Читаем без скачивания Нагорная проповедь Христианская контркультура - Джон Стотт

Путь «трудный», с другой стороны, тесен. Границы его ясно отмечены. Узок он благодаря так называемому «божественному откровению», ограничивающему путников рамками того, что Бог явил в Писании как истинное и доброе. К. С. Льюис описал в своей автобиографии, как, будучи тринадцатилетним школьником, он начал «расширять свой ум». «Скоро это было (по известному выражению) изменением «верую» на «чувствую». И вот — освобождение!.. Из тиранического полдня откровения я перешел в прохладные вечерние сумерки Высшей Мысли, где ничему не нужно подчиняться и ни во что не нужно верить, кроме как в удобное или приятное» [200].

Факт в том, что истина откровения накладывает ограничение на то, во что должны верить христиане, а данное в откровении добро — на то, как мы должны себя вести. И в некотором смысле это «тяжело». Однако в другом смысле, как отмечал Златоуст много веков тому назад, тяжкий и тесный путь Христов также нужно приветствовать, как Его «благое иго» и «легкое бремя» (Мф. 11:30).

Во–вторых, существует двое врат. Врата, ведущие к легкому пути, «широки», ибо попасть на легкий путь просто. Очевидно, что багаж, который мы можем взять с собой, не ограничивается. Мы ничего не должны оставлять позади, даже наши грехи, самооправдание или гордыню. С другой стороны, «тесны» врата, ведущие к трудному пути. Чтобы найти их, нужно приложить усилия. Их можно и не заметить. Как сказал Иисус в другой связи, они узки, как игольное ушко. Далее, дабы войти в них, мы все должны оставить позади — грех, эгоистические амбиции, вожделение и даже, при необходимости, семью и друзей. Ибо никто не может следовать за Христом, не отвергнув прежде себя самого. Вход — это своего рода застава: в него нужно проходить по одному. Как нам найти его? Это Сам Иисус Христос. «Я есмь дверь, — сказал Он, — кто войдет Мною, тот спасется» (Ин. 10:9).

В–третьих, существуют две цели. Об этом говорится уже в Псалме 1, где альтернативами выступают «процветание» и «гибель». Моисей еще более прояснил это: «Вот, Я сегодня предложил тебе жизнь и добро, смерть и зло… благословение и проклятие. Избери жизнь» (Втор. 30:15,19; см.: Иер. 21:8). Также Иисус учил, что легкий путь, на который можно выйти через широкие врата, ведет к погибели. Он не пояснил, что под этим подразумевается, и, вероятно, точная природа ада так же превосходит наше ограниченное понимание, как точная природа неба. Но ужасное слово «погибель» (ужасное, потому что Бог — это Создатель, а не разрушитель и человек был создан для жизни, а не для смерти), похоже, говорит о том, что в аду будет разрушено все хорошее — любовь и красота, очарование и истина, радость, мир и надежда — и это навсегда. Подобная перспектива слишком чудовищна, чтобы смотреть на нее без слез. Ибо широкий путь — это путь самоубийства.

В противоположность этому, путь тяжелый, на который можно выйти тесными вратами, ведет к жизни, и даже к той «жизни вечной», которая, как объясняет Иисус, начинается здесь, благодаря миру с Богом, но завершается после, когда мы видим и участвуем в славе Его и становимся совершенными человеческими существами, беззаветно служа Ему и нашим ближним.

В–четвертых, есть две толпы. Входят широкими вратами и идут по легкому пути к разрушению многие. Широкий и легкий путь — это оживленная магистраль, заполненная пешеходами из всех слоев общества. Тесный и тяжелый путь, ведущий в жизнь, кажется сравнительно безлюдным. «Немногие находят его». Похоже, Иисус предполагал, что Его последователи будут в меньшинстве. Он видел многих на широком пути, смеющихся и беззаботных и, по всей видимости, не думающих об ужасном конце, к которому они идут; на узком же пути есть всего лишь «счастливая компания путников», идущих рука об руку, спинами повернувшись к греху и обратившись лицом к Небесному Граду, «воспевая песни надежды, маршируя к земле обетованной».

