стремление слиться в гармонии с природой, а также пренебрежительное отношение к своему облику были заимствованы у
битников. Отличительная черта – жизнь в коммунах – казалась
хиппи наиболее соответствующей их представлениям о свободе. Проповедовались отрицание пуританства и, как следствие, свободная любовь, ставшая впоследствии предтечей сексуальной революции. «Отклонение сексуальных табу выражалось в отказе девушек хиппи от ношения бюстгальтера, они считали, что этот анахронизм близок к бабушкиным корсетам. Девушки носили просвечивающие одежды, выставляя напоказ не бикини…но исключительно панталоны; это живописно называлось “монокини”. Эти типичные образцы одежды стали известны везде благодаря удивительному росту индустрии средств сообщения»[243]. Подобный образ жизни истолковывался как древнее дионисийство, но, скорее всего, он был подсознательной попыткой возвращения к племенному началу.
Миролюбивые хиппи символом протеста против войн и любого неравенства выбрали цветок, который также олицетворял молодость и естественность. В лондонском музее декоративно-прикладного искусства Виктории и Альберта хранится льняной костюм и рубашка из хлопка, расписанные цветочным рисунком. «Эти вещи принадлежали хиппи по имени Колин Вудхед. В 1966 году во время “лета любви” Вудхед посетил греческий остров Майконос, где встретил художника из Америки, прозванного “святым”, он был известен тем, что рисовал цветы на всех поверхностях, которые попадались под руку. Хиппи попросил его расписать любимый льняной костюм, специально привезенный из Лондона. Когда работа была закончена, автор подписал ее “Святой-Амант”. Это стало наиболее рафинированным художественным отражением “власти цветов”»[244].
Определение «власть цветов» (flower power), принадлежащее американскому поэту Алену Гинзбергу, одному из апологетов движения[245], стало одним из ключевых определений стритстайла 1960-х годов, поскольку хиппи стали самой значительной из всех субкультур этого десятилетия. Стремление к творчеству помогло им создать яркие запоминающиеся образы, соединившие элементы, казавшиеся несовместимыми: индийские шали, куртки из крашеного меха, жилеты из тканей различных цветов, пончо и многое другое. Это движение, подобно деревенскому лоскутному одеялу или калейдоскопу цветной мозаики, собрало и объединило все самое оригинальное и самобытное из того, что существовало в 1960-е годы. Любовь к самодельной одежде, декорированной вышивками или аппликациями, к вязаным вещам, украшениям, выполненным вручную, – стала наглядной иллюстрацией лозунга: «Назад к природе!» Традиционные костюмы, многие из которых никогда не рассматривались вне своей местности, разыскивались и адаптировались на Западе молодежью, которая хотела продемонстрировать солидарность с другими культурами. Они были пацифистами и музыкантами-любителями, по-юношески отвергали свои первоисточники, выражая бунтарство отрицанием гармоничных коллекций одежды[246].
Одним из таких примеров обращения к народным костюмам являются афганские мужские кожаные куртки без рукавов и пальто, которые носили пастухи, они стали ключевыми вещами хиппи. Изначально их шили из неокрашенных шкур, а затем вышивали вручную, вместе с путешествующей молодежью эта одежда пришла в Америку и Европу[247].
Впитав восточную культуру, хиппи обогатили свой живописный облик яркими красками, путешествуя по восточным странам, они дополняли его этническими вещами: разноцветные кафтаны, расшитые афганские халаты, браслеты из бисера (позднее получившие особое семиотическое значение и названные «фенечками»)[248]. «Фенечка была символом принадлежности к братству, кроме того, она несла зашифрованную информацию о стаже в братстве и типе употребляемых наркотических веществ. А потому была частью своеобразной культуры хиппи»[249]. Предположительно родиной фенечек является Америка. К такому выводу позволяет прийти аналогичность способа плетения сумок для табака и отделочной тесьмы у апачей. Головная налобная повязка – незаменимый атрибут этой субкультуры, имеет два корня своего происхождения. Во-первых, ее традиционно носили странники, а во-вторых, подобные плетеные полоски существовали у членов индейских племен.
Также прослеживаются у хиппи элементы одежды американских индейцев и ковбоев: отделка бахромой, использование кожи и замши. Из них наибольшей популярностью пользовалось пончо. Большая поверхность этого предмета одежды давала свободу для творческих экспериментов, ее расписывали разнообразными знаками – от магических узоров племени Яки до надписей с названием любимой группы. Также были заимствованы ковбойские рубашки и брюки из джинсовой ткани с характерными элементами отделки, шляпы техас и сомбреро, сапоги из комбинированной цветной кожи и шейные платки. Джинсы, ранее появлявшиеся у байкеров (1940-е), битников и рокеров (1950-е), только у хиппи превратились в предмет творчества, который украшали бисером, бахромой, кожаными заплатками, расписывали красками. Представители субкультуры хиппи дополняли свой образ бусами. «В разнообразии этого аксессуара хиппи проявили небывалую фантазию – керамические, из стекляруса, кожаные, каменные, из желудей и шишек, из шахматных фигурок и шашек. Особой любовью, помимо всего прочего, пользовались колокольчики, причем желательно было, чтобы внизу они были закрыты, т. е. язычок не должен быть виден»[250]. Возможно, любовь к бусам заимствована у калифорнийских воинов-туземцев, носивших меховые жилеты с многочисленными рядами самых разных бус на груди. Нужно отметить, что с туземцами их роднило и нанесение рисунков на тело. Представители массового протестного движения 1960-х предпочитали ходить босиком или в сандалиях; если они использовали обувь, то чаще всего это были сандалии с подошвой-платформой или гобеленовая обувь, а иногда даже ботиночки на каблучках.
Увлечение исполнителей из легендарной группы «Битлз» военными мундирами вдохновило молодежь на ношение милитаристских одежд, которые, как это ни казалось бы странным, органично вписались в общую картину образа хиппи-пацифиста.
В хипповских костюмах содержится целая система закодированных знаков, невидимых на первый взгляд и понятных только посвященным. Прежде всего, они указывают на дистанцирование от общества. К ним относятся те, что символизируют дорогу, путь – это почти неизменная торба, головная повязка.
Отслеживая иллюстрации в книгах, посвященных истории костюма и субкультурам, можно заметить, что общепризнанными пацифистскими символами, своеобразными «иконами» 1960-х годов стали изображения цветка, смайлика и пацифика[251]. Так, например, в каталоге выставки, проходившей в лондонском музее Виктории и Альберта в 1994 году, можно увидеть фотографию, на которой значок с пацификом приколот к красному мундиру королевских инженеров образца 1914 года[252]. В 1960-х годах мундир принадлежал одному из представителей субкультуры.
Апогеем движения стало «лето любви» 1966 года в Сан-Франциско, запомнившееся бесконечными концертами под открытым небом. А в 1969 году прошел легендарный фестиваль в Вудстоке, вошедший в историю как величайший хеппенинг. «Дети цветов» последний раз показали свое единение, а модная волна постепенно пошла на спад.
Идеология и образ жизни хиппи, идущие от битников, получили свое дальнейшее развитие у таких субкультур 1980-х годов, как нью-эйдж, гранж, рейв. Ими заимствован характерный облик усталого путника, с длинными спутанными волосами и рассеянным взглядом, ставший символом отстраненности от общества. Игровое восприятие жизни, передаваемое символикой детства, в 1980-х годах проявилось у рейверов, которые усилили его красноречивым аксессуаром – детской соской на шнурке, кроме того, в этой среде отмечается любовь к этнической одежде и украшениям, а
