— В Дайтар-аре такие проблемы даже в кошмаре не явятся, — ехидно заметила Энфирия.
— Ну, так вон портал, — Мелика была не в том настроении, чтобы пропустить этот мимо ушей.
И Энфирия благоразумно не стала продолжать.
— Если они мне повредили движитель, — сквозь зубы цедила Мелика, идя по коридору. — Я их еще раз убью!
Как анты попали внутрь, стало ясно, когда они пришли в центральный зал. Для того, чтобы здесь было больше света, в крыше имелись окна. Одно из них было разбито.
— Вот твари! — раздраженно произнесла Мелика. — И где я сейчас стекло возьму?
Девушка подошла к движителю. Она, как чувствовала, вокруг своего изобретения сделала деревянное ограждение.
— Эй, Стефа, ты чего? — удивленно произнесла Энфирия.
А Стефания, вышедшая из своей лаборатории, со своим обычным невозмутимым видом… и с топором в руке, притормозила.
— Надо, — прокомментировала девушка и пошла на выход.
— Н-да, — Энфирия покачала головой, провожая девушку взглядом.
А Мелика, тем временем, уже вооружившись маленьким ломиком с лапкой, азартно и с треском разбиралась с досками.
— И это я, значит, неугомонная? — пробормотала Энфирия, наблюдая за коллегами.
И вспоминая, как ее дома постоянно пытались притормозить. Им сюда надо! Посмотреть, что такое неугомонность!
* * *
Поздний вечер
Грег, приехавший поздним вечером за супругой, увидел около входа в мастерскую трупы антов. И не просто трупы. У антов были отрублены конечности, у одного был содран хитин почти полностью, у второго наполовину.
— Что за? — пробормотал Грег.
Когда он дошел до центрального зала, то там никого не обнаружил. Зато услышал голоса. И пошел на звук.
— Как тебе вообще в голову-то такое пришло?
Все трое обитательниц приюта безумных изобретателей находились в лаборатории Стефании. У стен в этой части мастерской стояли железные столы, посередине два больших… прибора, в рост человека и печь. Да, настоящая печь, на угле.
— Тайфол сказал, что я могу делать, все, что захочу, — пожала плечами Стефания.
— Ари, да? — уточнила Мелика.
Стефа молча кивнула. А Мелика крутила в руках какую-то пластину. Бурого цвета. И толщиной пальца в полтора-два.
— Так как, все-таки? — спросила уже Энфирия. — Ты что, такая, а почему бы у анта не снять хитин и не попробовать с ним что-нибудь сделать?
Грег притормозил, желая дослушать эту беседу.
— Нет, — ответила Стефа. — Мы как-то разговаривали. И Ари сказал, что матки, похоже, имеют на борту установку, которая позволяет синтезировать вещества. То есть анты не рождены, а сделаны. А если их тела сделаны, значит, и верхний слой, есть какое-то напыление или типа того. Отличается от нижних слоев. А потом я подумала, почему бы не попробовать сделать то же, что со смолой? И вот.
Девушка показала на пластину.
— Легкая, — прокомментировала Мелика. — Очень легкая. Теперь вопрос, куда это применить?
— Да самое простое, на доспехи, — заметила Энфирия. — Если эта масса такая пластичная до, хм, высыхания, то представляешь, насколько проще будет сделать доспехи? Их же натурально слепить можно…
Энфирия задумалась.
— Причем, прямо по человеку, — заметила она. — Надо только испытать. Ну, как эта хитиновая пластина себя ведет. На удар, на выстрел.
Грег не верил глазам и ушам своим! Меньше дня! А эти уже какую-то фиговину сделали! Которая на доспехи может пойти! Недаром Аринэль так трясется с этой мастерской!
— Я прошу прощения, — Грег вышел в лабораторию. — Я невольно подслушал ваш разговор.
Мелика обернулась и сделала виноватый вид.
— Грег, прости, я опять забылась, — повинилась девушка, смотря в пол.
— Я уже привык, — с иронией ответил парень. — Так что это за штука?
* * *
Поселок «Баронский». Дом Аринэля Тайфола
Разница в логике:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
(С надрывом) — Что может быть хуже анта?!
