— Не жадничай, муж мой, — Леутхайд серьезно посмотрела на него и добавила. — Ну сам подумай, кто в здравом уме откажется от такой красоты? Чем толще будет цепь, тем охотней эти люди присягнут тебе на верность.
— И то верно, — ответил Сигурд после недолгого раздумья. — Было бы железо, а золото добудем.
Он пошел в зал, откуда до королевы вскоре донеслись восторженные вопли и обрывки фраз вроде такой:
— Отважный Осред! Дарую тебе титул ярла и эту цепь как знак твоей власти. Принимаешь ли ты ее?
— Принимаю, мой король и клянусь тебе в верности!
— Отважный Сигульф! Дарую тебе титул ярла и эту цепь как знак твоей власти. Принимаешь ли ты ее?
— Принимаю, мой король и клянусь тебе в верности!
И так два десятка раз. Леутхайд знала, что последует за этим, и слуги уже поставили на подносы хлеб, жареное мясо и сало. Они открывали бочонки с вином и готовили кубки. Саксы пили ничуть не меньше данов, а ведь даны пили очень и очень много. Оставался еще один очень важный вопрос до того, как начнется пир. Она прислушалась. А… вот же он!
— Я предлагаю породниться, отважные мужи! — сказал Сигурд. — Пусть ярлы из саксов отдадут своих дочерей за ярлов данов. А ваши гезиты, служилые люди, пусть отдадут своих дочерей за моих хирдманов. Так мы станем одним народом, повязанные узами крови, и никогда больше не поднимем друг на друга свои мечи.
— Да, это будет нелишним, бретвальда Сигурд, — раздался голос Хоссы, ярла из Уэссекса. — Ведь король Освальд Нортумбрийский уже собирает свою армию. Кинегильс был его зятем.
— Освальд не пойдет на нас в этом году, — прогудел в ответ Сигурд. — Он ждет набега самого Эйнара Который сжег Руан. Он от страха гадит под себя и смотрит со скалы на море. Скоро полосатые паруса данов покроют воды около Бамбурга! Ему еще долго будет не до нас!
— А Пенда Мерсийский? — раздался тот же голос. — Он соберет свою армию и договорится с Эссексом и Восточными англами!
— Оставим их на следующий год, — ответил Сигурд. — Слона надо есть по частям. Ты когда-нибудь видел слона, отважный Хосса? Я тебе сейчас покажу книжку, которую про меня написал великий логофет Египта. Там есть картинка. Я убил такого в битве при…
Леутхайд вздохнула и пошла к себе. Она устала, у нее тянул живот, а гулять почтенные мужи будут долго и, скорее всего, не один день.
* * *
Титанических размеров кровать, каких еще не видела Британия, вместила королевскую чету без малейшего для их обширных телес утеснения. Сигурд испуганно погрузился в пышную перину, взбитую служанками на два локтя в высоту, и теперь лежал, прислушиваясь к незнакомым ранее ощущениям. Ему нравилось…
— Так вот, она какая, роскошная жизнь! — пробурчал Сигурд, который даже пошевелиться боялся. — Неужели все короли так живут? В Дании точно нет. Клянусь сиськами Фрейи, приятно-то как!
— Ага! — на лице Леутхайд застыла блаженная улыбка. — Птицы ощипали столько, что и не выговорить! На этой неделе баню заканчивают. Будем теперь как приличные люди в Братиславе жить.
— Не, — глубокомысленно ответил Сигурд, разглядывая затейливую бахрому сажи на балках потолка. — Мне как в Братиславе не надо. У меня денег столько нет. Мне и так хорошо. Да чтоб я сдох! Мягко-то как!
— Надо служанкам сказать, чтобы выскоблили тут все, — сказала Леутхвйд со вздохом. Ее сажа на потолке жутко раздражала. — А потом печника из Словении выпишем. Так надоело дым глотать.
— Выпиши, если хочешь, — Сигурду было совершенно все равно. Он пребывал на вершине блаженства.
— Купцы из Аквитании приплыли, — продолжила Леутхайд, которая, закряхтев, перевернулась на другой бок. — Говорят, император умер.
— Старый или молодой? — заинтересовался Сигурд.
— Вроде старый, — ответила ему жена. — Зимой еще.
— Не повезло, — глубокомысленно сказал Сигурд. — Воин добрый, а в постели, как баба, помер. Боги не примут его.
— Кстати, о богах… — Леутхайд взяла многозначительную паузу. — Ты же помнишь, что я на сносях, муж мой?
— Ну! — удивленно посмотрел на нее Сигурд. — Как тут забыть! Жду не дождусь. Мои орехи уже скоро лопнут от воздержания, а все служанки от меня шарахаются. Даже старые и страшные. Это ты их запугала? Признавайся, жена! Если ты, то это было очень некрасиво с твоей стороны!
— Терпи! Я же терплю! — отмахнулась от него Леутхайд, которая поспешила перевести разговор на другую тему. — Все бы тебе вон чего… И вообще, я не об этом! Я на сносях, и ты меня бить не будешь. Обещаешь?
— Да за что тебя бить-то? — подозрительно посмотрел на нее Сигурд. — А если и натворила чего, то ладно, прощаю. Клянусь! Я даже пальцем тебя не трону.
— Тот ромей в Карфагене тебя не понял, — со вздохом ответил Леутхайд. — Он когда буквы делал, ошибся. Тут святые отцы прочитали название корабля и негодуют весьма. Говорят, мерзость это великая. Негоже христианскому королю на такой нечестивой лохани плавать.
— Да? И что он там написал? — Сигурд заинтересованно повернулся к жене.
— Отрыжка Локи, — ответила Леутхайд и зажмурила глаза от страха, ожидая крепкой затрещины.
Но вместо этого она услышала гомерический хохот мужа, который очень скоро перешел во всхлипы и почти неприличное для такой туши повизгивание. Сигурд даже плакал от смеха, а когда успокоился, пояснил.
— Да за что мне тебя бить, глупая? Это же лучшая новость из всех, что я слышал.
— Почему это? — изумилась Леутхайд, которая долго не могла решиться на столь отчаянный шаг. — Чего в ней хорошего-то? Название похабное, а ты за эти буквы целых три солида отдал.
— Ты не понимаешь, женщина! — покровительственно сказал Сигурд. — Это же лучшая из шуток великого шутника. Сам бог Локи подарил нам свое благословение. А как еще, по-твоему, с нами общаются боги? Он тебе гонца, что ли, с письмом прислать должен? Так я все равно читать не умею. Надо парням рассказать, пусть тоже порадуются!
— Ну тогда, наверное, и дворец новый построим! — с робким воодушевлением сказала Леутхайд. — Тут зимой так по ногам дует, что просто сил нет! Сигурд! — она ткнула мужа локтем в бок. — Сигурд!
Но его величество не слышал. Он крепко спал. Вчера по пьяному делу ярлы с запада, измученные набегами бриттов, уговорили его сходить на Думнонию. Он совсем забыл, что южнее Темзы осталось еще одно независимое королевство. Ну ничего, еще все лето впереди! Он непременно исправит это упущение сразу после посевной. Тут же рукой подать…
КОНЕЦ.
Следующая книга цикла https://author.today/work/361932
