К тому же, чем быстрее орк придёт в себя, тем скорее покинет башню.
— Как интересно, — пробубнил старик. Маг оставил пищу на столе, взял кружку чая и уселся в кресло. Взгляд серых глаз, сосредоточился на Кусе. — Это же не совсем волк, верно? Какая-то особая порода.
Крог вопросительно покосился на волшебника. Лиара навострила слух в ожидании умозаключений волшебника.
— Размер головы по отношению к размеру тела — больше чем у лесных волков и лютоволков, — продолжал монолог Шеймус. — Полагаю, не старше пяти лет. Отличное бинокулярное зрение. Дугообразный прикус и увеличенная нижняя челюсть. Явно выделяются жевательные и круговые мышцы. Стойка чуть более приземистая, толстые лапы. Крупные дельтовидные и трёхглавые мышцы плеча. А посмотрите на эту спину! Не удивительно, что ты смог тащить такую… такого здоровяка. Хм. Предполагаю, его предками были лютоволки или юго-восточные вороги?
— Ку’сиб — ак’рик, — неохотно пробурчал Крог. — Ак’рик — не псы. Но и не волки. Ак’рик живёт как орк, ак’рик умирает как орк.
Мохнатые уши в очередной раз дёрнулись в направлении Крога. Фиолетовые ладони коснулись бурой кожи, из эльфийских уст полилась ритуальная песнь. Тусклый зелёный свет озарил пространство.
— Gil’mon? — из уст орка, мелодичное слово из монлин звучало сродни боевому кличу.
— «Gilmon» — улыбнулась Лиара. — У Крога хорошая память.
По окончанию процедур, Крог принял из рук Лиары плошку картофельной похлёбки. Впервые за скоротечное время знакомства, орк всё же выразил благодарность Шеймусу, коротко склонив голову. На лице волшебника расцвела улыбка. Без капли укора — простая добрая улыбка. Конечно, старый маг не забыл и о втором госте башни, поставив кастрюлю на полу, близ волчьего носа. Кус, однако, даже не взглянул в сторону ароматной похлёбки.
— Строптивый зверь, — пожал плечами Шеймус, мысленно добавив: «Как и его хозяин»
— Можно, — буркнул Крог.
В то же мгновение оголодавший волк жадно набросился на еду, за секунды опустошив всё содержимое объемной кастрюли. Взгляд жёлтых глаз коснулся хозяина башни в некоем проявлении благодарности.
«Хоть у кого-то из этой парочки есть манеры» — улыбнулся Шеймус и коротко кивнул зверю.
Взгляд серых глаз коснулся Лиары, что окончательно затихла парой минут ранее и перестала вступать в диалог. Усыплённая эффектом снадобья девушка всё же погрузилась в сон, свернувшись на кресле калачиком. Старик приблизился острожным шагом, стараясь не потревожить чуткий эльфийский слух. На фиолетовом лице по-прежнему проступала боль — следствие страшной раны, разбившей её душу и сердце. Шеймус прикрыл глаза и аккуратно опустил ладонь, разгладив белые волосы.
— Мы со всем справимся, дитя, — беззвучно промолвил он и укрыл спящую девушку бордовой мантией.
— Шеймус, давно знает Лиару? — тихо пробурчал орк.
— Она была ещё совсем юной, когда мы познакомились, — усевшись обратно в кресло, промолвил маг. — Больше двадцати лет назад. Много воды утекло с тех пор. Я состарился, иссох, а Лиара… она только начала жить, — волшебник затих, глядя на дремлющую эльфийку.
— Ты сделал доброе дело, решив спасти её, Крог. Как бы то ни было, я перед тобой в долгу.
— Что будет с Лиарой?
— Я присмотрю за ней. Возможно, попытаемся отыскать остатки её клана. Время покажет, — маг припал губами к чайной кружке.
— Не подумай, я не хочу никак оскорбить или выказать недоверие, но ты не похож на охотника, да и паломником тебя не назовёшь. Что делал такой воин в северной глуши, вдали от своего народа?
— Искал.
— Искал? — удивился маг. — Прости за любопытство, но какова цель твоих поисков?
