они обязаны отправиться для выяснения обстановки наверх. Это немного напрягало, но не сильнее, чем сама авария.
Реакторный отсек, как и ожидалось, оказался также обесточенным и заблокированным, тем более что и попасть в эти помещения всегда было очень непросто. Он изначально был спроектирован таким образом, чтобы усложнить доступ к нему во время нападения, но у нас имелась подробная схема корабля, и поэтому пробраться туда в принципе было возможно. Тем более, если не активирован контур защиты, когда все шлюзы, ведущие в критически важные отсеки космического корабля, дополнительно блокировались глухими бронеплитами, препятствующими проникновению вражеского десанта.
По пути Стакс автоматически проверял все доступные помещения по ходу нашего следования, и вот, примерно в двадцати метрах от необходимого нам места он резко остановился после того, как заглянул в одно из них, и сразу же подал мне знак опасности.
— Что там? — шепотом спросил я у него.
— Мой ответ тебе не понравится.
— Шир, хватит уже говорить загадками, — я опять приблизился к нему, контролируя подходы с тыла и намереваясь собственными глазами посмотреть, что так насторожило сибурианца.
— Судя по всему, там труп нашего техника.
— Асая?
— Нет, Окуса, осматривать его мы не будем, тот, кто это сделал, мог заминировать его или оставить другой неприятный сюрприз.
— Да кто вообще тут мог это сделать? — прошептал я.
— А вот это нам и следует выяснить, двигаемся дальше, теперь это уже не авария, это гарантированная диверсия, вполне возможно, что и другие члены экипажа выведены из строя.
— Интересно, каким образом можно устранить сразу столько человек?
— Имея необходимую подготовку, это не так уж и сложно, — заявил Стакс, — пойдём.
Мы двинулись дальше по коридору в направлении реакторного отсека, удвоив бдительность и настороженно проверяя любое место, где можно было бы спрятаться или устроить засаду. Оказавшись возле двери, Стакс вытащил из чехла на поясе небольшой прибор и подсоединил его к сервисным выходам на сенсорном пульте управления. Устройство было небольшим, чуть больше спичечного коробка, и раньше подобного я не видел.
— Что это? — поинтересовался я, кивнув на прибор.
— Открывашка, — лаконично ответил он, не вдаваясь в подробности.
Около минуты Лакин, видимо, пытался что-то сделать, но в конечном итоге у него, скорее всего, ничего не получилось, потому что он отсоединил шлейф, который тут же втянулся в прибор, и убрал его обратно в чехол на поясе.
— Ничего не выйдет, отсек заблокирован по протоколу «контрабордаж». Даже если мы откроем эту дверь, то бронеплиту нам не вскрыть.
— У нас есть схема внутренних помещений со всеми усовершенствованиями, можно попытаться пройти через переборки, — предложил я, одновременно с этим давая задачу посреднику на построение альтернативного пути проникновения в заблокированные помещения.
— Джон, ты хорошо изучал систему безопасности? Ты уверен, что её не перевели в параноидальный режим?
— Не уверен, — пришлось признать резонность слов сибурианца, в таком режиме система могла и подорвать реакторы, — но что-то же делать нужно!
— Тот, кто это задумал, сделал это не просто так. Почему именно сейчас и именно в этом месте?
— Я не знаю, — честно признался я, — но мне всё это тоже очень не нравится.
— Зато я знаю, — заявил Лакин, — по всей вероятности, наш корабль должны именно здесь захватить.
— Почему тогда искин не поднял тревогу, он же видит практически всё, что происходит на корабле?
— Вот это вопрос по существу, скорее всего, искин каким-то образом был выведен из строя. В данной ситуации я предлагаю двигаться в сторону лётной палубы и искать там наших абордажников, вдвоём мы много не навоюем в случае массированной атаки.
— Согласен, — кивнул я, — только давай перед этим пробежимся по жилому отсеку, может быть, кто-то ещё находится там.
— Доктор Селим должен быть в медицинском отсеке, но в данной ситуации он нам не помощник, во время нападения он предпочтёт сдаться, чем оказывать сопротивление, такова уж их природа и менталитет.
Мы двинулись по направлению к жилой части рейдера, напряжённо осматривая все доступные помещения, но всё вокруг было мертво, лишь слабый свет дежурного освещения разливался вокруг.
— Джон, — раздался в голове голос Пыржика, — я проанализировал конструктивные особенности корабля и считаю, что мы можем попасть в рубку, если перехватим управление каким-нибудь ремонтным дроидом.
— У меня нет баз, чтобы ими управлять, — оборвал я его рассуждения.
— У тебя нет, но я думаю, что у Стакса они имеются.
— Шир, ты можешь управлять ремонтными дроидами?
— Конечно, — скупо отозвался он.
— Чтобы попасть в рубку, нам надо использовать один из них, там есть парочка слабых мест, — пояснил я свой интерес.
— Попытка проникновения в рубку, если там находится противник, не останется незамеченной, и это может привести к плачевному результату.
— Что ты имеешь в виду?
— Достаточно разнести несколько пультов управления, и мы окажемся наедине с мёртвым оборудованием. Так что сначала надо выяснить, что там внутри происходит.
— Добро, — не стал спорить я, у меня был слишком скудный опыт в захватах кораблей, и в первый раз это получилось у меня, можно сказать, чудом.
В жилом отсеке мы не нашли никого, хотя за то время, что мы осматриваем обесточенный корабль, кто-то уже должен был попасться нам навстречу. Куда они все могли подеваться? Мы вышли оттуда и начали спускаться по лестницам на несколько палуб ниже, так как самый простой способ — лифт — не работал. Преодолев один пролёт, Стакс остановился и поднял руку. Я прислушался и действительно уловил внизу шаги, кто-то двигался в скафандре, был различим характерный стук тяжёлых ботинок, и, судя по тому, что звук усиливался, этот кто-то шёл нам навстречу. Лакин моментально занял на лестничной площадке такое положение, которое позволяло ему поразить цель и при этом оставаться максимально длительное время незамеченным поднимающимся человеком. Подав мне знак не производить лишнего шума, он приготовился встретить идущего сюда. Примерно через минуту, когда звук шагов приблизился настолько, что казалось, разумный вот-вот должен появиться из-за поворота лестницы, Стакс махнул рукой, и я успел заметить какой-то предмет, который он выбросил перед собой, а через секунду сибурианец опустил ствол и крикнул:
— Пластун, это ты?
Звук шагов моментально прекратился, и я услышал в ответ:
— Стакс, это я. Что происходит?
Я немного расслабился и прокричал:
— Серёга, на корабле творится какая-то херня, рейдер полностью обесточен, а ещё мы нашли техника, кто-то его завалил. Поднимайся, — шаги возобновились, и я увидел появившуюся снизу фигуру своего боевого товарища, который так же, как и мы, держал ствол наизготовку.
Увидев нас, он опустил оружие и приблизился:
— Куда ни пойду, везде всё закрыто, связи ни с кем нет. Что могло
