Взгляд капитана окаменел. Его планы рушились один за другим. Он готов был сражаться, готов был даже умереть, но понимал, что остальные капитаны не поддержат его, а значит, рассчитывать не на кого.
— Сведения точные?
— Самые что ни на есть. Решать вам, но я бы посоветовал вернуться на острова. Ситуация еще может измениться в нашу пользу. А так мы просто погубим людей, хотя шанс победить войска у нас имеется. Маг с ними вряд ли будет: все основные силы стянуты к границе, а солдаты — всего лишь люди.
— А ты многое успел узнать за эти дни, — Слитт пронзил Криса холодным взглядом. — Говоришь, кто-то предупредил губернатора? Значит, среди нас предатель?
— Уверен, — не моргнув и глазом, кивнул Крис. — Люди слабы…
— Ну что ж, я услышал тебя. Можешь быть свободен…
Крис вышел, не оглядываясь. Все, что мог, он сделал. Предупредив Слитта о полках, он отдал ему долг. С этого момента его совесть перед пиратским капитаном абсолютно чиста.
Времени разыскивать Дрозда не было. Крис лишь понадеялся, что дела у друга идут хорошо. Дрозд ведь далеко не так прост, как кажется. Он вполне может сложить два и два и сделать ноги, как только запахнет жареным. За него волноваться не стоило.
Но все же юноша передал Дрозду через одного из пиратов — за полновесную серебряную монету — записку, где написал лишь два слова: «Лорилье. Крэсби». Теперь, если захочет, Дрозд сумеет его найти.
Кристиан покинул расположение лагеря так же просто, как и проник туда. Никто не попытался его остановить.
Уже не торопясь, Крис вернулся в столицу, объехав по широкой дуге приближающиеся имперские полки. В городе он снял скромные комнаты, неподалеку от главной площади.
А вскоре пришли известия о том, что пираты избежали сражения, сняв осаду с Раздола, и срочно отплыли в неизвестном направлении.
Крис подновил у Диди свой грим и вновь отправился к графу Саксу, получив в качестве награды за доставленное вовремя письмо место в полку, отвечавшего за охрану внешнего периметра башни, где проживала ее императорское величество.
А потом оставалось лишь дожидаться удачного момента, заводя нужные связи и знакомства, но стараясь не попасться на глаза людям, знавшим его в прежней жизни. Мало ли…
И в один прекрасный день, спустя несколько месяцев утомительной службы, ему повезло. Сэра Крэсби назначили в ночной патруль башни. Это случалось уже не впервые, но сегодня звезды сложились для него в счастливый узор. Во время обхода внешнего периметра юноша заметил, что один из черных входов неплотно прикрыт. Его напарники отправились дальше, обсуждая молодую красавицу, лишь недавно представленную ко двору, и совершенно не обратили внимания на столь грубое нарушение правил безопасности.
Крис, убедившись, что за ним никто не наблюдает, вошел внутрь. Тихо и спокойно, внутренней охраны не видно.
Крис тихонько пошел вперед. План башни он не знал, только слышал как-то раз, что покои Дарины находятся на третьем ярусе.
Он шел и шел, удивляясь отсутствию охраны. Впрочем, в башне обычно дежурило не больше двух офицеров.
И даже у двери в покои императрицы, которую он определил безошибочным чутьем влюбленного, никого не было. Крис, уже ничему не удивляясь, вошел в первую комнату. На софе мирным сном спала дежурная фрейлина, он огляделся по сторонам и, несмотря на полумрак, тут же увидел вторую дверь, в дальнем конце помещения. Спальня Дарины!
Он заворожено шел к своей цели и случайно зацепил локтем подсвечник, который с изрядным грохотом упал на пол.
Что уж теперь! Крис одним прыжком подлетел к двери и распахнул ее настежь.
Первое, что бросилось ему в глаза — сидящая на постели девушка. Он так давно не видел Дарину, но узнал ее мгновенно!
Но рядом с ней стоял подозрительный тип и нагло кланялся полуодетой императрице. Крис, не успевший вовремя затормозить, чуть не сшиб его с ног…
*****
После краткого пересказа последних событий все замолчали. Дарина, наконец, вспомнила о своем неподобающем виде. Друзья тактично отвернулись, пока императрица облачалась в костюм для верховых поездок. К слову сказать, на лошади Дарина не сидела с самого момента пленения, но костюм, тем не менее, у нее имелся.
— И что же нам делать? — спросила Дарина, одевшись. — Бежать?
Крис кивнул, другого выхода он не видел, но тут Джек удивил всех, отрицательно покачав головой.
— Я так не думаю. У меня иное предложение.
— И что за предложение? — удивился Крис. Он еще не привык к этому новому Джеку — решительному и обладающему собственным мнением.
— Мне кажется, что наша госпожа, императрица Дарина, не вправе оставлять свои владения во время войны с Горавией. И мы не можем этого допустить!
Дарина нервно засмеялась.
— Ты хочешь, чтобы она осталась здесь? — не понял Кристиан. — Ты против побега? Но зачем тогда все это? Зачем ты проник в башню? Разве не с целью спасти ее величество?
— Конечно, именно с этой целью, — согласился Джек, улыбнувшись. — Но бегство — не выход. Нас будут искать, и рано или поздно поймают. Моя идея проста — мы свергнем Калеба, и императрица примет бразды правления.
— Это невозможно, — грустно сказала Дарина. — Во-первых, существует лорд Бейзил. За эти годы, я уверена, он скопил огромные силы, собрав все уцелевшие сундуки, а возможно, и еще что-нибудь! А во-вторых, пока на мне эти браслеты, я лишь обычный человек, пусть номинально и обладаю властью. Даже если бы у меня нашлись сторонники, готовые встать под мои знамена, то на открытое столкновение мы пойти бы не смогли. Достаточно выставить против меня самого заштатного мага, не говоря уже о лорде Бейзиле, и нам конец. Да что там — мага, простые солдаты скрутят мне руки и кинут обратно в башню, и даже вы, друзья, не сможете мне более помочь.
— С браслетами я постараюсь подсобить, у меня есть одно средство… Не могли бы вы вытянуть руки?
Дарина удивилась, но просьбу исполнила, а сердце ее внезапно забилось быстрее. А вдруг? Вряд ли, конечно… Что может изменить простой деревенский паренек, пусть и выросший за эти годы — там, где даже она не смогла ничего поделать? Ну, а все же… он так уверен в себе… Жаль будет увидеть разочарование у него на лице.
— Перс, ты говорил, что сможешь помочь?
— Да, смогу. Но мне придется отдать почти всю энергию, что я собрал. Останется лишь самый минимум для поддержания твоей жизни и иллюзии чужой внешности. А кроме того, потом я еще долго не смогу ничего сделать. Возможно, у меня не останется сил даже на то, чтобы говорить с тобой…
— Я все понимаю. Пусть будет так. Дарина должна получить свободу!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
