Стражей не было на постах.
– Что за… – он оглянулся на Мурадина. Тот немедленно выхватил топор. Вокруг не было никаких трупов. Что, впрочем, неудивительно,– если бы нежить напала, пока их не было на месте, то мертвые тела были бы сразу же подняты в поток их армии. Но должны были остаться хотя бы следы борьбы… а их не было.
Они осторожно и тихо прошли вперед. Лагерь был почти пуст… но где-то у сложенных палаток стояла горстка людей. Они заметили Артаса и отдали ему честь. На его немой вопрос ответил один из его капитанов, Люк Валонфорт.
– Простите, милорд! По требованию лорда Утера ваш отец отзывает войска.
Глаз Артаса забился в нервном тике.
– Мой отец… отзывает мои войска? По требованию Утера?
Капитан взволновано покосился на Мурадина и ответил.
– Да, сэр. Мы хотели дождаться вас, но посол был весьма настойчив. Наши люди пошли на северо-запад, чтобы встретится с флотом. Наши разведчики сообщили, что все дороги туда заняты нежитью, и они расчищают путь сквозь густые леса. Уверен, они пока еще недалеко.
– Конечно, – сказал Артас, выдавив улыбку, хотя внутри него все вскипело. – Простите, мы на минутку.
Он положил руку на плечо дварфа и отвел его в сторонку, подальше от чужих ушей.
– Мне жаль, парень. Уходить ни с чем после всего…
– Нет.
– Ты не вернешься назад? – Мурадин моргнул.
– Не вернусь. Мурадин, без армии я не смогу победить Мал’Ганиса. И тогда никто не сможет остановить чуму! – он начал выходить из себя, и на его крик оглянулась парочка солдат.
– Парень, он – твой отец. Король. Ты не можешь не выполнить его приказ. Это – предательство.
Артас фыркнул. Быть может, это отец предает свой народ, подумал он, но не сказал вслух.
– Я лишил Утера звания. Я распустил орден. Он не имел права делать этого. Он обманул отца.
– Хорошо, когда ты вернешься, у вас будет милая беседа. Ты покажешь ему, что ты – прав, если все так, как ты говоришь. Но ты не можешь не выполнить приказ.
Артас бросил на дварфа резкий взгляд. Если все так, как он говорит? Этот проклятый дварф намекал, что Артас лгал ему?
– Ты прав только в одном. Мои люди верны тому, кого считают высшей властью. Они никогда бы не вернулись домой посреди похода, если бы не было приказов сверху, – он глубокомысленно потер подбородок и улыбнулся, когда у него назрела идея. – Именно! Мы отрежем им путь домой! Они не выполнят приказ – они просто не смогут.
Дварф так нахмурил густые брови, что они слились в одну.
– О чем это ты?
Артас заговорщически улыбнулся ему и раскрыл свою затею.
Мурадин был потрясен.
– Не слишком ли это круто, парень?
Тон Мурадина говорил, что это очень даже слишком, чертовски больше, чем слишком. Но Артас пропустил это мимо ушей. Мурадин просто не понимал все так, как Артас. Но скоро поймет. Когда они наконец встретятся с Мал’Ганисом, Артас знал, что победит повелителя ужасов. Чума перестанет угрожать его народу. Сжечь корабли – это совсем немного для спасения целой нации Лордерона.
– Я знаю, это звучит ужасно, но я должен сделать это. Должен.
Уже спустя несколько часов Артас стоял на Забытом Взморье и смотрел, как догорал его флот.
Ответ был прост. Люди не могли уплыть домой – не могли оставить его – без кораблей. И поэтому Артас сжег их дотла.
Он пробился через лес, наняв наемников, чтобы разделаться с нежитью, и затем облил деревянные суда нефтью и поджег их. Земле вечного холода и полумрака жар и свет пожара пошли только на пользу. Артас прикрыл рукою глаза, отвыкшие от яркого света.
Рядышком сидел Мурадин и тяжело вздыхал. Он и другие дварфы вздыхали и ворчали, глядя на пламя. Они не были уверены в том, что поступили правильно. Лицо Артаса было теплым от костра, а спине было холодно, но он с торжествующим видом смотрел, как мачта одного из кораблей громко треснула и обвалилась в языках пламени.
– Будь проклят Утер, за то что он заставил меня пойти на это, – пробормотал он.
Он еще покажет этому паладину – бывшему паладину. Он еще покажет и Утеру, и Джайне, и своему отцу. Он следовал своему долгу, каким бы ужасным и зверским он ни был. Он вернется с триумфом, сделав то, что было необходимо – то, чего слабовольные ужаснулись. Его готовность взять на себя ответственность спасет его народ.
За треском пожара пропитанных нефтью судов он не сразу услышал отчаянные крики людей, что увидели флот в огне.
– Принц Артас! Наши корабли!
– Что стряслось? Как нам теперь добраться домой?
Эта идея созрела в его голове еще пару часов назад. Артас знал, что его людей ошеломит вид сожженного флота. Они пойдут за ним куда угодно, да. Но Мурадин прав. Приказ его отца для них был выше его слов. И Мал’Ганис был близок к победе. Все они не могли понять, как важно устранить эту угрозу здесь и сейчас.
Он посмотрел в сторону своих наемников.
Их никому не жалко.
Они продадутся кому угодно. Если бы кто-то заплатил им за его голову – они снесли бы ее так же легко, как решились помочь ему. Такие как они убили многих – хороших людей, благородных людей. Невинных. Их бессмысленная гибель должна быть отмщена. А если воины Артаса не будут всем сердцем преданы ему – он никогда не победит.
Он не допустит этого.
– Вперед, мои воины, – крикнул он, обнажив молот. Тот не пылал Светом, хотя Артас уже и не ждал этого. Он указал на наемников, что на маленьких лодках перевозили припасы с горящих кораблей на берег.
– Враги сожгли наши корабли и отрезали нам путь домой! Уничтожим их! Во имя Лордерона!
И он возглавил атаку.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Артас узнал звук частой, но тяжёлой поступи Мурадина прежде, чем дворф рванул на себя полу палатки и воззрился на него. Долгое время они глядели друг на друга, затем Мурадин отдёрнул голову назад и выпустил занавесь, позволив ей опасть. На мгновение Артас мыслями перенёсся в то время, когда был ребёнком, беспорядочно делающим выпады тренировочным мечом вдоль комнаты. Он нахмурился и поднялся, последовав за Мурадином туда, где они были вдалеке от прочих.
Дворф слов не смягчал.
— Ты солгал своим людям и предал наёмников, которые сражались за тебя! — отрывисто выпалил Мурадин, сунувшись к лицу Артаса настолько, насколько позволял его намного меньший рост. — Это не тот парень, которого я учил. Это не тот человек, который был посвящён в орден Серебряной Длани. Это не мальчик Теренаса.
— Я ничей не мальчик, — сплюнул Артас, толкнув Мурадина. — Я сделал то, что счёл нужным.
Он был наполовину уверен, что Мурадин ударит его, но вместо того, похоже, гнев его старого тренера стал иссякать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
