Читаем без скачивания Путь тьмы - N&K@

без ножа, но он, стиснув зубы, терпел, понимая, что другого способа нет. Либо ему помогут сейчас, либо придется мучиться до с а мого Бьюнилирина. А если кашель разберет его посреди людского заклинания? О последствиях его предупреждала Юла, и шрам на ее подбородке лишь подтверждал слова волшебницы.

Наконец Тавр умолк и устало опустился обратно на ящик.

Никаниэль попытался вдохнуть, но его горло схватил мучительный спазм.

Что… что с ним сделали?

Очередное предательство?

Неужели Ниметис приказал своему жрецу прикончить некроманта?

Ник потянулся уже к эссенции естества, намереваясь отомстить перед смертью, но тут с рвотным позывом из него исторгся здоровенный ком склизкой гнили. Влажно шлепнувшись, тот приземлился на пол, источая миазмы зловония, а принц обрел блаженную возможность беспрепятственно дышать.

Скороговоркой протараторив волшебные слова, он запустил крохотный огненный шар и к кфхану спалил ненавистную погань.

— Тавр, спасибо, я… — поблагодарил жреца Никаниэль, но тот его тут же перебил.

— Не надо. — неожиданно резко сказал мужчина. — Я сделал это в память о нашей дружбе. Я вижу во что ты превратился. Это не по нраву ни мне ни Неметису. — пошатнувшись, он вновь поднялся на ноги и посмотрел Нику прямо в глаза. — Ниметис не хотел, чтобы я тебе помогал. Но я сделал то, что должен, даже если мне придется за это расплачиваться. Знай же, Никанор, при следующей встрече мы будем врагами.

И, не говоря больше ни слова, направился к выходу.

Малеммил скорбно смотрел Тавру вслед, но дорогу бородачу заступил Жаба.

— Эй, а что на счет Трехглазого? Исцели и его!

— Пусть идет. — не оборачиваясь, обронил принц. Тавр выбрал свой путь, и не Нику в этом упрекать. — Малем?

Никаниэль кивнул на раненного бандита, но Малеммил отрицательно покачал головой. Не хотел он того лечить или не мог значения не имело. — Разбойнику не выжить. А значит…

Вытянув руку, Ник согнул пальцы хваткой коршуна и, резко дернув на себя, сорвал с бесчувственного преступника едва заметный, полупрозрачный саван оставшегося жизненного срока.

Может быть принц добил его из милосердия, а может вымещая злость от потери еще одного друга, но Трехглазый, так и не приходя в себя, осыпался горстью праха, затерявшегося в куче соломы.

Тихо охнул Жаба; сжал губы Малем; неодобрительно покачав головой, продолжил свой путь Тавр; и лишь Лилиана кивнула, поддержав решение Ника. Похоже она одна была всецело на стороне Никаниэля. Но мог ли он ей доверять? Его уже столько раз обманывали…

Наслаждаясь простой возможностью беспрепятственно дышать, Ник дождался пока закроется дверь за так ни разу и не обернувшимся Тавром и заглянул в лица оставшихся. Теперь они будут его ближайшими спутниками по пути в Эльфхейм.

Предатель Малеммил, искупивший свою вину смертью. Бандит Жаба, сумевший сохранить остатки Призрачной Плети. И наделенная редким даром предвидения таинственная Лилиана, с какой-то радости называющая принца Владыкой.

Та еще компания.

— А где Гилс? — спросил Никаниэль, вспомнив, что оставлял шайку не только на зеленокожего.

— Гилс? — переспросил Малем, наморщив лоб. — Знакомое имя.

Жаба округлил глаза, ожидая, что Капитан накажет нагло влезшего чужака, однако, когда этого не произошло, осознал произошедшую перестановку сил. И ему это явно не понравилось.

— Погоди. — Малеммила озарило. — Тот самый Гилс? Белобрысый такой? И он в разбойники подался? К девушке же шел.

— Не дошел. — мрачно отрезал Ник и вопросительно посмотрел на своего заместителя.

— Капитан, тут такое дело… — Жаба заметно замялся. — В общем вы как ушли, он стал банду под себя грести. Мол станем наемниками, будем заказы брать, жить честно и все такое. Его сперва терпели, потом по шапке надавали, как Мозган в тот раз, а потом он и вовсе проснулся со вторым ртом под подбородком. Вернее не проснулся… Ну, вы поняли. — зеленокожий чуть опустил голову и посмотрел из-под бровей. — Сами знаете какой у нас народ. Проблемы решают просто.

— Ну хоть у кого-то совесть проснулась! — всплеснул руками Малем, бросив на принца укоризненный взгляд.

