Прошло полвека после войны, и вот в очень толстой энциклопедии мы встречаем описания наступательных операций со странными названиями: Ржевско-Сычевская, Ржевско-Вяземская, Сычевско-Вяземская. Кодовые названия этих операций не сообщаются. А мы сообразим: мог ли Жуков в штабе Западного фронта планировать операцию и называть ее Ржевско-Сычевской или Сычевско-Вяземской? Нет, не мог. Если он так операцию называл, то уже самим названием операции выдавал всем штабным машинисткам и телефонисткам, всем чертежникам, писарям и охранникам свои намерения и свой замысел. Если Жуков не полный идиот, значит, при подготовке этих операций он использовал кодовые названия. Почему же нам через полвека их не сообщают?
Потому, что эти операции до сих пор, через 50 и 60 лет, все еще засекречены. Причина секретности вот какая. Планировался, допустим, разгром германской группы армий «Центр» с прорывом глубиной 600 километров и выходом советских войск к побережью Балтийского моря. Но группу германских армий не разгромили, оборону не прорвали, продвинулись не на 600 километров, а на 23. Планировали дойти до Витебска, Минска и Риги, но дошли только до Сычевки, и взять ее не смогли.
Чем конфуз прикрыть? Государственной тайной. Наши военно-исторические олигархи в таком случае засекречивают всю операцию. В разряд государственных тайн уходят кодовое наименование, цели, задачи и замысел операции, состав привлекаемых сил и средств, главное — потери. Вместо всего этого пишут наши академики в энциклопедию: да, были в этом районе бои, но ничего серьезного тут не планировалось, не намечалось и не замышлялось. Просто хотели захватить Ржев, который в 6 километрах от переднего края, и Сычевку, которая аж 50 километрах. Правда, ни Ржева, ни Сычевки не взяли ни с первого раза, ни с третьего, ни с тринадцатого, ни с сорок первого.
Подумаем и вот над чем: мог ли Сталин ставить Жукову боевую задачу захватить какую-то Сычевку? Не слишком ли мелко для Сталина? А для Жукова? А для Западного фронта, которому содействует Калининский фронт?
23 августа 1942 года захлебнулось очередное наступление на Сычевку, а 26 августа Сталин назначил Жукова своим заместителем.
Отметим: не после великих побед командующий Западным фронтом Жуков пошел на повышение и стал заместителем Верховного Главнокомандующего, а после восьми месяцев кровавой беспросветной мясорубки. Не за блистательные победы Сталин поднимает Жукова, не за гениальные мысли. Жуков Сталину за другие качества понравился: много месяцев гонит сотни тысяч людей в смерть и даже лицом не дрогнул!
Сталину нужно было иметь помощниками двух людей с совершенно разными данными. Это как у командира полка: начальник штаба — мыслитель, а заместитель командира полка — погоняло. Командир полка отвечает за все. Начальник штаба — рядом. Он — генератор идей. Он — Управляющий Механизм. А там, где решается в данный момент самая важная задача, туда командир посылает своего заместителя, орать и материться.
На всех остальных уровнях — та же система: у любого начальника всегда должен быть один помощник, так сказать, по мыслительной части, а другой — по части пробивной. Вот и на самом верху Сталин устроил также. При Сталине — мыслитель Василевский. Он составляет планы. Но нужен еще и тот, чья работа — гнать людей в смерть. И это работа для Жукова. Жуков — это старший, куда пошлют. Это заместитель по расстрельной линии, помощник Верховного главнокомандующего по мордобойной части.
5.
Впервые Жуков прибыл в Сталинград 31 августа 1942 года. Он пытался нанести контрудары по прорвавшимся германским войскам. Из этой затеи ничего не вышло. Контрудары завершились провалом. Кстати, намек на провал содержится и в мемуарах Жукова. Он побывал в Сталинграде, что-то там делал почти две недели, вернулся в Москву 12 сентября. И тут в кабинете Сталина происходит та самая сцена, которую Жуков неоднократно со смаком описывал: он шептался с Василевским о том, что надо искать какое-то другое решение. Сталин услыхал и заинтересовался: а какое решение?
Эти слова Жуков сказал после того, как побывал под Сталинградом и пытался там наносить контрудары. Жуков предлагает искать другое решение ибо, из того решения, которое Жуков уже пытался претворять в жизнь под Сталинградом в первые дни сентября, никакого толка не вышло. Действия Жукова оказались бесплодными и бесполезными.
