Рыбаков промолчал.
Глюк продолжал надрываться:
– Им не ведать бессонных ночей,Не знаком им закон Гиппократа,Не похожи они на врачейЛюди в белых крахмальных халатах...Не похожи совсем на врачейЭти люди в крахмальных халатах.
Не мечтай на свободу уйти,Хоть и пожил ты так маловато,Ведь стоят у тебя на путиЛюди в белых крахмальных халатах...Как стена у тебя на пути —Люди в бурых от крови халатах...
Менестрель Клюгенштейн закончил пение и отложил инструмент. Слушатели похлопали.
– А что, Глюка туда тоже возили? – тихо спросил Денис, наклоняясь к Борцову.
– Ага, – так же тихо ответил Игорь. – На три дня. После того, как он дал в тыкву правозащитнику из Дании. Тот приезжал, чтоб передать гуманитарную помощь и заодно, типа, выразить свое возмущение условиями содержания арестантов. Ну, блин, в камеру зашел и начал Глюка за плечо трясти. А Аркаша спал... Сам понимаешь, когда неожиданно будят, любой человек неадекватен. Вот и засадил спросонья. Аккурат по бушприту [80] вмазал. Правозащитник – с копыт. Глюк – в атаку. «Не позволю, – орет, – наших мусоров на вашей парламентской ассамблее дискредитировать! Сами с ними разберемся!» Для начала пару цириков в коридор выбросил, начальнику изолятора в лобешник закатал, контролера дверью к стене прижал и такую сайку отпустил, чо тот небось до сих пор с вывернутой челюстью ходит... Аркашу, блин, только через полчаса утихомирили, когда газ в камеру пустили.
– Однако, – протянул Рыбаков.
– А то! – согласился Борцов. – Глюк – пацан такой. Тем более, когда еще не совсем проснулся...
* * *
Милин помог Цуцуряку забросить в кунг желтого грузовика бидон с краской и отошел. Грохнули железные створки, Цуцуряк запер навесной замок, стукнул носком сапога по шине заднего колеса и подмигнул Самойлову.
– Поехали?
Основатель ментовской банды обернулся к Винниченко.
– Стас, ты компрессор куда подогнал?
– Как договаривались...
– Хорошо. Тогда в путь, – Самойлов открыл дверцу грязно-зеленого микроавтобуса и полез на заднее сиденье.
Заурчали двигатели, толстый Петя Салмаксов распахнул ворота ангара, и грузовик в сопровождении микроавтобуса выкатился на пустырь в двух кварталах от площади Победы и гостиницы «Пулковская». До места назначения бывшим стражам порядка надо было ехать всего минут десять.
* * *
Гугуцэ закончил листать брошюру о морковном соке и открыл толстую книгу, обложку которой украшал слоган «Приступить к консервации!». Судя по обилию в оформлении малиновых тонов и золотого тиснения, сей справочник также вышел из цехов московского издательства. Столичные жители всегда отличались тягой к украшательству и использованию ярких красок, и превратили свой город в некое подобие лубочно-коммерциализированной деревни, разместив повсюду светящиеся надписи на английском языке и понатыкав на площадях жутких многометровых уродцев, которых с завидной периодичностью клепал придворный Микеланджело с простой грузинской фамилией Цинандали.
– Волосатик давно нарывался, – Ортопед плавно перешел от обсуждения подробностей пребывания Глюка в психушке к недавнему снятию со своего поста начальника ГУВД. – Он, блин, со своего московского корешка пример брать пытался. Его рейды по отлову «черных» уже всех достали. По городу, блин, не проехать. На каждом углу стопорят...
– Это точно, – поддержал Горыныч.
– Просто надо быть скромнее, – заявил Денис. – Не на «кабанах» или «биммерах» [81] рассекать, а на маленьких «японцах».
– То-то Ксанка на «брабусе» летает! – хмыкнул Садист.
– Ей позволительно, – молвил Рыбаков. – Она стволы и связаных скотчем барыг в тачке не возит. А для конспиративных поездок у нее есть «сузуки вагон эр-плюс». Внешне неуклюжий, но верткий. И мотор с турбонаддувом.
– У Винни – «опель омега», – вспомнил Горыныч. – Неприметная тачка. Меньше тридцати штук бакинских стоит...
– Ага! – развеселился Денис. – Если не считать того, что аппарат у Винни в самой дорогой комплектации, весь в хроме, да еще и тюнинг сделан! Любой гибэдэдэшник сразу врубится, что перед ним. Я слышал, что Винни со своим «опелем» в какой-то журнал попали, как пример превращения стандартного автомобиля в шоссейного монстра. И на прошлом питерском автосалоне посетители не выставочные экземпляры рассматривали, а у его тачки крутились. Думали, что это главный экспонат.