(Мрачно) — Два анта.
(С надрывом) — Что может быть ценней жизни разумного?!
(Мрачно) — Две жизни разумных.
(С надрывом) — Дети, это самое прекрасное в нашей жизни!!!
(С ухмылкой) — Но еще прекраснее их делать.
Каминан, дописав это, оценила, нахмурилась. Как-то… Слишком по-легионерски получилось. Но, с другой стороны, она пишет не для тех, кто по салонам столичным руки заламывает. Это будут читать в провинциях.
— Вот, — раздался голос.
Цеси, подойдя к Ками, протягивала ей листок.
— И зачем тебе рецепты понадобились? — поинтересовалась Цеси.
— Цес, — улыбнулась Каминан. — Ну, не все же умеют готовить, так, как ты!
— Так и по рецепту не смогут, — заметила Цеси. — Чтобы хорошо готовить, надо много готовить. Я-то с детства на кухне.
— А если разумный готовить умеет, но не то, что ты знаешь? — спросила Каминан. — И, к тому же, у тебя не блюда для приемов. Это то, что может приготовить дома буквально каждый.
— Хм, ну ладно, — чуть улыбнулась Цеси. — Но зачем их в табуле писать?
— Понимаешь, Цес, — задумчиво ответила Каминан. — Читать про одно и то же быстро надоедает. Старую Табулу воспринимали… Ну, как официальное объявление. Я у дядюшки в траттории… У нас там на стене висела специальная рамка и я туда листок Табулы помещала. Так вот, я ни разу не видела, чтобы кто-то ее читал. Это было… ну, как элемент обстановки.
— А ваша табула другая? — с интересом спросила Цеси.
— Цес! — с некоторой обидой отозвалась Каминан. — Ну, вон же она лежит! Для начала, там шесть страниц, а не одна!
Ками ткнула в сторону столика в углу гостиной. В этот момент с улицы послышались голоса.
— Ну, а ужин кто будет готовить? — с иронией заметила Цеси. — Ты вот в писанину свою ударилась. А остальных лучше на кухню не пускать.
— Ой, Цес! — Каминан слегка покраснела. — Прости! Я…
— Ну, глупость же, — спокойно заметила Цеси. — Я хочу для вас готовить. А тебе нужно работать. Не начинай.
Дверь распахнулась и внутрь буквально ввалились жительницы сего дома, неся с собой запахи степи, конского пота и оружейной смазки.
— У-у! — Талия прям завыла. — Наконец-то я дома!!!
— Ну, так проходи, какого анта тут вросла? — ее подпихнула Юлиса.
Следом зашла Антария. За ними Таша и Дара. В доме враз стало… правильно. Шумно, тесно. Уютно.
— О! Наконец-то нормально поедим! — даже сдержанная Антария отреагировала эмоционально, учуяв запахи с кухни.
Последней зашла Саэко, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— И опять наш повелитель где-то в бегах, — с неудовольствием заметила Талия, снимая камзол и вешая на один из крюков рядом со входом. — Надеюсь, ему сейчас икается.
— Для табулы пишешь? — спросила Юлиса у Ками.
Та в ответ молча кивнула. И, что характерно, никто не подбежал и не начал зырить, а что там… простолюдинка делает. И никому даже в голову не пришло заявить, мол, почему не на кухне.
Девушки раздевались, снимая пыльную одежду. Талия, как самая резкая, уже фыркала около умывальника, брякая его соском, когда наливала воду в ладони. Стекающая вода звонко капала в дно ведра, стоящего под мойкой.
— Юля! — спросила Талия, вытираясь полотенцем. — А что, наш суетолог надолго убыл?
Юлиса, ожидающая своей очереди к умывальнику, искоса глянула на сестрицу.
— Хогвар с ними был, чего у него не спросила? — произнесла Юлиса.
— Да, ант, как-то не сообразила, — с досадой ответила Талия. — Кстати, а та девчонка, как ее… Тайвара. Почему теперь с ней Хогвар возится, а не ты?
— Ну, значит, так надо, — иронично ответила Юлиса. — Тебе какой интерес?