Было еще несколько поездок Жукова под Сталинград в период оборонительного сражения. Но не один Жуков там появлялся. В Сталинграде бывал среди прочих член Политбюро Георгий Маленков. Не объявляем же мы за это Маленкова стратегом и спасителем. И конную статую Маленкову не лепим. И к лику святых не причисляем.
Последний раз Жуков отбыл из района Сталинграда 16 ноября 1942 года. А контрнаступление советских войск началось 19 ноября. Без Жукова. Жукова Сталин снова бросил на Западное направление. Снова — против Сычевки!
В день, когда началась Сталинградская стратегическая наступательная операция, Жуков находился ровно в одной тысяче километров от Сталинграда и занимался совсем другим делом.
Глава 16
И СНОВА НА СЫЧЕВКУ!
Прибывая в войска на фронте, мне сразу удавалось охватить обстановку, взять в свои руки нити управления и повернуть события в нужном направлении.
«Красная Звезда» 18 февраля 1998.
Маршал Советского Союза Г. К. Жуков
1.
Сталинградское контрнаступление замышлялось как операция второстепенная. Об этом любой желающий может найти достаточно свидетельств в мемуарах участников этой операции. Маршалы Советского Союза А. М. Василевский, К. К. Рокоссовский, А. И. Еременко, главный маршал артиллерии Н. Н. Воронов и другие сообщают, что, завершив окружение германских войск под Сталинградом, советские командиры с удивлением обнаружили: германских дивизий в котле оказалось в три раза больше, чем предполагалось. Советское командование намеревалось окружить в районе Сталинграда 7-8 германских дивизий, а их оказалось 22. Иначе говоря, операция под Сталинградом замышлялась не столь грандиозная, какой она получилась на самом деле. Результат под Сталинградом ожидался втрое скромнее. А главная операция готовилась на Западном направлении. Снова планировался прорыв у Ржева, Сычевки и Вязьмы в направлении Рижского залива. Жуков снова делает ту же работу: координирует действия Калининского и Западного фронтов. Кроме того, наступлению двух фронтов содействуют войска Северо-Западного и Брянского фронтов.
Для проведения этой грандиозной операции были собраны силы большие, чем для проведения контрнаступления под Сталинградом. Под командованием Жукова на этот раз — почти два миллиона солдат и офицеров, 3300 танков, более тысячи боевых самолетов, 24 тысячи орудий и минометов. Суммарный боевой вес советских танков, привлекаемых к этой операции в 2,8 раза превышал боевой вес всех германских танков, которые Гитлер 22 июня 1941 года бросил на Советский Союз.
И вот эту операцию в ноябре-декабре 1942 года Жуков снова провалил.
Там, где был Жуков, — позорное поражение, реки крови, пирамиды солдатских костей и почти две тысячи сгоревших советских танков. Это — в дополнение к тому, что в этом районе было уже уложено в землю с января по август. А под Сталинградом, где Жукова не было, — победа.
2.
Очередной провал Жукова под Сычевкой, Ржевом и Вязьмой из нашей истории выпал. О нем забыли. А уж если, кто из дотошных исследователей полюбопытствует, где же был великий стратег Жуков в момент начала Сталинградской стратегической наступательной операции, то для таких был подготовлен ответ: Жуков находился на второстепенном направлении, там он проводил отвлекающую операцию.
Во времена Брежнева вся идеологическая машина Советского Союза работала на раздувание культа личности Жукова. В те славные времена маршала Василевского, которому было уже 82 года, которому оставался год до смерти, заставили написать: «13 ноября… было приказано Жукову приступить к подготовке отвлекающей операции на Калининском и Западном фронтах, а на меня было возложена координация действий трех фронтов сталинградского направления при проведении контрнаступления». («ВИЖ» 1977 № 11, стр.63)
Правда, интересно? 19 ноября 1942 года начинается грандиозная наступательная операция под Сталинградом, которая должна переломить ход войны в нашу пользу, а за неделю до этого, 13 ноября, величайшему полководцу ХХ века, заместителю Верховного главнокомандующего генералу армии Жукову ставят задачу проводить отвлекающую операцию совсем в другом месте! Неужто, отвлекающую операцию нельзя поручить Коневу, Говорову, Рокоссовскому, Голикову, Толбухину, Баграмяну, Бирюзову, Воронову, Малиновскому или еще кому? Почему во всех операциях Сталин посылал Жукова на главное направление, а в ходе Сталинградской стратегической наступательной операции послал на второстепенное направление проводить отвлекающую операцию?
