Читаем без скачивания Ликвидатор нулевого уровня - Олег Шелонин

– Что дальше? – тряхнула за рукав стажера Кэтран.

– Дальше – топаем! – опомнился стажер, отталкивая лодку подплывающему Харону.– Забирай свое орудие производства. Успехов в труде.

– Обалдел? А мы как потом вернемся?

– Ты мне веришь, Катюх?

– Ну?

– Подозреваю, что либо мы вообще не вернемся, либо о нашем возвращении позаботятся…

Стажер задумчиво посмотрел на бормотавшего что-то себе под нос абсолютно никакого Семеныча. Почему же все-таки этого «чисто русского» еврея медальон больше не засасывает в таком состоянии? Сам держится или кто-то его держит?..

– Пошли… Ланс! Пошли, говорю! Гаврика своего бери под белы ручки, и ножками, ножками… Вот так!.. Катюх, поближе ко мне – мало ли что…

Стажер чувствовал, что они приближаются к какой-то развязке, и был настороже.

Выйдя из подземелья, ликвидаторы очутились в саду. Сразу. Без перехода…

Кэтран оглянулась. Пещера исчезла. Со всех сторон их окружали деревья – яблони, яблони, яблони…

– Ты был прав. Лодочка нам не потребуется…

– Х-х-холосо-та как! – промычал Семеныч.– Птиськи поют… Ща тоже… спою…

– Я те спою! – пригрозил Денис.– Чтоб такой сад – и без охраны? Ни за что не поверю!.. Ничего не трогать… Ланс, держи его… Ты что делаешь, скотина!!?

– Закус-с-сую…– Его Величество аппетитно хрумтел наливным яблочком и трезвел на глазах. Вот он перестал качаться, повертел огрызок в руках и перевел изумленный взгляд на Кэтран.

– Вот это да! Может, и Семеныча ими накормить? – повернулась к стажеру Кэт.

«Г-г-грызни, Семеныч,– пьяно икнул в голове Сименсона дьявол.– Полегчает…»

– А в-в-вот не буду! – заупрямился Семеныч.– Н-н-не для того я кайф ловил!

– «Грызни, гад!!!»

– Да пш-ш-шел ты, рогатый!

– Не давать! – решительно воспротивился стажер. Хоть уровень у него был и нулевой, но голова работала четко.– Что-то с нашим Сименсоном нечисто,– сообщил он Лансу.

– Давай его в тот вон дом отнесем,– предложила Кэтран,– может, пустят? Пусть проспится.

Денис поднял голову и увидел над кронами деревьев крышу. Он готов был поклясться, что мгновением раньше ее там не было.

– Ох, неспроста это…– буркнул он под нос.– Ладно, пошли. Только тихо! Не дышать…

Они с Лансом закинули руки Семена Семеныча на свои плечи и потащили его к дому. Ноги Сименсона волоклись по земле.

Они увидели симпатичный двухэтажный особнячок.

– Какой-то новый русский по блату отхватил,– хмыкнул стажер.– Надо же, и в раю – блат!.. Одного не пойму: где святой Петр? Он же у врат должен караулить.

– Мы ведь не через парадный вход…– предположил Ланс.

– Резонно,– согласился Денис.

– Кто такие «новые русские»? – потребовала объяснений Кэтран. Прежде чем входить в дом, ей хотелось знать, что там может их ждать.

– Новый вид. Получился из старых русских и отличается от последних тем, что у них денег и нахальства до черта и больше. В основном те, кто вышел из зоны, или те, по ком она плачет. Если хозяин этого великолепия,– стажер кивнул на роскошный особняк,– скажет тебе, что заработал свой первый миллион за три дня в поте лица своего честным трудом – не верь. Ясненько?

В течение своего монолога стажер постоянно прислушивался и вертел головой по сторонам.

– Да это ж… это ж…– закипела Кэтран от возмущения.– Да я б таких – своей рукою!.. Куда же ваш император смотрит?!

– У нас демократия,– вздохнул стажер.

– Что еще за фигня? – Принцесса жаждала продолжения лекции.

– Это когда вместо императора на престоле банда новых русских, которыми управляют исподтишка олигархи.

– Черт знает что! И такие вот – в рай?

– Сомневаюсь. Но если это так, то Господь где-то круто прокололся… Может, мы здесь как раз для того, чтобы его ошибочку исправить?

– И что ты сделаешь?

– Вышибу ловкача отсюда к чертовой матери и отправлю к рогатому. Таким место в аду.

Темный Мастер в Семеныче заволновался.

– Двинули! – Денис решительно открыл дверь. Ликвидаторы вошли внутрь.

– Верса-а-аль,– присвистнул от удивления стажер.– Ты чего дергаешься, Семеныч?

– Давай его вот сюда, на коврик,– предложил Ланс.

Семена Семеныча осторожно опустили на пол.

«Зеркало! Ползи! Ползи же, гад!!!» Далеко в аду Темный Мастер конвульсивно дергался, переливая остатки своего сознания в дупель пьяного Семеныча.

