Читаем без скачивания Конго Реквием - Жан-Кристоф Гранже

– Сальво… – пробормотал он. – Как можно доверять баньямуленге? – Он повернулся к ковбою. – Сколько он нам должен, Джеймс?

Бухгалтер открыл свой блокнот:

– Триста четыре тысячи долларов, полковник.

Еще одно покачивание головой. Дух Мертвых медленно листал паспорт Эрвана, как будто держал в руках книгу с чудесными картинками.

– И как ты собираешься с нами расплачиваться, французская собака?

– Я здесь совершенно ни при чем. Сальво был моим проводником, вот и все.

– Проводником куда?

– В диспансер сестры Хильдегарды.

Полковник расхохотался, но его люди оставались серьезными, как епископы на церковном соборе. По четырем углам поляны были сложены в штабеля длинные металлические коробки – как гробы. Одна из них была приоткрыта, и внутри виднелся корпус цвета хаки и ручка для переноски. Пусковая установка. Даже на таком расстоянии Эрван различил специфические очертания «FGM-148 джавелин», американской разрушительной машинки, которая доказала свою эффективность против иракских танков.

– Хочешь повидаться со старухой?

– Если только вы ее еще не убили.

По совершенно непонятным причинам Эрван пытался его спровоцировать. Но не на того напал: Дух Мертвых казался совершенно спокойным. Физически он ничем не выделялся. Обычный тутси, ни худее, ни одержимее прочих.

– Мы ее оберегаем. Это она нас лечит после стычек. Она святая, эта женщина. Каждое воскресенье я прошу моих прихожан помолиться за нее.

– Вы… вы священник?

– Пастор адвентистов седьмого дня, – бросил тот с широкой улыбкой. – Только потому, что Бог с нами, мы и смогли заставить к нам прислушиваться.

Эрван указал на ящики:

– Это Он послал вам эти штуки?

Полковник убрал паспорт в нагрудный карман и уперся кулаками в бока – пластмассовый солдатик в человеческий рост. Его взгляд выражал отрешенное лукавство, уверенность человека, который держит мир в кулаке.

– Почему бы и нет? Мы идем в святой крестовый поход, чтобы вернуть наши земли.

– Ты хочешь сказать – наши рудники.

Дух Мертвых не отреагировал на новую провокацию, сделал несколько шагов в одну сторону, потом в другую, как учитель, размышляющий над тем, какое наказание заслужил его ученик.

– Что ты ищешь на самом деле? – снова заговорил он.

– Я полицейский, – пошел ва-банк Эрван, решивший сыграть на искренности. – Я расследую одну старую историю, которой больше сорока лет, и она произошла именно здесь, в Лонтано.

Сторонник геноцида рассматривал собеседника в упор, чтобы уловить, где ложь. Подобная выдумка могла быть только сказкой. Или же мзунгу сумасшедший.

– Мне плевать на вашу войну, – настойчиво гнул свое Эрван. – Я просто хочу добраться до диспансера, расспросить сестру и как можно быстрее вернуться на «Вентимилью».

Ноль реакции со стороны тутси. Его зрачки блестели под полуприкрытыми веками. Времени у Эрвана не оставалось, и это давило, мешая думать о чем-либо, кроме убегающего мгновения. Ни воспоминаний, ни сожалений у края бездны.

– Где Сальво, мисье Морван?

– Представления не имею, я уже говорил. Можешь пытать меня, я больше ничего не знаю.

Дух Мертвых коротко кивнул. Мгновенно один из его приспешников достал пистолет и приставил его ко лбу француза – Эрвану показалось, что он узнал «Хеклер и Кох USP»[67]. Кто продал подобное оружие этим серийным убийцам?

– Ты приехал из Туты? – спросил пастор.

– На баржах, да.

– Видел ребят из регулярной?

– Нет.

– Мау-мау?

– Нет.

– Кого-нибудь еще?

Эрван решил забыть про кадогас с их трупами.

– Ни одного солдата после Туты.

Глава тутси продемонстрировал полный набор ослепительных зубов. Его десны были красными, как мякоть арбуза. Перемены настроения, сбои ритма: Эрван начинал привыкать.

– Те нас ищут, босс, – зашепелявил вдруг полковник, перейдя на акцент жителя джунглей. – Те нас ищут, но Бог нас прячет… – К нему вернулся серьезный вид. – Я последний раз спрашиваю: где Сальво? У меня не осталось времени на шуточки: атаку надо готовить.

– А «джавелины» использовать не собираетесь?

До Эрвана только что дошла простая истина. Эти войска были в полной боевой готовности – все, что могло стрелять и разрушать, шло в ход. А пусковые установки остались в своих ящиках. Тутси не умели ими пользоваться.

Дух Мертвых приподнял брови. По тем или иным причинам они получили это оборудование без инструкции по эксплуатации – или не сумели в ней разобраться.

