, при условии, что мы сами хотим оставаться в его обществе. Он готов и ждет. Когда бы мы ни обратились к нему, он рядом с нами, готовый направлять нас и помогать всяческим образом. В первую очередь, давая нам наставления, касающиеся служения, и наказывая нас, если мы ослушаемся. Но нам ни в коем случае не следует уходить от него.
Он всегда оставляет нам возможность покинуть его, если мы того желаем или если наказание слишком суровое. Но оставить его - это великая потеря, полный крах. Лучше принять наказание и постараться исправиться, как бы это ни казалось трудным, и снова добиться его расположения, а не пытаться убежать и спрятаться, избегая, или что еще хуже, пытаясь забыть его.
