- Ой, только не сейчас.
- Ну, разумеется, когда оденешься.
Это я и сделал. Потом разложил на столе перед Ривом десяток отпечатков с его изображением. В различное время и в различных ракурсах. Мальчишка остался доволен и сказал, что будет их хранить.
С каждым последующим днем настроение у мальчишки все больше и больше улучшалось. После восемнадцатого дня операции Рив уже мог брать своими еще непослушными руками кой-какие предметы, не слишком тяжелые и не слишком мелкие. Мне приходилось основательно предупреждать его, чтобы он не перегрузил их. На двадцать восьмой день руки у него, хоть еще и не выросли полностью, но уже стали достаточно крепкими, чтобы начать для них специальные тренировки, потому что эти руки все еще оставались неловкими и непослушными своему хозяину. На тренировки уходила большая часть дня. Но зато время в операционной Рэй стал понемногу сокращать. На двадцать пятый день мы с Ривом уже могли обменяться довольно крепким рукопожатием и даже затеять возню, бороться со мной на равных Рив не смог бы, даже будучи полностью здоровым. И вот, наконец-то, наступил двадцать восьмой, последний день операции. И в тот день я закончил свой рассказ и в последний раз отстегнул Рива от куба:
- Все, дальше можешь действовать полностью самостоятельно.
Рив как-то немного недоверчиво вытащил руки на свет, посмотрел себе на ладони и, улыбнувшись во все лицо, спросил:
- Это последний раз?
- Да, последний, но разве ты не удовлетворен?
- Ну почему же, Вик, просто я сам еще не могу до конца поверить.
Он встал, повернулся ко мне и протянул мне обе руки, я протянул в ответ свои, и мы взяли друг друга за локти. Я уже знал, что на этой планете так делают только близкие друзья. Так мы стояли молча наверно минут пять, потом Рив сказал:
- Вик, ты мой самый лучший друг.
Он взял в руку свою рубашку и снова посмотрел мне в глаза. Я обнял его за плечи, и мы пошли прочь из медотсека. Рив привел меня в мою каюту и первым делом отключил связь с Рэем, он уже прекрасно знал, как это делать. А потом сказал мне шепотом:
- Вик, я хочу отблагодарить Рэя и сказать ему, что я стал почти что новым человеком.
- Ну а что тогда смущаешься, скажи сразу, зачем откладывать.
- Я сначала хочу привести себя в порядок.
Он надел на себя рубашку, тщательно заправил ее в брюки и попросил у меня:
- Вик, причеши меня так, как у вас причесываются.
- Это будет для тебя неестественно. Ты же предпочитаешь ходить нечесаным.
- Только не сейчас.
- Ну ладно, иди сюда и садись на кровать.
Я достал расческу, несколько раз провел ему по волосам:
- Нет, Рив, у тебя волосы длинноватые, и к тому же двухцветные.
- Двухцветные?
- Иди к зеркалу и посмотри повнимательнее.
Рив тут же вскочил, подлетел к зеркалу и, встав к нему вплотную, принялся внимательно рассматривать свои волосы, потом снова повернулся ко мне:
- Да, действительно. Вообще-то, я слышал, что такое иногда бывает, после большого нервного потрясения.
- Что-что, а потрясений у тебя было достаточно, досталось тогда крепко, не по годам.
- И у меня будут волосы, как у старика... Ну и пусть, так даже интереснее. Вик, а ты можешь меня постричь?
- Этим делом на "Игле" занимается Рэй и, надо сказать, профессионально. Но вообще-то, если так хочешь...
- Хочу.
- Тогда снимай рубашку и тащи сюда свою простыню, ее и без того уже пора менять.
- Пять секунд, - сказал Рив и скрылся. Он уже перенял от нас поговорки, связанные с земной системой времени.
В шкафу я видел еще от Рикста оставшиеся ножницы. Они оказались подходящими для такого дела, как стрижка, практически незатупляющиеся моноатомные (как и у раскрывающихся ножей) лезвия. Такими можно резать и тончайшую пленку, и металл, даже билитовое волокно, но тогда они быстро тупятся. Рив вернулся с простынею и где-то прихваченным табуретом. Поставил табурет перед зеркалом, тут же сбросил с себя рубашку и, кинув мне простыню, сел на табурет.
- Не знаю даже, как тебя стричь, - сказал я, пощелкивая ножницами.
- А очень просто. Срежь все волосы кроме бесцветных, а потом можно и подравнять.
- Ну, хорошо, пусть будет так.
Я принялся за работу и довольно быстро срезал у него все пепельно-серые волосы, которые клочьями падали на пол. Рив несколько раз ойкал и вздрагивал, на что я неизменно отвечал:
- Не дергайся, а то уши обрежу.
- А я Рэя попрошу, он мне новые вырастит.
- Я тогда попрошу, чтобы вырастил как у осла.
Рив после этого хохотал, он уже знал, какие у осла бывают уши. Когда прическа у мальчишки стала одноцветной, я сказал:
- А волосы-то у тебя быстрее растут, чем я ожидал. Думал, что будут совсем коротенькие, а получается ничего прическа. Сейчас приведу в порядок.
Потом Рив довольно долго рассматривал себя в зеркале и, по-видимому, оставшись довольным собой, сказал:
- Вот сейчас-то я совсем перестал на себя походить. Увидит кто из знакомых, не сразу узнает.
- Кто захочет, узнает. А теперь, дорогой, давай убирай с полу свои волосы.
- Будет сделано.
Рив быстро покончил с уборкой, но сначала попросил у меня лист пластика, свернул из него конверт и положил туда несколько прядок.
- На память, - сказал он при этом, - больше у меня никогда уже такие волосы не вырастут.
Потом он снова облачился в рубашку, тщательно все поправил на себе и сказал:
- Пойдем в рубку. Там Рэй лучше всего себя изображает, когда захочет. Вик, ты у него попроси, чтобы изобразил.
В рубке я не стал садиться в кресло, а просто дотронулся до голубой клавиши на пульте и, не дожидаясь ответа, сказал:
- Рэй, будь другом, покажись на экране по нормальному.
Ответа не последовало. Но через несколько секунд экран все-таки вспыхнул, на нем появилось "продолжение" рубки, а Рэй сидел там в кресле. Я подтолкнул Рива рукою в спину, и он подошел вплотную к экрану:
- Рэй, я хочу тебя поблагодарить за все, что ты для меня сделал.
- Не стоит благодарности, - Рэй слегка улыбнулся и, поднявшись с кресла, тоже "подошел" к самому экрану, словно бы встал вплотную к Риву.
- Жаль, что не могу пожать тебе руки или даже прикоснуться к тебе. Но все равно, я хочу сказать, что ты мне тоже стал настоящим другом.
Рэй снова улыбнулся, и на этот раз уже не слегка:
- А ты уверен, что не можешь?
- Но ведь ты по ту сторону экрана. Ты сам говорил, что это всего лишь изображение.
- Это неважно. Да, я не могу придти к вам, но вы ко мне вполне можете.
Рив обернулся и как-то недоверчиво глянул на меня. Я же кивнул головою и сказал:
- Помнишь, я тебе рассказывал.
Рив кивнул и снова повернулся к Рэю. Тот, продолжая улыбаться, сказал:
- Приглашаю вас обоих к себе в гости. И советую не отказываться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