– Тебе знакомы эти штуки? – спросил он, подходя ближе.

– До того как стать полицейским, я был военным.

Во Французской Гвиане он был на тренировочных занятиях, включающих использование этих «FGM-148», выпускающих снаряды «джавелин» с инфракрасным самонаведением.

– В каких частях?

– Парашютно-десантные, Шестой полк морской пехоты.

Полковник, казалось, задумался, – видимо, Эрван нащупал возможность прожить несколько лишних минут. Внезапно тутси ухватил его за ворот и толкнул к ящикам:

– Знаешь, как это работает?

– Да.

– Покажи мне.

– А что я выиграю?

– Ты не в том положении, чтобы торговаться, братец.

– Я могу решить умереть, ничего вам не объяснив.

Дух Мертвых преувеличенно глубоко вздохнул:

– Покажи нам, как пользоваться этими машинками, и можешь возвращаться на свои баржи. Не хватало, чтобы ты путался у нас под ногами, когда мы начнем атаковать.

Тутси прикончат его, как только поймут, как стрелять, но Эрван мог выиграть еще несколько секунд. Он согласно кивнул. Жестом Дух Мертвых велел его освободить. Эрван встал на колени и принялся доставать разрозненные детали. Он не был уверен, что вспомнит прошлые уроки, но полагался на свой здравый смысл.

– Сначала зафиксировать CLU пусковой модуль на соединительном устройстве «FGM-148»…

Закрепив коробочку, похожую на большой фотоаппарат, он продолжил объяснения голосом, в котором не чувствовалось дрожи. Сейчас он состоял из одних последовательно включавшихся рефлексов, каждое движение вытекало из предыдущего. Он показал, как заряжать «джавелин», как снимать с предохранителя и потом искать цель посредством CLU.

– Это снаряды типа fire and forget, «выстрелил и забыл». Они самонаводящиеся. Когда твоя цель появляется в визире, ты жмешь на курок, вот здесь, и стреляешь. В этот момент активизируются различные технологии: инерциальное наведение, GPS, радар и инфракрасное наведение. В итоге ты можешь забыть о нем и уйти в укрытие.

– Его можно использовать ночью?

– Без проблем. Экран CLU можно перевести в ночную позицию. Вот здесь.

Он собирался продолжить объяснения, когда Дух Мертвых приставил пистолет к его затылку.

– Довольно, братец. В остальном мы разберемся без тебя.

– А наш договор? – спросил Эрван голосом, который больше ему не принадлежал.

– Как ты там сказал? «Выстрелил и забыл»…

Грохот поглотил это мгновение. Взрыв снес все, образовав дыру во времени и в пространстве. За вспышкой последовал свист, если только не наоборот. Мгновенно листья, усеивающие поляну, задрожали трепещущей волной, в то время как подземное сотрясение выплеснуло грязь, взлетевшую дождем с земли.

Эрвана подбросило в воздух, как птицу, он только успел удивиться, как безболезненна смерть.

Удар при приземлении заставил его снова открыть глаза. Весь воздух превратился в алый туман. Деревья были изодраны в щепки. Летали ветки. Обезьяны перескакивали с одной верхушки на другую. От Духа Мертвых остались две ноги, скрепленные окровавленным тазом: оторванное туловище валялось в нескольких метрах. Эрван ничего не слышал, только звон, перемежаемый взвизгами. Регулярные части сработали на опережение. Минометный удар с другого берега.

Тутси метались во все стороны под дождем из веток и латерита, а десятки солдат были уже выведены из игры. Эрван осознал, что целится в них из сорокапятимиллиметрового пистолета полковника. Рефлекторным движением он сорвал его с осиротевшей ляжки. Но проблемы больше не было. Никто не обращал на него внимания.

Один тутси бродил, шатаясь и что-то бормоча, – ему оторвало руку у самого плеча. Другой, чью одежду спалило взрывом, старался спрятаться среди лиан, а из его спины торчали металлические осколки. Третий придерживал скрещенными руками вываливающиеся внутренности, и бурая жидкость сочилась ему на штаны.

Эрван по-прежнему не двигался, двумя руками сжимая оружие, инстинктивно встав в позицию для стрельбы. Запах горелой плоти и взрытой земли забивал ноздри. Он не испытывал ни ужаса, ни даже страха. Все происходило где-то вовне, над его сознанием, не затрагивая ни нервы, ни мозг.

Наконец он оценил опасность. Мины продолжали падать – беззвучно, – и он сам упал посреди ящиков со снарядами. Он не знал, что содержится в этих обтекателях, но слова «кумулятивный заряд», «зажигательные газы», «огненное копье», «K-kill» звучали вполне реалистично. Если мина заденет один из «джавелинов», его самого распылит на многие сотни метров.