Я думаю, что это противопоставление весьма ясно показывает, что окончательное число спасенных Божьих детей будет невелико. Сопоставив Писание с Писанием (как мы всегда и должны поступать), мы сравним это учение Иисуса с видением Иоанна, где говорится о том, что спасенных пред троном Божьим было «великое множество людей, которого никто не мог перечесть» (Отк. 7:9). Я не знаю, как примирить эти две концепции. Не ясно мне также и то, как соотнести этот отрывок с проблемой тех, кто никогда не слышал о Евангелии. Одно слово является общим при характеристике обеих групп — «немногих» и «многих» — а именно, глагол «входите». Именно потому, что многие «входят» широкими вратами, Иисус призывает Своих слушателей «входить узкими вратами». Это предполагает, что ни одна из групп не остается в неизвестности; каждой была дана возможность выбора, и каждая сознательно «вошла» тем или иным путем. Похоже, это относится лишь к тем, у кого была возможность принять решение за или против Христа; о тех, кто никогда не слышал о Нем, просто не упоминается. Будем же достаточно мудры, чтобы не занимать свой ум такими умозрительными вопросами, как сказал Сам Иисус, когда некто спросил Его: «Господи, неужели мало спасающихся?» Но Он отказался удовлетворить его любопытство. Вместо того Он ответил: «Подвизайтесь войти сквозь тесные врата» (Лк. 13:23,24).

Итак, как говорит Иисус, существуют лишь два пути — тяжелый и легкий (промежуточного пути нет), ведут к ним двое врат — широкие и тесные (иных врат нет), движутся по ним две толпы — большая и маленькая (нейтральной группы нет), и заканчиваются они двояко — разрушением и жизнью (третьей альтернативы не существует). Едва ли необходимо доказывать, что подобные разговоры сегодня крайне непопулярны. Людям нравится жить, ничему не отдавая себя полностью. На каждое мнение позволительно отвечать не только «да» или «нет», но и очень удобным «не знаю». Люди любят Аристотеля и его золотую середину. Наиболее популярен via media[201]. Отклонившегося от этого пути могут назвать «экстремистом» или «фанатиком». Все стараются избежать необходимости делать выбор. Но Иисус не может позволить нам этого.

2. Берегитесь лжепророков (ст. 15–20)

15 Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные: 16 По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы ? 17 Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые: 18 Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. 19 Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. 20 Итак по плодам их узнаете их.

А. Допущения.

Предостерегая людей от лжепророков, Иисус, очевидно, имел в виду, что таковые имеются. Нет смысла украшать садовые ворота табличкой «Берегись собаки», если все, что у вас есть дома, — это пара кошек. Нет. Иисус предупреждал Своих последователей о лжепророках, потому что они уже существовали. Они упоминаются по различным поводам в Ветхом Завете, и, похоже, Иисус рассматривал фарисеев и саддукеев в этом же свете. «Слепые вожди слепых», — называл Он их. Он также предупреждал, что период, предшествующий концу, будет характеризоваться не только всемирным распространением Евангелия, но и появлением лжеучителей, которые многих совратят с пути истинного (Мф. 24:11–14). О них говорится почти в каждом новозаветном послании. Они называются или «лжепророками», как здесь («пророками» потому, в основном, что они заявляли о своем божественном вдохновении), или «лжеапостолами» (так как они говорили о своем апостольском авторитете (2 Кор. 11:13), или «лжеучителями» (2 Пет. 2:1), или даже «лжехристами» (потому что они претендовали на мессианство или отрицали, что Иисус есть Христос, явившийся во плоти (Мф. 24:24; Мк. 13:22; см.: 1 Ин. 2:18,22). Но каждый был «псевдо», a pseudos по–гречески означает ложь. История христианской церкви была долгой и мрачной историей споров с лжеучителями. Но и они имеют свое значение в божьем провидении, так как именно лжеучителя заставили церковь размышлять над истиной и определять ее, хотя, безусловно, они причинили много вреда. Боюсь, что в современной церкви до сих пор можно встретить много таких лжеучителей.

Предупреждая нас о лжепророках, Иисус сделал и другое допущение. Он показал, что существует объективный критерий истины, на основании которого должна определяться фальшь лжепророков. Иначе само название «ложные» бессмысленно. В библейские дни истинным пророком был тот, кто учил истине с помощью божественного откровения, а лжепророком — тот, кто претендовал на то же божественное откровение, но в действительности распространял ложь. Иеремия противопоставил их таким образом: лжепророки «рассказывают мечты сердца своего», истинные же пророки «стоят в совете Господнем», «внимают слову Его», «объявляют народу Его слова Его» (Иер. 23:16,18,22). А также, «пророк, который видел сон, пусть и рассказывает его как сон; а у которого — Мое слово, тот пусть говорит слово Мое верно. Что общего у мякины с чистым зерном?» (Иер. 23:28). Отсюда ясно, что Иисусу был чужд синкретизм, который учит, что противоположные мнения в действительности являются взаимодополняющими видениями одной и той же истины. Нет. Он считал, что истина и ложь взаимоисключают друг друга и что пропагандирующие ложь во имя Божье являются лжепророками, которых должны остерегаться Его последователи.