Крог промолчал, избежав ответа. В стенах башни воцарилась тишина, и лишь глухое сопение Куса перебивало звонкое стрекотание цикад, звучавшее снаружи. На улице уже царила полночь, пока странная парочка в виде волшебника и орочьего воина продолжали безмолвную чайную трапезу. Огромной горой меха и мышц Кус сопел близ кресла Шеймуса, будто старый маг и являлся его хозяином. Спала и Лиара, укутавшись в бордовую ткань. Крог погряз в раздумьях, изредка поглядывая через окно на ночное небо — чистое и безмятежное, лишённое облаков и туч. Окутанная пурпуром луна — вместилище самой Асхи — богини, что сплетала бесконечные нити судеб в единый бескрайний узор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
5
Маленькая эльфийка пробирается через тернии и тени. На её глазах застывшие слёзы, всё тело покрыто ранами, но она продолжает идти вперёд. Позади, доносятся звуки и голоса — порой, они звучат дружелюбно, порой просят о помощи. Порой, звучание представляет собой лишь пародию — исковерканное подобие голоса. Девочка делает ещё один шаг, раздвигая колючие ветви. Сияние ослепляет глаза. Кто-то невидимый и бестелесный берёт ребёнка в свои объятия.
— Иди домой, дитя — звучит женский голос. Голос спокойный, приятный и всеобъемлющий, полный могущества.
Девочка стоит на холме, перед её взором открывается вид на бескрайние зелёные леса и одинокую вершину горы, объятую лунным светом.
Видение обрывается, растворяясь в сознании Лиары. Девушка просыпается от шума и холодного прикосновения костлявой ладони.
— Идём наверх, — прохрипел Шеймус. — Быстро.
В серых глазах зрела тревога. Крог выхватил меч. Кус вздыбился. Стрекотание цикад затихло, уступив место иным посторонним звукам. Ещё пара мгновений и големы — стражи башни подали признаки жизни. Монотонно заскрипел механизм плечевого сустава. Едва слышно даже для эльфийского слуха, где-то вдалеке послышалась фраза, звучавшая на монлин.
Наполненная противоречивыми чувствами, Лиара вскочила с кресла, отдав мантию законному владельцу и побежала к лестнице, параллельно прихватив «Фаилриз». Следом за эльфийкой посеменил и сам хозяин башни. Крог и Ку’сиб предпочли остаться внизу, готовясь к приёму «гостей».
— Может, это наш клан? — с надеждой в глазах прошептала Лиара. — Может, они пришли сюда?
Шеймус промолчал, взбираясь по каменным ступеням. Как и друидесса, он искренне хотел поверить в подобный поворот событий, но его разум и интуиция говорили совсем иное.
Выглянув с балкона башни, Лиара застыла, будучи повергнутой ужасом. Жилище мага было окружено. Не менее сотни воинов, укрытых тёмными капюшонами — они даже не пытались скрываться в тенях. Среди рядов эльфов возвышались рогатые головы минотавров и повязанные подобно боевым зверям стаи троглодитов.
Раздался звук расколотой брони и механизмов. Огромное рогатое чудовище едва различимое на фоне кромешной тьмы, возвысилось над рядами собратьев. Единственный удар огромного топора, сжатого в его руках, превратил аренитового голема в груду обломков. Чудовище навострило взгляд к вершине башни, где затаилась беловолосая эльфийка. Его бычья морда искривилась в ужасающей улыбке.
— Нет! Не может быть! — трясущимся голосом промолвила девушка. — Только не это! Как он может…
Монстр, что забрал жизнь Рилана, был жив, и он вернулся за Лиарой. Эльфийка застыла, не в силах сделать и шаг, пока звериные, наполненные праздным гневом глаза продолжали жечь её взглядом, а хватка костлявой руки не вернула девушку в своды башни.
— Дело туго, — пробурчал Шеймус.
— Это они. Мы окружены. Больше некуда бежать. Это… конец.
Глаза девушки опустели, выражая всю безысходность и панику, охватившую её душу. Даже архимаг со всеми его навыками и преимуществом оборонительной позиции не имел и малейшего шанса устоять перед лицом подобного вторжения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Выход есть, дитя! Нужно идти в лабораторию. Зови Крога и… положись на меня.
Лиара одобрительно кивнула и рванула ни нижний этаж. На мгновение в её объятых страхом глазах вспыхнула искра надежды. Ныне страх не сковывал тело эльфийки, не заставлял её пасть и обливаться слезами. Теперь это тягучее, ненавистное чувство дало ей сил и заставило прийти в движение.
