Читаем без скачивания Незнакомка в красном - Марлен Сьюзон

- Но Кемптон не прислушался к его мнению?

- Нет, Додд был богат, как Мидас, а для Кемптона только это имело значение. У папы не было законных оснований, чтобы противодействовать этому браку.

- И каковы же были чувства Маргарет?

- Ну, это было десять лет назад, и...

- Боже правый, так она моложе меня! - удивленно воскликнул Джастин. - А я думал, она много старше.

- Она сильно постарела за последние два-три года. Когда она выходила за Додда, он еще не проявлял никаких признаков безумия и, говорят, был довольно обаятелен. Если даже это было и не так, моя тетя, добрейшее существо, способна видеть только лучшее в каждом человеке.

Джастин не удержался, чтобы не заметить с иронией:

- В отличие от ее своенравной племянницы.

Джина ничего не ответила на это его замечание.

- Тетя Маргарет согласилась выйти за Додда и посвятить все свои силы тому, чтобы сделать этот союз счастливым. Но с таким человеком даже такая терпеливая женщина не смогла этого добиться.

- У них ведь есть дети, правда?

- Да, две девочки, им сейчас семь и шесть лет, а три года назад родился сын. Дети стали для нее предметом постоянных переживаний. Мальчик родился уже после того, как Себастьян начал сходить с ума. Через месяц или два после рождения маленького Сета отец начал сомневаться в своем отцовстве и незаслуженно обвинил Маргарет в измене.

- Возможно, обвинение было не таким уж незаслуженным. - Не успел Джастин это произнести, как тут же пожалел о своих словах. Он сам с удивлением осознал, что настолько привык обвинять женщину во всех семейных проблемах, что произнес это почти автоматически.

Джина обожгла его таким гневным взглядом, что его лицо загорелось от стыда.

- Если бы вы знали мою тетю хоть немножко, вы бы никогда не позволили себе подобного высказывания!

Джастин вспомнил бесконечную печаль в глазах этой женщины.

- Я согласен. Беру свои слова обратно.

Они поднялись на верхнюю площадку лестницы, откуда начинался коридор, ведущий к спальням. Джина остановилась и повернулась к нему.

- Да, и впредь не делайте таких скоропалительных выводов! Додд выгнал ее из дома без единого пенса в кармане. С тех пор папа содержит ее.

- Почему ваш отец не даст ей кров здесь, в Пенфилде?

- Он предлагал, но она так боится за здоровье и безопасность своих детей, находящихся в руках безумца, что отказывается принять предложение.

- Неужели Додд способен причинить вред своим собственным детям? недоверчиво спросил Джастин.

- Когда с ним случается очередной припадок, он способен на все что угодно. Вы можете мне не поверить, потому что не видели его в таком состоянии, но это действительно так.

- О, я это слишком хорошо понимаю, - произнес он так мрачно, что Джина бросила на него удивленный взгляд. Но Джастин ничего больше не сказал, оставив свои тягостные воспоминания при себе.

- Однажды Себастьян избил мою бедную тетушку только за то, что она улыбнулась одному из гостей. Он сломал ей нос и подбил оба глаза.

- Проклятие! - воскликнул Джастин, искренне возмущенный. - И что говорят дети об отношении отца к ним?

- Себастьян не позволяет моей бедной тете видеться с детьми с тех пор, как выгнал ее из дома. Но она все равно боится уехать оттуда, пока он дома. Она живет в постоянном страхе услышать, что кто-нибудь из детей пострадал от рук отца.

- Она что, два года не видела своих детей?

Джина кивнула.

- Даже когда Себастьян уезжает в Лондон, как, например, сейчас, слуги не решаются нарушить его приказ и не подпускают ее к детям. Но когда его нет, она хотя бы не беспокоится за их жизнь.

Джастин был потрясен, представив себе трех маленьких, невинных детей во власти сумасшедшего.

- Ничего удивительного в том, что ваша бедная тетушка так несчастна. Но неужели ничего нельзя сделать?

Джина повернулась и пошла по коридору.

- Вы знаете так же хорошо, как и я, милорд, что мать не имеет прав на своих детей, если жив их отец, каким бы ужасным человеком он ни был.

До сих пор Джастин никогда не ставил под сомнение справедливость этого положения. Но надо отметить, что он и не встречал таких отцов, как Себастьян.

- И вы еще смеете утверждать, что брак не является западней для женщины! - с горечью воскликнула Джина.

Впервые Джастин смог понять, почему Джина так боялась той власти, которую муж имел над всей своей семьей.

- Теперь я понимаю, почему вы не стремитесь к семейной жизни. Имея такой ужасный пример перед глазами, это немудрено.

- Так вы теперь признаете, что женщины, которые не имеют никакой возможности повлиять на мужей, находятся в незавидном положении?

