Ученому, отстаивая свой метод, пришлось преодолеть скептицизм коллег и недоверие общественности. Помогли ему в этом криминалисты. По заданиям следственных органов Герасимов сделал несколько реконструкций, которые позволили раскрыть преступления.
В 1938–1940 гг. по поручению Музея этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая, кафедры антропологии МГУ и других учреждений ученый провел несколько контрольных опытов, когда по предоставляемым черепам, на которые имелись фотографии, маски или слепки лица, он в течение нескольких часов прилюдно реконструировал портрет человека. Самыми знаменитыми портретами в этой серии стали голова папуаса, которого привез в Россию Миклухо-Маклай, и голова Марии Достоевской, матери Ф.М. Достоевского. С них началась широкая известность Герасимова и его метода.
В 1950 г. Герасимов был удостоен Сталинской премии за книгу «Основы восстановления лица по черепу», а при Институте этнографии была создана Лаборатория пластической реконструкции, работой которой Герасимов руководил до самой смерти. Ученым было сделано 250 реконструкций представителей древнейших и древних людей, живших в Азии и Европе в разные эпохи, созданы десятки документальных скульптур (Рудаки, Ф. Шиллера, Авиценны, Хаджи-Мурата и др.).
Область применения «метода Герасимова» весьма обширна. Благодаря ему на качественно новый уровень перешла работа антропологов и антропология вплотную занялась проблемами антропогенеза и этногенеза. Метод широко востребован в пластической и хирургической медицине, криминалистике. Портретные реконструкции имеют колоссальное значение для исследований историков и археологов; их используют в качестве наглядных пособий и для популяризации знаний в образовании, в музейном деле, искусстве… Да и сам метод превратился в отдельную научную дисциплину.
Дело Герасимова продолжили его ученики Г.В. Дебец, В.Н. Звягин, С.А. Никитин, Т.С. Балуева, Л.Е. Веселовская во главе с Г.В. Лебединской. Школа пластической реконструкции Герасимова существует и ныне. В герасимовской галерее образов можно увидеть скифа, гунна, женщину из племени вятичей, кривича, древних жителей Армении, Хорезма, Сибири, Прибалтики, поселенцев Московского края…
В 1994 г. дочери Герасимова «решили устроить маленькую выставку работ отца, выклянчили в домоуправлении какую-то комнатенку, вроде красного уголка, и там развернули экспозицию; она просуществовала месяца два. Собственными силами, на свои деньги сделали дочери Герасимова эту выставку, но много ли народу могло ее посмотреть в этом “красном уголке”! К сожалению, утерян всякий интерес к автору необычайных, талантливых работ. А ведь это был совершенно уникальный человек, и дожил он всего до шестидесяти двух лет» (Б.В. Раушенбах).
Биология, ботаника, агрономия
ОРЛОВСКИЙ РЫСАК
Военный и государственный деятель; генерал-аншеф, граф; зоотехник, коннозаводчик, коллекционер лошадей разных пород; спортсмен, охотник; основатель и первый выборный председатель Вольного экономического общества; родоначальник конских скачек и рысистых бегов в России; основатель Хреновского конного завода; основоположник российской школы коннозаводчиков, граф Алексей Григорьевич Орлов-Чесменский (1735–1808) вывел верховую и рысистую орловские породы коней. Коневод, вольноотпущенный, главный кассир, главный конторщик графа А.Г. Орлова, чиновник 14-го класса, коннозаводчик, селекционер, управляющий Хреновским конным заводом, член-корреспондент Комитета государственного коннозаводства, владелец Алексеевского конного завода; обладатель бриллиантового перстня императора Александра I, Василий Иванович Шишкин (1770–1845) – ближайший помощник и продолжатель дела А.Г. Орлова в развитии новых методов племенной работы.
Сподвижник Екатерины II, один из организаторов дворцового переворота 1762 г., участник Семилетней войны, главнокомандующий флотом в Средиземном море во время Русско-турецкой войны 1768–1774 гг., разгромивший в Чесменской бухте вдвое превосходивший флот противника, граф Алексей Григорьевич Орлов-Чесменский прославился не только как государственный и военный деятель, но и как выдающийся селекционер. Славу ему принесли: две породы орловских курей, две породы орловских гусей, две породы орловских голубей, но все это перекрывает выведение орловских рысаков.
…
Крутая холка, ясный полный взгляд,
сухие ноги, круглые копыта,
густые щетки, кожа как атлас,
а ноздри ветру широко открыты.