Никаниэль задумался. Значит и Гилс отправился к богам. Прискорбно. Пройдя подготовку Коупа, он был одним из немногих в банде, умевшим более или менее обращаться с оружием. К тому же парень чем-то напоминал Нику его самог о. Пусть и весьма отдаленно. Не такой судьбы желал принц Гилсу, ну да ничего не поделаешь.

— Завтра выдвигаемся на восток. — озвучил свое решение Никаниэль. — Идем быстро и скрытно. Берите с собой все что надо, остальное добудем по дороге.

Жаба радостно хлопнул в ладоши и потер их друг об друга, предвкушая наживу.

— Вот это наш Капитан! Вот это я понимаю! — воскликнул он, но вдруг заметно поник, словно ему сообщили, что все девки в округе обернулись троллями. — Только…

— Что еще? — недовольно спросил Ник. Его так и подмывало отправиться в путь.

— Да проблемка есть одна. — зеленокожий бросил полный надежды взгляд на Лилиану, но та стояла подобно каменному изваянию и не сводила глаз с принца, явно не собираясь помогать. — Короли тут внеочередную сходку свою устроили. Пошумели, говорят, сильно и, вроде как, объединились. Назначили верховного главнокомандующего из своих. С опытом. Наделали армий. И давай демонов бить да нежить. Ну и нашему брату перепало. Теперь уже так просто не разгуляться.

Час от часу не легче. Однако не плохо же корольков припекло, что они сумели договориться кому доверить подобную власть. Видать за последние два года и правда не мало произошло. По крайней мере, на ракатоше, что удалось посетить принцу, подобного единства не наблюдалось. Тогда правители скорее руку бы себе отгрызли, чем отдали своих людей под чужое командование.

— Погоди. — неожиданная идея ночной молнией вспыхнула в мозгу Никаниэля. — Как зовут того главного?

— Да кфхан его знает. — Жаба пожал плечами. — Но кличка у него: Король Без Королевства.

— Варден Мейсис! — выдохнул Ник и воскликнул Малем хором.

— Добился-таки своего.

Принц не мог не восхититься упорством капитана Черных Соколов, сумевшего вернуть себе положение, после того, как его отца свергли, а сам он вынужден был скитаться без роду и племени. Еще и постоянно опасаясь за свою жизнь и жизнь единственной дочери. Вот уж кого Никаниэль точно не хотел видеть своим противником.

— Значит придется пробираться тайно! — решительно заявил Никаниэль.

Задерживать воскрешение Элельен он определенно не собирался.

— Не выйдет, Владыка. — подала голос Лилиана, и все взгляды тот час сосредоточились на ней — Я видела битвы и реки крови. Огонь, хаос и смерть рука об руку стоят у тебя на пути. Но ты все преодолеешь и достигнешь своей цели. Судьба предначертана, и тебе предстоят велике свершения.

— Ник, кто она? — спросил впечатленный речью Малеммил, давно подбиравший момент, чтобы поинтересоваться.

— Ведьма! — почтительно провозгласил Жаба.

— Она пророк, Малем. — недовольно поджав губы, сообщил Ник. — Настоящий. Я сам видел. И я забираю ее с собой.

— Полюби меня Мерфал… — прошептал Малеммил, по-новому взглянув на девушку. — Этого только не хватало.

— Грядет бой, Владыка. — холодным, как давно потухший камин, голосом сообщила Лилиана. — Армия королей близко. Она скоро будет у стен Стеулса. И отправили ее за некромантом.

Никаниэль грязно выругался. И ведь не объяснишь, что Учитель мертв, и больше нет нужды на него охотиться. Дредерс прикончил целую кучу аристократов и засел у королей занозой в заднице. Теперь те не отстанут, пока не восстановят справедливость. Как они ее видят.

Но что же в таком случае делать?

— Может переждем? — с надеждой в голосе спросил Жаба.

— Нет. — без тени сомнений провозгласил Ник.

Он до смерти устал ждать. Каждый день, каждый час, каждая лишняя секунда отделяли его от воссоединения с возлюбленной. Наверняка ей тоже уже не терпится упасть в объятия своего «глупого принца». К тому же, если верить Лили, то схватки все равно не избежать. Не лучше ли тогда к ней как следует подготовиться?

— Они хотят некроманта — они его получат. — голос Никаниэля звенел обагренной в крови сталью и заставил Малема сокрушенно опустить голову. — Мне нужно кладбище.

Глава 39

Стеулсское кладбище, как и положено, располагалась за пределами городской стены. Причем, при ее возведении, обитель мертвых отгородили первым делом. Почтение к предкам — это одно, но когда давно почивший дедушка ночью стучится тебе в окно — радости испытываешь мало. Тут бы в штаны не наложить и душу богам