- Мне нечего возразить, но таких мужей, как ваш дядя, очень мало.

- Возможно, мало мужей-безумцев, но и нормальные мужчины могут быть не менее жестокими. Вы только посмотрите на бедную леди Инглэм, и вам все станет понятно...

Вспомнив, что Инглэм был одним из отвергнутых женихов Джины, Джастин сказал:

- Насколько я знаю, когда-то Инглэм был так увлечен вами, что просил вашей руки?

- Можете не сомневаться, что увлечен он был не мной, а моим состоянием. Этот наглец решил, что осчастливит меня своим предложением. Как и вы, он считал, что его титул намного перевешивает все то, что я внесу в этот брак.

- Вы оскорбляете меня, сравнивая с Инглэмом. И я никогда не считал, что, обладая титулом, мужчина непременно становится хорошим мужем, хотя ряд юных леди с этим бы не согласились.

- Далеко не все юные леди достаточно умны, - возразила Джина. - Как и вы не все становитесь хорошими мужьями.

Он улыбнулся.

- Тише, маленькая оса. Вы опять оставили за собой последнее слово.

Джина скрылась за дверями комнаты своей тетки, а Джастин спустился вниз, намереваясь взять книгу в библиотеке. Едва переступив порог комнаты, он услышал, как незнакомый мужской голос взволнованно говорит:

- Милорд, вы должны что-нибудь предпринять. Я уверен, что мистер Додд во время одного из своих припадков убьет своего бедного сынишку, да и дочерей тоже. Я не...

Увидев Джастина, говоривший человек с редеющими рыжеватыми волосами и добродушным лицом внезапно запнулся и умолк. "Мистер Моран", - догадался Джастин.

Пенфорд сидел напротив незнакомца, удобно устроившись в своем любимом кресле. Он тоже взглянул на вошедшего.

- Простите за вторжение, - извинился Джастин. - Я не знал, что здесь кто-то есть. Я уже ухожу.

- Нет, останьтесь, лорд Рэвенстон, - остановил его Пенфорд тоном, который больше напоминал приказ, чем просьбу. - Вы умный человек. Возможно, вы сможете придумать какой-то выход из этой ситуации. - Он указал рукой на кресло рядом с собой. - Это мистер Моран, священник прихода в Камбердейле, деревне около поместья моего зятя. Он был так любезен, что привез сюда сегодня мою сестру.

Джастин, повиновавшись, расположился в кресле.

- Я встретил вашу сестру всего несколько минут назад. Признаться, я очень удивился, узнав, за кем она замужем. Не сочтите меня слишком резким, но я думаю, что Себастьян Додд - сумасшедший.

Пенфорд посмотрел на него с благодарностью.

- Я знал, что вы проницательный человек. Мы разделяем вашу точку зрения. Мистер Моран приехал сюда, потому что боится, что Себастьян может погубить детей. Он хочет, чтобы я что-то предпринял, но я не знаю, что можно сделать по закону, когда отец имеет все права на своих детей.

- Я тоже не знаю. - Джастин повернулся к Морану. - Почему вы думаете, что Додд может причинить вред своим собственным детям?

- Он уже причинил. Я приехал в Додд-Парк вечером накануне его отъезда в Лондон. - Священник заметно передернулся. - Я увидел, как он бил кнутом свою старшую дочь, Мэгги, которой всего семь лет.

- Боже правый, за какое же прегрешение? - спросил Джастин.

- За то, что она пыталась защитить своего трехлетнего братишку. Его отец уже успел так его высечь, что, я думаю, он вполне мог бы убить мальчика, если бы не вмешательство Мэгги и не мой приезд.

У Джастина потемнело в глазах. В его памяти всплыл образ другого съежившегося, насмерть перепуганного мальчика рядом со старшим братом, готовым на все, чтобы защитить его.

- Я очень боюсь, что, когда мистер Додд вернется из Лондона, он убьет этого бедного ребенка, - вздохнул священник. - У мистера Додда существует навязчивая идея, что мальчик не его сын. Каждый, кто знаком с его доброй, порядочной женой, скажет вам, что это просто абсурд.

Джастин нахмурился.

- И кого же он считает отцом ребенка?

- Дьявола, - грустно ответил священник. - В своем искаженном сознании он думает, что дитя есть продукт связи его милой жены с дьяволом.

- Проклятие! - воскликнул потрясенный Джастин. - Откуда у него такие бредовые мысли?

- Он сказал, что голоса, которые он слышит, когда остается один, рассказали ему об этом. Он говорит, что эти голоса велели ему изгнать дьявола и его отродье из дома Доддов. Боюсь, что, пытаясь это сделать, он забьет ребенка до смерти.