Сименсон встал на карачки и пополз туда, куда его гнал рогатый,– к скромному трюмо, стоявшему у стены. Ликвидаторы с недоумением следили за ним.

– Семеныч, тебе плохо? – заботливо спросил Денис.

– Мне так хорошо… так хорошо! Вы просто не представляете, как мне хорошо! Я… Да отвали ты, рогатая морда!

– Сема…– двинулся к нему Ланс.

– Всем стоять! – рявкнул Денис, отбрасывая друга и Кэтран в сторону.– Я сам! Никому не подходить! Вам с ним не справиться!

Наконец-то он понял, в чем дело. Ему приходилось слышать про одержимых дьяволом, но воочию он видел это впервые. Тело Семеныча дергалось, кожа на лысоватом черепе вспучивалась, словно из нее пытались пробиться рога. Сименсон подполз к трюмо. Денис засучил рукава и начал подкрадываться сзади. Ему было жалко забавного собутыльника Ланса, но то, что в нем сидело, представляло слишком большую опасность – так что выбирать не приходилось…

Дэн сделал еще один шаг и замер. Взгляд его случайно упал на зеркало… В нем он – Денис Колобродов – с поднятой для удара рукой… Для удара? Или убийства?..

Рука стажера медленно опустилась. И изображение вдруг чудесным образом изменилось: над головой появился нимб, а сзади… Откуда у него взялись крылья?

Дьявол из последних сил боролся с сознанием Семена Семеныча. «Поднимайся! Выше! Выше! Глаза открой! Дай мне увидеть себя в истинном величии!!!»

Семен Семеныч шмыгнул носом и послушно открыл глаза. Флюиды Темного Мастера полностью овладели им. Ему тоже захотелось рассмотреть себя в истинном величии…

Дьявол жадными глазами уставился в зеркальную поверхность и зарычал от бешенства: на него смотрела бессмысленным взглядом пьяная физиономия Семеныча. И не одна, а целых три!

– Я не антисемит,– пожаловался Семенычам дьявол,– но как же я вас ненавижу, народ избранный!

С этими словами он с силой боднул все-таки пробившимися рожками Семенычей зеркало. Под веселый звон осколков Сименсоны рухнули на пол.

– Все-таки пробрался, пакостник! – проскрипел в дверях старческий голос.

В комнату вошел импозантный дедок в драной телогрейке, валенках – несмотря на жару– и в шапке-ушанке с задранными вверх лопухами «ушей». Кряхтя, поставил на пол мешок, скинул с плеча берданку и навел дуло на Семеныча.

– Ну-ка, сынок,– приказал он Денису,– подвинь-кась. Кабы не задеть!

– В-в-вы кто? – дрожащим голоском спросила Кэтран. Она сидела около стены, к которой их с Лансом отбросил стажер. События развивались столь стремительно, что в голове у бедняжки все перепуталось.

– Кузьмич я, дочка, Кузьмич… Сторож тутошний… За хозяйством присматриваю.

Дьявол внутри Семеныча очнулся, почувствовав настоящую опасность, и с воем принялся толкать бесчувственное тело к окну.

– Стукачка-то в аду нашел? – старчески захехекал сторож.– Дурачок! Думаешь, влез в землянина – и дело в шляпе? Рогов-то под внешностью не утаишь!

Дуло берданки неотступно следило за тощим задом Сименсона.

– Э! – возмутился Ланс.– Ты нашего Сему не замай!

Дьявол бросил Семенова на подоконник. Грохнул выстрел. Тело алканавта обмякло, и он повис в проеме окна пятой точкой вверх. Ноги болтались внутри комнаты, голова – снаружи… Из седалища Сименсона выскочила эфемерная рогатая субстанция и, покачиваясь в воздухе, двинулась на Кузьмича: «Врагу не сдается наш гордый…»

В отличие от моряков, рвущих в запале тельняшку, рогатый терзал пострадавшее место. Вскоре он, однако, затормозил, задумался, сообразил, что нарушает традицию, и переключился на свою грудь. Тельняшки там не оказалось, и по комнате полетели призрачные клочки шерсти.

– Так,– оживился Ланс, до которого наконец-то дошло, в чем дело.– Сейчас будем контактно изгонять злого духа! – Его Величество выразительно стукнул кулаком правой руки о раскрытую ладонь левой.– Ишь, какая зараза в нашего Сему подселилась! Еще и песенки орет, подлец!

– Хорошая идея,– засучил рукава Денис.

– Э нет! – возмутился Ланс.– Я его первый увидел – первым и в оборот брать буду!

– Ну ни фига себе заява! А я что, за дверью стоял? – обиделся стажер.

– С царем споришь, холоп?

– А в глаз?

Дьявол с Кузьмичом, недоумевая, посмотрели друг на друга. Нечистому стало так интересно, что он даже перестал петь и заниматься мазохизмом.

– Чего это они? – спросил он у Кузьмича.

– В упор не знаю,– пожал плечами сторож.– Кажется, о чем-то спорят.