из западных держав не пришла ему на помощь.
В то же время монголы грабили территории королевства к западу от реки Дунай — Пешт был сожжён, Буда наполовину разрушена. Кроме того, в январе они смогли пересечь замерзший Дунай, и Бела IV был вынужден бежать от монголов, поскольку хан Бату послал войска пленить его в Хорватии. Монголы под командованием одного из Чингизидов — Кадана считали, что король скрывается в крепости Клис.
Хан Кадан разграбил Загреб и прошёл побережьем Далмации. Бела IV скрывался на острове Раб, откуда затем отправился в Сплит. Город был хорошо укреплён, но король был слишком напуган, чтобы остаться там, и перебрался на остров Трогир, с которого в случае необходимости он мог бежать в Италию на корабле. Этот вариант ему не пригодился, поскольку в войске Кадана к тому времени остался только один тумен, и монголы были слишком истощены, получив отпор со стороны хорватов в Риеке, чтобы продолжить погоню. Армия Кадана прошла побережьем и повернула на восток, к основным силам.
Монголы атаковали далматские города без особого успеха, поскольку горная местность мешала их привычной военной тактике. Когда они вторглись в Австрийское герцогство близ Вены, пришло известие, что великий хан Угэдэй умер в Монголии, и хан Батый прекратил поход, чтобы вернуться домой для участия в выборах нового великого хана. Центральная Европа была спасена.
После монгольского нашествия Бела резко изменил направления внутренней политики. Учтя уроки оккупации, он начал предоставлять поместья своим сторонникам, но одновременно требовал от них укреплять крепости на полученных землях, чтобы они могли сопротивляться завоевателям. Он также взялся за укрепление крупных городов, распорядившись построить вокруг них каменные стены. Бела призвал изгнанных половцев и предоставил им опустевшие земли между реками Дунай и Тиса. Уже через год после монгольского вторжения Бела IV повёл войска против герцога Австрии Фридриха II Воителя — представителя династии Бабенбергов, чтобы вернуть захваченные им венгерские земли. В ходе кампании он оккупировал Шопрон и Кёсег и вынудил герцога отказаться от тех трех комитатов, которые были им заняты во время монгольского нашествия.
За четыре года Бела IV почти совершенно сгладил следы произведённых монголами опустошений, за что и получил прозвище «второго основателя Венгрии». Понтифик Григорий IX освободил Белу IV от клятвы подданства, принесённой им императору Священной Римской империи Фридриху II Штауфену во время монголо-татарского нашествия. Вскоре после этого герцог Фридрих II Австрийский, не отказавшийся от притязаний на западные комитаты Венгрии, начал поход против Белы IV. Ему удалось разбить венгерские королевские войска в битве на реке Лейте в 1246 году, однако сам герцог погиб в бою. С его смертью мужская линия дома Бабенбергов пресеклась, и среди соседей началась борьба за господство над Герцогством Австрией и Штирией.
И вот теперь, когда войны утихли, королю пришло известие от шпиона при дворе короля Чехии Пржемысла Отакара II. После того как венгерское войско в 1260 году потерпело поражение в битве при Кресенбрунне, Отакар стал полновластным правителем Богемии, Моравии, Австрии и Штирии. Бела все ждал нападения и весточка его напрягла — в Буду следовало целое войско французов и наемных генуэзских арбалетчиков, в Вене к этому непонятному войску присоединились английские лучники, хотя луками были вооружены все французы, даже тяжелая конница. Король срочно начал стягивать войска для защиты, поднимать ополчение.
Глава 19
Для недопущения столкновения с венграми, я отправил своего Штирлица Жана в сопровождении пятидесяти всадников к Беле с письмом, в котором я извещал о походе против язычников славян и просил пропустить мое войско через его владения. Благодаря этому письму Бела успокоился и распустил ополчение, приняв меня в восстановленной Буде, около трона рядом с отцом стоял его любимый младший сын герцог Бела Славонский. Войдя в тронный зал, набитый важными как индюки придворными венграми, я сразу же привлек внимание своим видом — на мне были ослепительно белые шелковые брюки, сшитые в манере джинсов, заправленные в красные вышитые серебром сафьяновые сапоги с каучуковой подошвой и каблуком; сверху на сшитый их нескольких слоев шелка поддоспешник надета булатная крупнопластинчатая бригантина (корацина), пластины которой приклепаны на куртку с коротким рукавом из толстой турьей замши. Завершали мой наряд бархатная красная куртка, перепоясанная широким ремнем из замши, к которому крепились мои парадные меч и кинжал, на голове была фетровая черная шляпа, украшенная серебром и перьями павлина, руки были в перчатках изумрудного цвета.
Я не стал надевать юбку ламинарной конструкции, которая прекрасно дополняла комплект моей корацины, чьи рукава, доходящие до локтя, тоже защищены пластинами меньшего размера. В бой сверху корацины я надевал булатную кольчугу, для защиты грудной клетки и живота в которую вплетены толстые прямоугольные пластины, а ноги и руки защищал стальными наручами и поножами на толстой кожаной основе. Сейчас же я полагался на отсутствие при венгерском дворе врагов, попытку короля договориться с моим дядей о Византийском престоле.
Сняв шляпу, я обозначил поклон как равному по положению и опять надел ее на голову — Ваше Величество! Вы уделите мне время без посторонних ушей?
Придворные после моего вопроса возмущенно загудели, король кинул на них взгляд и что-то сказал сыну на ухо. Бела Славонский подойдя ко мне, передал слова отца — Ваше Высочество, пройдемте в малую столовую, там накроют стол. Отец выслушает вас за обедом. Пойдемте, я вас провожу!
Я кивнул и мы вместе покинули тронный зал, провожаемые гневными взглядами венгров, картинно хватающихся за эфесы своих мечей. Я так и не понял, чем я вызвал их ненависть. Неожиданно для меня самый наглый венгр, разодетый как павлин намеренно толкнул меня плечом и наступил мне на ногу, ослепительно улыбнувшись, он развел руки — Ваше Высочество, прошу меня простить, я вас не заметил. Барон Чак Хахот, к вашим услугам
Несмотря на то что я был ростом не так уж ниже этого здоровяка, тем сильнее прозвучало оскорбление. Я поморщился и громко ответил — Барон, ты просто быдло, раз ты не можешь заметить герцога Франции и умудряешься вторгнуться в его личное пространство. Если ты такой храбрец, каков и наглец, то завтра утром перед отъездом я с удовольствием отправлю тебя на тот свет к твоим диким предкам!
Я снял с руки замшевую перчатку и швырнул ее в лицо наглецу, затем с гордо поднятой головой вышел из зала, сопровождающий меня принц, покачав головой, тихо сказал — Барон лучший рубака, воевода Трансильвании! Он участвовал в сражениях с чехами и с русским князем Ростиславом