– Было дело, – согласился Садист. – Но немцы сами ж его на выставку пригласили.
– Немудрено, – развел руки Рыбаков. – У них в Германии таких машин нет, потому и пригласили.
– Он еще в конкурсе участвовал, – сказал Горыныч. – Новую мульку «вектре» давали... Но, блин, не выиграл.
– Какую мульку? – не сообразил Денис.
– Ну, это, – Горыныч почесал затылок. – Немчура хочет следующую модель «вектры» как-то по-другому назвать. Вот, блин, и проводят конкурсы на лучшее название.
– А-а! Я бы нарек новую модель «векстрой» [82], – тут же придумал Рыбаков. – И традиционно, и есть свежая струя...
Затренькал телефон Горыныча.
– Да!.. Здорово!.. Ну?.. Какой урод?.. Какое мясо?.. Баранье?.. Ах, кошачье! Так бы и говорил. А ты тут при чем?.. И что хочет?.. Серьезно?.. Как назвал?.. Бритый какаду?! Меня?!.. Во сколько придет?.. Ага... Ага... Задержать сможешь?.. Хорошо, блин, приеду, – Колесников отложил трубку. – Совсем пейзане оборзели!
– Чего там? – поинтересовался Ортопед.
– Да фигня, – Горыныч открыл бутылку с минеральной водой. – К бармену одному с предъявой пришли. Типа, шашлыки хреновые подал. Обещали сегодня к трем быть, разборщики, блин.
– А ты тут при чем? – нахмурился Денис.
– Так мой же бар, – удивился Горыныч. – Я его еще в прошлом году купил.
– Тогда понятно.
– Съездить с тобой? – спросил Садист.
– Не надо. Там придурки из соседней деревни, я их знаю. Зенки зальют и выпендриваются... Я им уже разок накостылял.
Мимо проследовали девушки из сборной по синхронному плаванию. Ортопед вежливо встал и отодвинул свой стул, давая пловчихам пройти по бортику бассейна. Оказавшиеся в непосредственной близости от поднявшегося в полный рост братка девушки приоткрыли рты.
Издалека мускулистые парни казались просто высокими. Когда же Ортопед принял вертикальное положение, стало ясно, что любая из пловчих приходится ему чуть ли не по пояс.
Замыкающая цепочку девушка засмотрелась, налетела на впереди идущую и свалилась в воду. Отфыркиваясь, она доплыла до лесенки и быстро убежала в раздевалку. Остальные покраснели, захихикали и скрылись в дверях гимнастического зала.
– Есть еще порох в пороховницах, – гордо выдал довольный Ортопед, подтянул плавки и ринулся в бассейн.
Красиво прыгать в воду Михаил Грызлов никогда не умел. Огромное тело взвилось в воздух, пролетело метра три над поверхностью и плашмя рухнуло в бассейн, подняв фонтан брызг, окативший сидящих у бортика друзей. Ортопед сделал круг, подгребая по-собачьи, и вернулся обратно.
– Пороховницы не отбил? – меланхолично осведомился Денис, которому досталось больше всех.
Грызлов выбрался на кромку бассейна и сел, опустив ноги в воду.
– Может, купить остров? – размечтался Горыныч.
– И открыть там офшорный банк, – тут же предложил практичный Гугуцэ, на секунду оторвавшись от описания сто сорок седьмого способа засолки огурцов.
– Лучше ферму по разведению фотомоделей, – вмешался Борцов.
– Ферма банку не помеха, – Гугуцэ послюнявил палец и перевернул страницу. – Кстати, а какой идиот у меня в машине целую стопку «Дрочилок» [83] оставил? Нельзя ж так, блин, без предупреждения... У меня жена, дети. Хорошо, вовремя заметил, выбросил.
– Я оставил, – смутился Горыныч. – Хотел, блин, ментам в суде подсунуть...
– Зачем? – у Дениса тут же родились нехорошие подозрения. – Чтобы те отвлеклись, а ты бы Глюка отбил?
– Ну, – Даниил окончательно растерялся. – Думал, типа, если судья не отпустит, то я...
– Еще один диверсант, – вздохнул Рыбаков. – И с кем ты скорешился по этому поводу? Кто еще должен был принять участие в этом убойном мероприятии?
– Я, – признался Паниковский.
– И я, – Антифашист отвел глаза.
– Да-а-а, – Денис развел руки. – Ну вы, блин, даете...
– А ведь могло сработать, – рассудил Борцов. – Скворцы [84] порнушку любят. Тут же отвлекаются. Мы один раз несколько сочных кассет в уголовку подбросили, так, пока они там всем отделом у телевизора слюни пускали, сейф с вешдоками через окно вытащили. Правда, давно это было...
– И ты туда же, – констатировал Рыбаков. – А с виду законопослушный гражданин.