Грудь широка, а голова мала —
таким его природа создала.
Обрисованный У. Шекспиром идеальный конь будто списан с орловского рысака. Вот только создала этого коня не природа, а вывел селекционным путем граф А.Г. Орлов.
До Орлова попытки выведения отечественных пород лошадей были предприняты еще фельдмаршалом Б.П. Шереметевым, известным коннозаводчиком своего времени, но впервые широкомасштабно и на научной основе занялся этим делом граф А.Г. Орлов.
За прародителя новой породы, серебристо-белого арабского жеребца Сметанку Орлов отдал турецкому султану баснословную по тем временами сумму – 60 000 рублей серебром (на нее можно было купить табун лошадей в десятки тысяч голов). К слову, столько же граф получил за победу при Чесме от Екатерины II «на поправку домашних дел».
А.Г. Орлов-Чесменский в санках на Барсе. Н.Е. Сверчков
Два года везли кружным путем с величайшими предосторожностями Сметанку в имение графа. Жеребец не вынес нашего климата и пищи и вскоре пал, однако успел оставить после себя небольшое потомство, среди которого выделялся его сын Полкан. Родившийся от Полкана Барс I обладал достоинствами арабской, датской и голландской пород и явился родоначальником орловской породы рысаков. Он отличался «большим ростом, гармоничным сложением, легким бегом, могучей силой и резвой рысью». 12 сыновей этого могучего рысака, как 12 библейских колен, сформировали орловскую рысистую породу. Среди них самыми ценными оказались два жеребца: вороной Любезный I и серый Лебедь I – праотцы всех современных орловских рысаков по мужской линии.
Племенной работой граф занялся, уйдя в отставку, в своем имении Хреновое в Бобровском уезде Воронежской губернии, в котором основал в 1776 г. конный завод, ставший вскоре лучшим в России.
Алексей Григорьевич был весьма искушен не только в батальных делах и дворцовых интригах, но и в зоотехнии и, в частности, в коневодстве. Если судить по результатам, он обогнал отечественных и европейских коллег на век, а то и больше.
Граф досконально знал наше и зарубежное коннозаводское хозяйство, был в курсе всех зоотехнических новинок, вел переписку с видными коннозаводчиками. Немаловажным оказалось большое состояние графа, которое он, не скупясь, тратил на свое любимое детище. К тому же к Алексею Григорьевичу на первых порах радела и императрица, позволяя выбирать на дворцовых конных заводах лучших лошадей.
Не менее важны в племенной работе интуиция, трудолюбие, целеустремленность и даже чисто эстетический вкус селекционера. А.Г. Орлов создал принципиально новые методы племенной работы. Коннозаводчику весьма помогала его способность с лету оценивать тип лошади, ее экстерьер, конституцию, жизнеспособность, особенности характера. Говорят, по одному только дыханию коня граф мог оценить его достоинства.
Решив создать две конские породы – верховую и упряжную (рысистую), пригодные в российских условиях и для манежной езды, и для боевой кавалерии, Орлов в идеале видел крупную, могучую, но в то же время красивую и элегантную лошадь.
При этом главной задачей коннозаводчик считал создание упряжной лошади, отличавшейся «скульптурной головой, большими выпуклыми горящими глазами, горделивой постановкой головы и шеи, гармоничным сложением туловища, правильной постановкой конечностей, сухостью конституции, прочным копытом, пылким темпераментом и в то же время добронравием, свойственным арабскому скакуну».
Для селекции и скрещивания пород в Хреновое привозили лошадей со всего мира – арабских, персидских, испанских, английских, голландских, датских, с Кавказа, Дона, из Украины… Критерий отбора лошадей был весьма жестким – по экстерьеру, желательному типу и производительности.
В результате гигантского труда по скрещиванию различных пород, когда в племенной работе оставались лишь самые отборные экземпляры, А.Г. Орлов впервые ввел метод разведения по линиям, шедшим от Барса I: линии Любезного I, Похвального I, Барсика Большого, Лебедя I. Чрезвычайно заботился граф и об улучшенном содержании и кормлении питомцев.
Маточное поголовье конного завода составляло 500 голов (общее количество с приплодом 3000). Жеребцы не продавались, и их содержали в заводе до самой смерти в сытости и уходе. «Лучших из них хоронили с почетом, стоя, в парадном уборе с уздечкой, а верховых с седлом».
